Дороги в неизвестность - Марик Лернер

Я не боюсь учиться и тренироваться. Это на всю жизнь. Остановишься — обгонят. Для того и у Разрезающей плоть была, а она тоже человеческим врачам совершенно не стесняется вопросы задавать. Нельзя знать все, но в своей специальности надо постоянно изучать новое. Я ведь тоже неоднократно брала уроки у других, хотя, совсем честно, никто не будет учить тебя всему, что знает, если он не Учитель на клятве. Учителя тоже не любят, когда ученики превосходят их. Нормально давать в обмен: ты учишь тому, что знаешь, они учат тебя незнакомому в ответ. Поэтому просить кого попало не стоит. Жену — можно. Вместе мы не просто альфа-самец и альфа-самка — мы гораздо больше. И это стоит некоторых уступок в личной жизни.

При этих словах Алексей хмыкнул.

— Так что все-таки происходит? — без перехода спросила Койот. — Что тут делают все эти посторонние типы? Всю дорогу до нашей рощи костры. Уже несколько сотен собралось. Орки к этому отношения не имеют, я бы знала.

— Собираются в поход в Междуречье, — пожав плечами, сказал Алексей. — Крыс гонять и облегчать им карманы. Долю обещал обычную. Здесь долго не задержатся. Как соберутся все приглашенные, так и отправимся. Желающих больше чем достаточно. Понравилось Народу чужое добро угонять не отдельными табунами, а сразу очень много. Выгодное дело и нам, и им. Мы порядок наведем, а они неплохо прибарахлятся.

— Вот так уедешь на пару десятидневок по делам, и оказывается, что многого не знаешь, — пробурчала Койот. — А ты меня еще хотел в Крепость отправить… Наверное, и сам не понимаешь, что страшнее Зверя на равнинах никого нет. Не будут со мной разговаривать. Вот поодиночке — другое дело. А на глазах у всех? Никогда!

— Да чем я так страшен? — изумился Алексей. — Никого не трогаю, ничего не нарушаю. Всех новеньких отправляю отсюда моментально. Даже оружия не продаю, самим мало.

— Вот это и плохо смотрится, — снисходительно пояснила Койот. — Вроде ничего не делаешь специально, а давно налаженную жизнь ломаешь мимоходом. Даже не собираясь, просто случайно. Торговля-то уже идет на границе совершенно стихийно, купцы самопроизвольно завелись, как плесень, причем и орки, и наши. И от кошек ездят, и от росомах, и даже совсем из дальних мест. Платят за место и торгуют. Не с нами же обмениваются, ничего не нарушают. А что нам платят десятину, так это и не торговля вовсе, а просто подарок за то, что не выгоняем. Кто хозяин на земле — всем прекрасно известно, и что порядок будет наводиться самыми жесткими мерами — тоже. Идея вешать за оскорбления представителей вида после двух случаев не дает разгуляться страстям. Посмотрят на тела — и сразу вежливые аж до безобразия. Ты, когда место подбирал для базара, специально стык границ с росомахами взял?

— Я просто старался втянуть их в это дело. Да и проще через них дела прокручивать, для остальных существует запрет на торговлю с нами.

— Вот именно. Зверь прошел, совершенно не строя коварных планов, и создал очередную напряженную ситуацию, даже того не желая. Собственно, планы были, но без особой глубины. Так, для облегчения жизни.

— И это плохо?

— Это… необычно. Нарушение старого налаженного быта. И раньше тоже торговали, но редко, и только особо ценными Вещами. Остальное проще угонять было. А здесь получается такая… даже не знаю, как сказать…

— Зона свободной торговли.

— Ну какая она свободная, — с сомнением сказала Койот. — Законы есть, налог платят, и чьи Хищники порядок поддерживают — тоже известно. Такие Зоны всегда плохо кончали. Приходили соседи и предлагали делиться, махая саблями. Воевать всегда проще, чем товар перевозить, охранять, платить по дороге. Вот только раньше не было этого интересного нововведения — наемных воинов. Больше получил от торговцев — больше можешь нанять охранников, и конца этому нет. Самый богатый — самый сильный.

— До тех пор, пока наемники не решат, что прекрасно без хозяина обойдутся, — уточнил Алексей. — Это бывает, когда их становится не меньше, чем своих. Баланс должен соблюдаться. Поэтому только отдельными мелкими отрядами и обязательно разные виды, чтобы не сговорились.

— И не было раньше такого, не менее интересного, соглашения про снятие с общих границ с союзниками патрулей, — кивнула Койот на его слова, соглашаясь. — Это очень большое доверие.

— Может, я и не очень коварный интриган, — разводя руками, сказал Алексей, — с недостатком опыта, но трудно только первые сто лет. Союзы хороши до тех пор, пока стороны видят выгоду. Племя стало жить лучше? Значит, имеет смысл. Здесь не жалко и поделиться прибылью. Лучше будут свои, а значит, и наши интересы соблюдать. Другой такой удачи для них не будет, договор у Скрепта со мной лично, а завидовать особо нечему, чтобы попытаться напасть. Все в равной доле. Наоборот, будут совершенно случайный, но очень жирный кусок тщательно оберегать. Наши шесть поселков продолжают свободно общаться и даже имеют общие отряды для наведения порядка с теми же желающими торговать. А заодно можем и на территорию других семей росомах без пристального контроля проехать и с кошками через союзников общаться. Кое-что, что мы продавать не можем, через них уйдет. Скот или продукты везде одинаковые, особо не проверишь.

— Да, да, — нетерпеливо сказала Койот, — а через них нам много чего можно получить. Я прекрасно знаю. Гном через Ястреба уже пару очень больших мешков с артефактами скупил на равнинах. Вот зачем Гному «Сундуки»? Никакой пользы!

«Черепаха что, не поделилась с лучшей подругой? — с недоумением подумал Алексей, — сама тащит, другим не рассказывает. Еще одна интриганка на мою голову».

— Они думают, что никто не видит? — возмущалась между тем Койот. — Прекрасно знают об этой их деятельности, доиграются, что на всех Совет наложит запрет.

— Может, оно и к лучшему? — миролюбиво спросил Алексей. — Вот тогда уж точно недовольных будет огромное количество и нас поддержат.

— Нет, — твердо сказала Койот, — не сейчас. Лет через пять, когда достаточно окрепнем. Ты это дело прекращай. Не нужно раздражать пауков до поры до времени.

— Ладно, — легко согласился Алексей, — все равно цена подниматься стала, как поняли, что «Сундуки» и прочие Вещи кому-то нужны. Незачем торопиться. Подождем. Что-то интересное узнала?

— Про наши дела так, ничего особенного. Присматриваются и ждут. А вот севернее упали с неба какие-то обломки. Тоже новость, за неимением других.

— Откуда?!!

— Оттуда, — ткнула она в потолок рукой, — не в первый раз. Бывает такое время от времени. Иногда большие куски, иногда маленькие, но понять толком ничего нельзя. Даже видно такие штуки по ночам, когда падают и куски отваливаются. Толку абсолютно никакого. Все сплавленное в перемешанную массу и разломанное от удара. Использовать нельзя. Разве что как диковинку. Да спроси у Стального Молота, у него должно быть. Не такая уж страшная редкость, притом совершенно бесполезная.