Танец с драконами - Джордж Мартин

— Твой отец — кастелян, а не лорд. У кастеляна нет права заключать брачные договоры.

— Мой отец, Арнольф — лорд Кархолда.

— Сын наследует раньше дяди по всем известным мне законам.

Креган вскочил на ноги и отшвырнул в сторону меха, зацепившиеся за лодыжку.

— Харрион мертв.

Или скоро умрет.

— Дочь также наследует раньше дяди. Если ее брат мертв, Кархолд принадлежит леди Алис. А она отдала свою руку Сигорну, магнару теннов.

— Одичалому. Грязному убийце одичалому, — Креган сжал кулаки. На нем были кожаные перчатки, отороченные мехом в тон спутанному, отвердевшему плащу, висящему на широких плечах. Черную накидку украшали белые солнечные лучи его дома. — Я вижу, каков ты, Сноу. Наполовину волк, наполовину одичалый, ублюдок предателя и шлюхи. Ты отдал высокородную девицу в постель какого-то вонючего дикаря. Ты сначала сам ее опробовал? — он усмехнулся. — Если хочешь убить меня, сделай это и будь проклят за убийство родни. Старки и Карстарки — одной крови.

— Меня зовут Сноу.

— Бастард.

— Виновен. В этом, по крайней мере.

— Пусть твой магнар придет в Кархолд. Мы отрубим ему голову и заткнем ею уборную, чтобы отливать ему в рот.

— Сигорн командует двумя сотнями теннов, — заметил Джон, — и леди Алис полагает, что ворота Кархолда откроются перед ней. Двое твоих людей уже присягнули ей в верности и подтвердили все, что она сказала относительно планов, задуманных твоим отцом и Рамси Сноу. Мне сказали, у тебя в Кархолде есть близкие родственники. Твое слово могло бы спасти их жизни. Уступи замок. Леди Алис простит женщин, предавших ее, и позволит мужчинам надеть черное.

Креган потряс головой. Кусочки льда в его запутанных волосах тихо позвякивали, ударяясь друг о друга при движении.

— Никогда, — сказал он. — Никогда, никогда, никогда.

Мне следовало бы сделать из его головы свадебный подарок для леди Алис и ее магнара, подумал Джон, но решил не рисковать. Ночной Дозор не принимает участия в междоусобицах внутри королевства; некоторые могли бы сказать, что он и так слишком сильно помог Станнису. Отрублю голову этому дураку — начнут говорить, будто я убиваю северян, и раздаю их земли одичалым. Отпущу его — и он из кожи вон вылезет, чтобы разрушить все, сделанное мной для леди Алис и магнара. Джон задумался, как бы на его месте поступили отец или дядя. Но Эддард Старк был мертв, а Бенджен Старк пропал в ледяных лесах за Стеной. Ничего ты не знаешь, Джон Сноу.

— Никогда — долгий срок, — сказал Джон. — Завтра твое мнение может измениться, или через год. И король Станнис рано или поздно вернется на Стену. Как только это произойдет, он приговорит тебя к смерти… если только ты не будешь носить черный плащ. Когда человек надевает черное, ему прощаются все преступления. — Даже такому человеку, как ты. — А сейчас прошу меня извинить. Я должен быть на пиру.

После пронизывающего холода ледяных камер в переполненном погребе было так жарко, что спустившись по ступеням, Джон едва не задохнулся. В воздухе пахло дымом, жареным мясом и подогретым вином. Акселл Флорент провозглашал тост, когда Джон занял свое место на помосте.

— За короля Станниса и его жену, королеву Селису, Свет Севера! — проревел сир Акселл. — За Рглора, Владыку Света, да защитит он нас всех! Одна земля, один бог, один король!

— Одна земля, один бог, один король! — отозвались люди королевы.

Джон выпил с остальными. Он не мог сказать, обретет ли Алис Карстарк радость в своем браке, но хотя бы эта ночь должна быть праздничной.

Стюарды начали разносить первое блюдо — луковый суп, сдобренный кусочками козлятины и моркови. Не совсем королевская еда, зато питательная, довольно вкусная и согревающая желудок. Оуэн Олух достал скрипку, некоторые из вольного народа присоединились к нему с дудками и барабанами. На тех же самых дудках и барабанах они играли, возвещая о нападении Манса Налетчика на Стену. Джону показалась, что сейчас инструменты звучат мелодичнее. С супом принесли теплые, только из печи, буханки темного зернистого хлеба. Увидев на столах соль и масло, Джон помрачнел. Боуэн Марш говорил ему, что они хорошо обеспечены солью, но масло закончится еще до смены луны.

Старый Флинт и Норри восседали на почетных местах чуть ниже помоста. Оба мужчины были слишком стары для похода со Станнисом, поэтому отправили вместо себя сыновей и внуков. Однако они достаточно быстро добрались до Черного Замка на свадьбу. И каждый привез к Стене кормилицу. Женщина Норри, уже под сорок, обладала самой большой грудью, какую когда-либо доводилось видеть Джону Сноу. Девушка Флинта лет четырнадцати оказалась плоскогрудой, словно мальчишка, но и у нее молока хватало. С ними обеими ребенок, которого Вель прозвала Чудовищем, похоже, расцвел.

За помощь Джон был им благодарен… но он ни на минуту не поверил, что старые седые воины спустились со своих вершин вниз только для этого. Каждый привел свиту воинов: пять у Старого Флинта, двенадцать у Норри, все в поношенных шкурах и коже в заклепках, грозные, как лик зимы. У некоторых были длинные бороды, у некоторых — шрамы, у некоторых — и то, и другое; все поклонялись старым богам Севера, тем же богам, которым поклоняется вольный народ за Стеной. И все же они сидели здесь и пили за брак, освященный каким-то странным заморским красным богом.

Лучше так, чем если бы они отказались пить. Ни Флинт, ни Норри не перевернули чаши, чтоб вылить вино на пол. Это можно толковать, как определенное одобрение. Хотя, возможно, им просто жалко было проливать по чем зря хорошее южное вино. Они еще не скоро снова попробуют его в своих каменистых холмах.

Между сменой блюд сир Акселл Флорент вывел королеву Селису танцевать. За ними последовали другие — сначала рыцари королевы с ее дамами. Сир Брюс подарил принцессе Ширен первый танец, затем станцевал с ее матерью. Сир Нарберт танцевал с каждой дамой Селисы по очереди.

Рыцарей королевы было втрое больше, чем придворных дам, так что даже самые скромные служанки оказались вовлечены в танец. После пары песен некоторые черные братья вспомнили навыки, что они обрели при дворах и в замках, когда были молоды и грехи еще не отправили их на Стену, и тоже вышли танцевать. Старый плут Ульмер из Королевского Леса танцевал так же хорошо, как cтрелял из лука, при этом, без сомнения, радуя своих партнерш байками о Братстве Королевского Леса, и о том, как он скакал с Саймоном Тойном и Пузатым Беном и помогал Венде Белой Лани клеймить задницы высокородных пленников. Атлас был само изящество, танцуя с тремя служанками по очереди, но ни разу не рискнул подойти к знатным дамам. Джон счел мудрым такое поведение. Ему не нравились взгляды некоторых рыцарей королевы на стюарда, в особенности сира Патрека с Королевской Горы. Уж этот-то хочет пустить немного крови, думал Джон. Так и ищет повод.