Перехитрить богов - Михаил Высоцкий

Гнусно играть с такими материями? Гнусно. Меня можно назвать убийцей, я спокойно могу обмануть и выстрелить в спину, мне не жалко предать друга, если того будет требовать интерес. Но так играть с любовью, единственным чувством, которое я хоть немного уважаю… Обращаюсь мысленно к "третьей силе", зная, что он мои мысли прочитать не может. Я буду следовать твоему плану. Я сделаю так, как ты хочешь. Но потом, когда наступит час, я убью тебя. Просто убью, окончательно и бесповоротно. Так, чтоб ты потом уже никогда не возродился ни в своем, ни в чужом теле. Я обеспечу тебе такой конец, не будь я Михаилом Алистиным!

А дворецкий – молодец! Пусти он нас всех, и сейчас бы Золотой Чародей уже успешно убивал герцога Тагрея Тореа. А так – мысленный приказ герцогу, "Убирайся, быстрее! Тут в гостях Золотой Чародей", и можно не волноваться. Когда у мага такая мощь – он просто брезгует читать чужие мысли, а значит и не узнает, что мы дружим с его врагом и прибыли в эту страну его убивать.

Кстати, как там Сташа… А никак! Ответна ли любовь чародея к ведьме – об этом не знал никто, кроме нее. Непроницаемое лицо, абсолютный контроль и полная невозмутимость. Ой, чувствую, сейчас может начаться…

Не началось. Общую обстановку "разрядила" Алиса.

– Сташенька, девочка моя! Как я рада тебя видеть! Ты приехала в гости к своей тете Алисе? И мальчика своего с собой привела? Как я рада, как я рада! Сташенька, познакомься – а это Вечеж, он тоже хороший мальчик! Вечеж, а это Сташенька, моя девочка любимая! А вы, молодой человек…

– Михаил. Михаил Михайлович Алистин, – меня ничего не тянуло на откровенность – просто я понял, что никакой обман в такой компании не пройдет. А лишь полуправда, да и то, когда правды больше говоришь, чем умалчиваешь. Тут надо быть очень, и очень внимательным…

– Сташа, рад познакомиться! Я Вечеж, впрочем, тетя Алиса меня уже представила! А у вас, молодой человек, признаюсь, очень и очень занимательное оружие… Не дадите посмотреть?

– Детки, что вы сразу о своих игрушках! – вмешалась Алиса, поднимаясь своим более чем двухметровым ростом с кресла, – Давайте я вас сначала чайком напою, у меня как раз чайничек вот-вот должен закипеть! А потом, за чайком, мы и поговорим о жизни…

Ой, чувствую, поговорим! Я человек не азартный, но когда рядом Вечеж, он же Золотой Чародей… Простое чаепитие может спокойно превратиться в пересечение километровой пропасти по шелковой нити или марафонскому бегу по лезвию ножа!

– Сташенька, девочка, ты чего так долго у своей тетушки Алисы не показывалась? Ты пей, пей чаек! И пусть твои мальчики пьют. И пусть твоя подружка пьет, хороший чаек.

– Спасибо, тетушка!

– Да что ты, что ты, доченька! Не за что! Ты знаешь, я всегда рада тебя видеть! Мальчики, вам чаек нравится?

– Благодарствую, госпожа, – Бесс настолько легко переходил на свой вычурный язык, который я для себя переводил мысленно устаревшими русскими формами, что я аж диву давался. Нормальный вроде человек, а стоит с герцогом встретится, или на званный ужин к старухе попасть – моментально преображается! Это уже не седой бандит-некромант, не любовник и сожитель Валеры, а самый что ни на есть аристократ! Тьфу на них…

– Спасибо, очень вкусно! – поддержала своего парня Лера.

– Угу, – буркнул Федя.

Бил промолчал. Нет, он бы может что-то и сказал – но его с нами не было, по какой-то причине он не захотел бросать своего "учителя" Тагрея, и потому промолчал. То есть я предполагаю, что он промолчал. Может, как раз в этот момент он что-то и говорил, но не тут и не нам.

– А ты, Михаильчик? Чаек тебе нравится?

Мое имя искривляли по-разному. Михаила можно назвать Мишей, Мишуткой, Мишаней, Мишенькой, Мишуточкой, Михаськой, можно МихМихом назвать, я же Михаил Михайлович. Но чтоб Михаильчиком…

– Да, Михаил? – внезапно обратился ко мне Вечеж, – Как тебе чай?

– Лично я люблю более крепкие и менее сладкие напитки, – сделал я мягкий намек на то, что розовая водичка с "медом", сахаром, печеньями и пирогом – это несколько не то, к чему я привык.

– Это легко исправить! – заметил Золотой Чародей, и, "элементарным" заклинанием шестого уровня, придал моему чаю большую терпкость при меньшей сладости, – Так лучше?

– Намного! – заверил я.

– Я за тебя рад. Между прочим, мог бы и сам такое сделать, не дожидаясь, пока я решу свою помощь предложить…

Мог бы? В принципе, мог. Сконцентрировавшись, накопив энергии, потянув, аккуратно, за определенные магические нити в Сумраке, быть может, попытки с десятой я бы тоже добился такого результата. Но это не важно. То, что сделал Вечеж – это была не альтруистическая помощь, не демонстрация своей силы, а вызов. Обращенный ко мне вызов. И, перефразируя на более привычный язык, последняя фраза звучала, примерно, так. "Михаил, я знаю, что ты неплохой маг. Однако я хочу, чтоб ты знал – по сравнению со мной ты никто, и живой ты лишь потому, что я во-первых не хочу обижать хозяйку этого гостеприимного дома, а во-вторых ты друг Сташи, и я не хочу при первом же знакомстве портить с ней отношения".

Последние слова Золотого были настолько завуалированы под светскую беседу, что их истинный смысл не понял один только Федя. До остальных все прекрасно дошло, и Алиса вынуждена была опять разряжать обстановку.

– Мальчики, не ссорьтесь! Давайте допивать чаек, Вечеж, не шали! Ты не у себя дома, ты у тети своей Алисы в гостях! Будь послушным мальчиком! Я сейчас на кухню сбегаю, тортика вам принесу.

– Хорошо, тетя, – успокоил ее Чародей, – Сташа, а ты тете Алисе… – пауза.

– Тетушка Алиса меня многому научила в жизни, Вечеж. И я ей очень благодарна, – отставив едва пригубленную эмалированную чашку в сторону ответила ведьма, – А ты? Я тебя тут раньше никогда не видела, волшебник.

– О, вижу, ты тоже знакома с волшебством!

– Я ведьма! И я этим горжусь!

– Мое восхищение, Ваше Ведьмовское Величие! Позвольте сказать то, что вам уже наверняка не раз говорили – вы прекрасны!

Из любых других уст такое обращение к Сташе, пусть и наделенной неплохими формами, пусть и привлекательной, с магнетизмом настоящей женственности, но отнюдь не красавице, прозвучало бы как сарказм. Как насмешка. Или как не очень хороший комплимент, слишком прямой, грубый и льстивый. Такой комплимент вызвал бы разве что улыбку. Но, странное дело, после подобных слов, произнесенный Золотым Чародеем, улыбаться никому не хотелось. Скорее сглотнуть стоящий комок в горле и побыстрее смыться отсюда.

– Спасибо, – только и смогла ответить Сташа.

– Вы – настоящий Черный Бриллиант, – продолжал Чародей намеки на внешность Сташи, в частности на цвет волос, – Ваша огранка безупречно, если же еще подобрать достойную ВАС оправу – Ваш блеск затмит свет солнца! Ваше Ведьмовство, я покорен и поражен! Вы ранили меня прямо в сердце!