Блог «Серп и молот» 2014–2016 - Петр Григорьевич Балаев

Так вот, объясняю: в постановлении информация о преступлении, если это постановление составлял грамотный следователь, именно так и выглядит, как в мухинском. Постановление — всего лишь такое краткое (а еще лучше — кратчайшее) резюме материалов, по которым принято это процессуальное решение.

Составляется оно таким образом только затем, что бы не разгласить преждевременно имеющиеся в уголовном деле сведения. Будучи очень долгое время начальником органа дознания я такое же долгое время вел почти войну с вышестоящим руководством, которое курировало меня по линии организации дознания, именно по этому поводу: постановления о возбуждении уголовных дел, которые я утверждал, были написаны именно так, как и это, злополучное, в отношении Мухина. Руководство требовало от меня полного изложения состава преступления, я упирался. Прокурор был на моей стороне и называл моих руководителей идиотами из-за этого. Мои руководители знали, что прокурор на моей стороне и называет их идиотами за то, что они со мной спорят, поэтому я нахлебался ненависти начальства по горло.

Полное изложение состава преступления в постановлении — это козырь в руках адвоката. И просчет следствия.

Сведения о составе преступления должны быть не в Постановлении…

Процедура возбуждения уголовных дел, подобных тому, что навешали на Юрия Игнатьевича, известна любому юристу, сталкивавшимся с уголовным судопроизводством. Она стандартная.

Оперативник получает сигнал о противоправной деятельности, проводит проверку этого сигнала, собирает материал. Если собранный материал свидетельствует о совершении преступления, то оформляется в порядке ст. 143 УПК РФ «Рапорт об обнаружении признаков преступления». Этот рапорт вместе с собранным материалом регистрируется в «Книге учета сообщений о преступлениях» и поступает на проверку дознавателю, дознаватель в течение 10 суток рассматривает материал, если есть необходимость, проводит опросы и экспертные исследования, и принимает решение в порядке статьи 145 УПК РФ либо о возбуждении уголовного дела, либо от отказе в возбуждении…

А прилагаемый к постановлению материал, собранный оперативником и дополненный дознавателем, называется «материал доследственной проверки». Именно в нем, а не в постановлении, должен быть раскрыт состав преступления. Поэтому любому адвокату и самому обвиняемому само Постановление, если оно составлено вменяемым следователем, ничего не должно говорить за исключением того, что какой-то гражданин подозревается в совершении преступления, предусмотренного определенной статьей УК РФ.

Поэтому крики, что в Постановлении, которым Мухин обвиняется в экстремизме, ничего нет, значит, дело возбуждено необоснованно — либо просто некомпетентность, либо граждан, которые пиарятся на протестах по поводу ареста это и не интересует.

Таким образом, что конкретно вменяется Ю. И. Мухину никто пока не знает, эти сведения содержаться только в материалах доследственной проверки, которые после возбуждения уголовного дела приобщены к материалам уголовного дела. Доступ к ним защитник Мухина получит только по окончании предварительного расследования, согласно ст. 53 УПК РФ, т. е. после составления и утверждения обвинительного заключения.

Т. е., все крики: «Ни за что человек страдает!» на основании информации из Постановления о возбуждении уголовного дела — ни одним органом, контролирующим ход расследования, вплоть до Президента, восприниматься вообще не будут! По определению. На крики идиотов реагировать не принято.

Далее, эти крики приведут к легко прогнозируемому, на 100% прогнозируемому результату: следствием это будет воспринято как давление, и расследование дела будет проводиться максимально жестко.

Вот радости это Юрию Игнатьевичу добавит!

А теперь скажите, вы помните, чтобы протесты общественности оказали влияние хоть на одно «политическое» уголовное дело? Хоть раз прокурор отменил постановление о возбуждении уголовного дела? Хоть один судья пошел на признание невиновности подсудимого под влиянием протестов? Было такое? Я не помню. А вы?

Так чего вы добиваетесь, господа-товарищи, своими пикетами и митингами еще до того, как адвокат Мухина ознакомился с материалами уголовного дела? Какие речевки на митингах вы собираетесь скандировать, если даже не знаете, в чем человека, за которого собрались тельняшки рвать, подозревают?

Кто-то может подумать, что я пытаюсь внушить, что Мухин в чем-то все-таки виновен, поэтому пока не стоит рвать из под себя… Что угодно думайте, я просто хочу вам объяснить, что вы вредите Юрию Игнатьевичу своей скороспелой активностью. Если сам Юрий Игнатьевич не понимает это, то мне его просто жалко.

Только крайний кретин может призвать народ, как это сделал М. Калашников, выйти на площадь многочисленной толпой с лозунгом «Свободу Юрию Деточкину!» (к личности Юрия Мухина это не относится, я его слишком уважаю), в надежде что власть испугается и откроет ворота узилища…

А вот одну возможность для Юрия Игнатьевича выйти на свободу до окончания установленного судом срока ареста такой акцией вы уничтожите.

Сейчас у адвоката есть возможность обжаловать решение суда о заключении Мухина под стражу, мотивировать там есть чем: и здоровье, и то, что арестованный не представляет социальной опасности… Но как только состоится митинг, так сразу это ходатайство адвоката станет бесполезным. Ни один суд не примет решения выпустить до окончания предварительного расследования человека, именем которого, когда он еще в тюрьме сидит, собираются акции протеста. Судья — человек на хорошей должности, ему эта должность дорога, поэтому ему не нужна предъява от властей: «Ты чего, гад, сделал, ты зачем этого бузотера выпустил? Из-за тебя ОМОН потом баррикады штурмовал!»

Так что, господа-товарищи, любители митинговать, вы свинью своему кумиру подложите упитанную.

Спросите: так что, ничего не делать? Да, ничего не делать. Как у Гиппократа: «не навреди».

Всё уже произошло. Дело возбуждено. Арест состоялся. Дальше работа защитника, ходатайства и аппеляции. И чем в более спокойной обстановке это будет проходить, тем больше шансов на успех.

А вот когда расследование закончится, и адвокат доведет до общественности, что же в уголовном деле все-таки имеется, тогда и придет время работы юристов и общественности: оспаривать выводы следствия.

Но, по собственной практике, знаю, что влетел Юрий Игнатьевич на этот раз серьезно. Не хочу его расстраивать, но желаю ему мужества и терпения. Ему светит реальный срок. Уверен в этом процентов на 99%. Один процент оставляю на чудо.

Запомните, если вас на стадии предварительного следствия закрыли, то, значит, судья усмотрел в материалах дела состав и уверен, что приговор будет обвинительным. Судебная практика, когда после ареста выносится даже не оправдательный приговор, а условный срок — ничтожна.

Даже любовнице Сердюкова не пролезло.

Я не супер-пупер медийный и популярный, поэтому хрен кого я смогу убедить не делать глупости. Пикет и митинг будет. Все напиарятся, наорутся. Мухина до суда не выпустят и срок ему влепят. Небольшой, конечно, но влепят.

И, наконец, очень коротко, о самих «жертвах режима». Если бы это не были лично мне симпатичные люди, то я