Terra Mirus. Тебе не кажется - Наталья Борисовна Русинова

ее в макушку. — Низковато поднимает, над деревьями только. Гиннар прямо сейчас увеличивает мощность реактивной струи.

— Вы видели? — прищурилась Ксана, подошедшая с другой стороны. — Там повелитель Гаруда явился собственной персоной.

И в следующий миг над лугом прокатился звук горна. Все замерли и затихли, глядя ввысь.

Соколиный правитель парил в небе, не отводя взгляда от горизонта. Как всегда, безупречный: в сияющих серебристых латах, в шлеме с золотыми крыльями, с непроницаемым лицом. В руке он держал посох с синим камнем, внутри которого словно светилась звезда.

Ряды солдат у обрыва около речки забурлили и разомкнулись, выпуская по живому импровизированному коридору Индру в кожаном доспехе с золотыми пластинами, с мечом в руке. Лезвие из звездного металла ярко сияло в солнечных лучах. Принц шел к центру поляны, и взрослые соколы с воодушевлением смотрели ему вслед, прижимая ладони к груди.

— Глядите внимательно, такого никто не видел в обоих мирах больше пятисот лет, — шепнул остальным Юлиан, и не удержался от смешка. — Самым интересным будет выражение лиц нашего войска, когда птенчик покажет цвет перышек.

Индра шел, не сбивая шаг и держа спину прямо, хотя Илона видела, что парень волнуется. Стиснул рукоять до побелевших пальцев, сжал губы в линию, не иначе как пытается скрыть предательскую дрожь. Но вот он достиг центра поляны и встал, словно ожидая знака. Воины расступились в стороны, оставляя ему пространство для размаха крыльев.

Правитель перевел взгляд на сына и протянул ему руку, приглашая взлететь. Индра медленно выдохнул и принял боевую ипостась. Угольно-черные крылья взметнулись за спиной, и по блестящим перьям снова заискрили огоньки. Соколиное воинство замерло. Казалось, пролетит над речкой муха — и ее жужжание услышат на другом краю луга. Индра сунул меч в ножны и воспарил над землей.

Лица у солдат действительно были такими, будто они собственными глазами узрели явление солнечного бога во плоти. Индра же поднимался все выше и выше и, наконец, застыл напротив отца. Приложив руку к груди, он склонил голову и замер в ожидании.

А повелитель Гаруда, моментально растеряв всю важность, кинулся к сыну и крепко его обнял. Затем они зависли в воздухе, соприкоснувшись лбами и закрыв глаза.

— Хвала богам, — тихо выдохнул Юлиан, и тут же поспешил объяснить остальным. — Прямо сейчас правитель вводит Индру в усиленный боевой круг с помощью заклинания, которое читается про себя и активируется мыслью его основателя.

— А почему хвала богам? — спросила дотошная Ксана.

Юлиан смущенно хмыкнул, но все же ответил.

— Мы боялись, что повелитель Гаруда может не признать конкурента, равного по потенциалу силы. Знаю, это очень глупо, но еще слишком жива память о чудовищных деяниях Стратора.

Через минуту Гаруда разжал руки и взмыл под облака. Почти сразу с разных сторон поля ввысь поднялась еще четверка соколов: рыжий, в кованых латах цвета меди; блондин, на шлеме которого красовались синие крылья; темноволосый и смуглый, одетый во все черное, лишь металлические пластины на кожаном доспехе сияли серебром. Последним взлетел тот самый коренастый светловолосый мужчина, которого на тренировке столкнули со скалы лишь впятером. Он поднялся чуть выше деревьев и держался в воздухе с видимым усилием.

«Земляной, — сообразила Илона. — А остальные — самые сильные представители своих стихий».

Соколы и вправду выстроились в вертикальный круг, на вершине которого застыла фигура правителя. А затем все шестеро повернулись на восток и взмахнули руками. Воздух под их ладонями сгустился в плотное клубящееся марево размером на треть неба, и в нем, как в сказочном блюдце с яблоком, появились тысячи ищеек. Они двигались серой бугристой рекой по долине, уничтожая на своем пути все живое — просто так, ради забавы. Не щадя ни зверей, ни кусты, ни деревья, даже те, что много столетий подпирали макушками небеса.

Над ними парили нефилимы, в ослепительно-белых одеждах и безоружные, но их беззащитный вид теперь мог обмануть только идиота.

— Идут, — произнес соколиный правитель, негромко, но каким-то образом его услышали все.

А затем он рывком поднял посох вверх, с каменного навершия сорвалась молния и с треском ушла в облака. Через секунду раздался гром, от которого содрогнулись скалы.

— Воооооолх! — взревел Гаруда, выхватывая второй рукой меч из ножен и поднимая его над головой. — Не посрамим честь праотца!

— Вооооооооолх! — заорали в ответ сотни глоток.

Илона едва не рухнула под натиском неожиданного ветра — в небо толпами поднималось крылатое войско. Соколов всего было сотен пять или шесть, но впечатление они производили — на целый римский легион.

— Шли бы вы к крепости, девоньки, — посоветовал пробегающий мимо седой мужик в шлеме, тот самый, что увел на рассвете Рагнара. — Сейчас тут будет жарко.

— Я земляной маг, — возмутилась Илона. — И мы ваши союзники. А Ксана — черный дракон-полукровка.

— Знаю, — улыбнулся сокол. — Но плеваться кислотой и кидать камни прекрасно можно из безопасного места.

И сделал знак бойцам, стоящим за их спинами. Через секунду Илона почувствовала, как ее обхватывают за талию и поднимают с земли. Сзади раздался гневный окрик Ксаны и удивленный — Рика.

Незнакомые крылатые парни перенесли через речку всех троих. Следом еще двое несли Гиннара, схватившись руками за поручни коляски. Соколы опустили всех около столовой и тут же взмыли в небо.

Из дверей уже выбегал Артур, в куртке, застегнутой под горло, и вооруженный сразу двумя пистолетами. Один из них он сунул Рику, торопливо сообщив остальным, что Витт с Зигфридом и Василием Ивановичем заряжают огнестрельное оружие, а Женька носит ящики с боеприпасами.

— Вы очумели, что ли? Зачем девчонку с инвалидностью заставили тяжести таскать? — возмутилась Ксана.

Артур же только хмыкнул в ответ:

— Иди, попробуй лишить ее этой трудовой повинности. Узнаешь, в какие далекие края она может отправить всех страждущих экзотических путешествий.

— А ты откуда об этом знаешь? — удивилась Илона.

— Так я уже попробовал ей сказать, что это не женское дело, — смутился Артур и махнул рукой. — В общем, готовимся. Дел невпроворот.

* * *

Илона представляла себе эту битву много раз, то с ужасом, то с предвкушением. И чем ближе подходил срок, тем легче становилось на душе. Не может быть такого, чтобы в этот раз не вышло одолеть чудовищ! Самое главное — получилось защитить соколов от ментального воздействия нефилимов, и сейчас силы были, по меньшей мере, равными. Плюс пятеро драконов, каждый из которых стоил небольшого войска.

Да, ищеек не меньше трех тысяч. Илона явственно видела тварей, отпустив сознание в земную толщу, текла по кварцевым жилам внутри скал, плыла по корням рухнувших деревьев, впитывая их боль и агонию.