Гайдзин - Джеймс Клавелл

— Эй, погляди-ка! — Из-за дальнего поворота показалась шеренга всадников. — Открывай!

— Пускай подождут. Они опоздали. — Стражник тыльной стороной ладони вытер под носом, из которого постоянно текло, и прищурился от ветра, вглядываясь вдаль. Вместе с остальными стражниками он пробежал глазами по всадникам; человек тридцать-сорок, прикинул он, слишком уставший, чтобы пересчитывать их. Знамен нет, стало быть, мелкая сошка. Все заляпаны грязью, лошади в мыле. Всадники ехали, плотным кольцом окружив двух женщин в середине. Женщины путешествовали верхом и были в одежде из толстой материи и широких шляпах с вуалью, подвязывавшейся под подбородком. Он рассмеялся про себя. Сегодня ночью комнат им не раздобыть и уютного сна не видать, деревня полнехонька. Ну и чёрт с ними.

Когда отряд подъехал к заставе, капитан Абэ крикнул:

— Эй там, открывай!

— Иду, иду, — проворчал стражник, лениво переставляя ноги, и тут же пожалел, что не был более расторопен. Абэ в один миг соскочил с лошади. Удар — и стражник рухнул как подкошенный.

— Немедленно открыть заставу! — проскрежетал Абэ. Два всадника спешились рядом с ним, один из них Ёси, его лицо было замотано шарфом, другой — Ватаки, которого Ёси наградил за то, что тот помог спасти его жизнь. Из караульного помещения выбежал офицер и, разинув рот, уставился на своего человека, не подававшего признаков жизни.

— Что здесь происходит? Вы арестованы!

— Открывайте заставу!

— Вы арестованы.

Абэ обошел заставу сбоку; его грозный вид не оставлял сомнений в его намерениях.

— Открывайте заставу. Пошевеливайтесь! — Стражники бросились выполнять приказ, но их офицер выпалил:

— Предъявите проездные бумаги и…

— Слушай, обезьяна. — Капитан Абэ круто повернулся к нему лицом, и тот застыл на месте. — К важным гостям следует обращаться вежливо и не задерживать их в холодный вечер; к тому же и солнце ещё не зашло. — С этими словами он ударил его кулаком сбоку по голове, офицер пошатнулся и после второго сокрушительного удара упал. Абэ рявкнул опешившим часовым: — Передайте этому болвану, чтобы пришел ко мне на рассвете, или я разыщу его и изрублю, как чучело, и вас всех заодно! — Он махнул своим людям рукой, чтобы те проезжали, вскочил в седло и легким галопом поспешил за ними следом.

Ему понадобилось всего несколько минут, чтобы заполучить лучшие комнаты в лучшей гостинице. Те, кто занял их первыми, с благодарными поклонами исчезли, почитая за высокую честь освободить их — торговцы рисом и другие самураи, никто из которых не был готов к поединку насмерть, чем неминуемо кончилось бы дело, вздумай они артачиться.

Ёси снял шляпу и шарф, когда дверь-сёдзи закрылась. Округлый хозяин гостиницы Приятных Снов сидел на коленях рядом с дверью, уткнувшись лбом в пол и ожидая приказаний. Мысленно он обрушивал тысячи проклятий на своих осведомителей, не предупредивших его об этих поздних гостях, которых он проклинал за то, что они нарушили его покой и, без сомнения, будут нарушать его и далее, кто бы они там ни были. Он не узнавал ни одного из них в лицо и находил в высшей степени странным то, что они путешествовали без знамен, носили простые мундиры и знаки бакуфу и не назвали вслух ни одного имени. Даже этот самурай, отметил он про себя, к которому их злобный капитан, едва они остались наедине, стал относиться с таким почтением, уступив ему самые дорогие комнаты, не был назван ни по имени, ни по званию. И кто эти две женщины? Жена какого-нибудь даймё и её прислужница? Или всего-навсего две блудницы высокого ранга? Новость об их прибытии облетела всю гостиницу. Он тут же назначил награду той служанке, которая сумеет вызнать, кто они такие.

— Ваше имя, хозяин? — спросил Ёси.

— Итидзё, владыка. — Он решил, что обращение «владыка» ничем не может ему грозить.

— Сначала ванну, потом массаж, потом есть.

— Незамедлительно, владыка. Могу я иметь честь самолично показать вам дорогу?

— Будет достаточно банной прислужницы. Есть я буду здесь. Благодарю вас, вы можете идти.

Хозяин льстиво поклонился, с трудом оторвал от пола своё грузное тело и засеменил прочь.

Капитан Абэ проверил посты: часовые будут окружать этот одноэтажный дом из восьми комнат со всех сторон. Койко отвели комнаты дальше вдоль веранды, которая будет охраняться все время. Покои её и Ёси разделяла ещё одна комната, в которой безотлучно находились ещё два стражника.

— Хорошо, капитан. Теперь идите и поспите.

— Благодарю вас, но я не устал, господин.

Ёси приказал, чтобы с ним обращались как с обычным госи, и, только разговаривая с ним без посторонних, самураям разрешалось добавлять «господин».

— Вы пойдете и поспите. Вы нужны мне бодрым. У нас впереди ещё много дней пути. — Ёси заметил, как какая-то мысль промелькнула в глубине глаз молодого человека, покрасневших от усталости. — Да?

— Пожалуйста, извините меня, — нерешительно заговорил Абэ, — но если вам необходимо срочно достичь Эдо, было бы вернее, если бы вы отправились с отрядом вперед госпожи.

— Идите спать, — сказал Ёси. — Уставшие люди совершают ошибки. Также ошибкой было ударить офицера. Часового было достаточно. — Он знаком отпустил его.

Абэ поклонился и вышел, ругая себя за глупость: нет смысла советовать то, что и так очевидно. Сегодня им пришлось сделать три ненужные остановки, вчера — две. Он ещё раз проверил часовых и вытянулся на футонах в своей комнате. Через несколько мгновений он крепко спал.

После бани, массажа и ужина, который он съел медленно, хотя был очень голоден, Ёси направился вдоль коридора. Решение взять с собой Койко было легким. Он вдруг понял, что она окажется идеальным прикрытием, и приказал Акэде проследить, чтобы каждый знал, что он просто отправляет её в Эдо с отрядом самураев, а сам поедет отдельно.

— Безупречный план, — кивнул Акэда.

Ёси вошёл в её внешнюю комнату. Она была пуста, сёдзи во внутренние покои закрыта.

— Койко? — позвал он и устроился на одной из двух подушек. Сёдзи скользнула в сторону. Сумомо сидела на коленях, держа её открытой для Койко, опустив глаза на татами. Её волосы были убраны в высокую прическу в стиле Киото, брови выщипаны, губы слегка подкрашены. Что ж, отрадное улучшение во внешности, подумал он.

Едва увидев его, Койко опустилась на колени, и обе женщины одновременно поклонились. Он обратил внимание, что Сумомо поклонилась безупречно, в точности скопировав изящество Койко, и это тоже ему понравилось. Он не заметил, чтобы долгая езда верхом хоть как-то отразилась на Сумомо. Ёси поклонился в ответ. Кровати из пуховых футонов были уже готовы.