Диагноз: женщина - Ирина Чернова

Я и не представляла, что эти воспоминания будут для меня так тяжелы. Каждая мелочь, каждый предмет, который я описывала, вызывал такую горечь в душе, что сжимало горло. Всплывали в памяти лица друзей по институту, сослуживцев по работе, но страшнее всего было вспоминать самых родных. Мама, крутая и властная, уже не казалась мне такой отсюда, отец, ушедший от нас почти пятнадцать лет назад представлялся мне добрым и растерянным человеком, но страшнее всего было вспоминать о сыне. Сволочь Рейнон знал, на чем можно играть и теперь сыпались вопросы, изматывающие похлеще всяких пыток, в подробностях заставляющие вспоминать тех, кого, возможно, мне уже не суждено было увидеть. Слезы катились сами собой, утирать их было бесполезно, глаза опухли и болели. И так до самого вечера...

Сцепив зубы, я все-таки хоть немного позанималась физкультурой и теперь прислонилась к стене, закрыв глаза. Зачем все это? Для чего Рейнон выворачивает мою жизнь наизнанку? Чем я могу быть полезна или вредна Тигории? На эти вопросы, которые я задавала каждый день тем, кто допрашивал меня, мне не отвечали, а вежливо задавали свои. По-моему, я тут сижу уже много лет и скоро у меня вырастет седая борода, волосы повылезут и я ослепну без света. Все, все плохо, я тут брошена и никому не нужна-а... опять полились слезы, щекоча грязную шею. Ни умыться, ни зубы почистить, а уж про запах и говорить страшно - умереть в этом каменном мешке на куче соломы, что может быть ужасней? Неужели я уже достигла своего предела? Посчитала, сколько дней я тут нахожусь. Получалось, что уже шесть. Надо хоть царапки на стене делать, а то свихнусь окончательно. И слова сказать некому...

- Брайн, сволочь! - в сердцах ударила я по стене кулаком. - Хоть бы ты со мной поговорил!

...Я сидела на знакомой поляне, сжавшись в комок, вся грязная и совершенно голая. Брайн плел из тонких кожаных ремешков шнурок, не обращая на меня никакого внимания.

- Брайн!

Мужчина повернулся вполоборота, как бы раздумывая, смотреть в мою сторону или нет.

- Брайн, раньше я приходила к тебе одетая, почему я сейчас в таком виде?

- Ты еще не видела свое отражение. Там тоже ничего хорошего. Такая рожа...сочувствую, - издевательски протянул он.

- Ну почему со мной все это произошло? За что?

- Потому что ты все сделала не так. Все было неправильно, отсюда и закономерный конец - ты в тюрьме, уже пала духом...осталось совсем немного и все закончится.

- Я все сделала не так? - слезы опять подступили к глазам и все вокруг поплыло. - Пожалуйста...почему ...все... не так?

- Ну-у, если уж ты таких очевидных вещей не понимаешь, как я могу с тобой дальше разговаривать?

- Все...все ...было ...не...так...- я уткнулась лбом в грязные колени и заревела. - Я...как я могла ...еще ...поступить...как?

- Для начала тебе не надо было идти в магазин. Ну там, у себя дома.

- Как не надо? - опешила я. - Это разве тоже причина?

- Конечно. Сидела бы дома, ничего бы не проморгала тогда.

- Но...подожди, ведь нам надо было что-то поесть...- слезы уже высохли и я пыталась поймать мысль Брайна.

- Ну и что, потерпели бы! Потом, тебе не надо было цепляться за Рея, когда его потянуло в монитор. Между прочим, вы вполне могли бы остаться и в той деревне дебилов, как ты ее называешь. Жили бы себе припеваючи...

- Не поняла. - Реветь уже не хотелось, а вот постучать кому-то по голове - очень даже. - Ты чего несешь, кто это жил бы там припеваючи?

- Вы, конечно! Ну, порознь, так бегали бы по ночам друг к другу, не вы первые, не вы последние. Потом вы сбежали от спокойной жизни...и чего ты стала права качать у Мирандины? Оскорбила влюбленную женщину...А так осталась бы у нее, Норман к тебе уже неровно дышал, прекрасная из вас пара бы получилась! И с Мирандиной еще подругами бы были. А ты в бутылку полезла...

- Ах, это я, значит, виновата во всем, да? Я несчастную Мирандину оскорбила? Да еще и Нормана мне пришили бы, да? И эта сука была бы мне лучшей подругой? Да ты что несешь, Брайн? Ты с бодуна, что ли? За Рея не надо было цепляться дома, а смотреть, как его туда затягивает? Да я тебя сейчас просто поколочу за такие слова, кто бы ты там ни был, хоть Бог, хоть фраер!

Я поймала себя на мысли, что уже давно стою с приличных размеров дубиной посреди поляны в моей обычной походной одежде, только вот необычно чистой и руки-то с маникюром и голова чистая, а грязи как не бывало...

- Вот это другое дело! - заржал Брайн сзади меня. - Такой ты мне больше нравишься, чем то грязное и сопливое существо с красными крысиными глазами, которое ноет и плачет по своей ужасной судьбе! А то свалилась мне, как снег на голову, какая она вся бедная и несчастная, пожалейте ее! Бороться кто будет, я?

- А как я должна бороться, сидя в этой чертовой тюрьме? - заорала я в бешенстве. - Что я должна там делать? Эта старая сволочь на цепь меня обещал посадить, как я на цепи буду заниматься физкультурой, а?

- О! - Брайн поднял палец вверх. - Правильно мыслишь! Не о том, как ты будешь спать или на ведро ходить, а о том, как физкультурой заниматься! И это будет твое спасение, иначе загнешься там!

- Загнусь! Потому что никто...

- Цыц! И думать даже не смей так! Твое дело - выдержать!

- Да сколько еще...

- Сколько надо, столько и выдержишь! Почаще думай, это помогает!

- О...

- О. Думай, на то тебе и голова дана, это твое спасение. Ну что, встрепенулась? - уже более ласково спросил он. - Тогда в бой?

- Повоюешь тут, в камере-то, - проворчала я, но упаднического настроения уже не было.

- Воевать везде можно. Эй, а...Схаркру-то что-нибудь передать? - Брайн с улыбкой смотрел в упор.

- Схаркру? - я чуть запнулась. - Передай, что я его люблю. Хотя теперь это уже не имеет значения...

- Я тебе покажу "не имеет"! - Брайн показал мне кулак.

- Тогда так и передай, что я люблю его! - весело заорала я, размахивая дубиной. - Да лети ты в голову тому, кто мне тут гади-и-ит!

Завертевшись вокруг себя, я послала мое нежданное оружие в полет, как молот - по круговой траектории.

После разговора с Брайном я внутренне успокоилась и даже как-то воспряла духом. Все-таки это очень много - вот такой разговор, могущий поддержать моральные силы в тяжелые времена!

Два дня прошли друг за другом в вечном и неизменном - в попытках уличить меня в какой-то лжи, но рассказ о движении отряда из Пейвеса в Барнард и далее мое со Схаркром передвижение в Лардан и оттуда в Аргор можно было хоть наизнанку вывернуть, но ничего изменить в нем было невозможно. Опустила я только наш поход к подземной реке да визит в храм Аштары. Незачем вам, дорогие мои, копаться там своими ручонками, что бы дальше ни было, об этом не узнает от меня ни одна живая душа.