Перстень Сварга - Веда Корнилова

Конечно, самое удобное для всадников - это настичь преследуемых людей (да к тому же пеших) на ровном месте. Там их можно просто-напросто смять лошадьми, растоптать, и тут уж вряд ли кто из пеших сумеет дать хоть какой-то отпор нападавшим - бегущие кони враз истопчут людей в кровавую кашу с крошевом костей. Поэтому то, что за спинами беглецов находится телега, можно считать дополнительной защитой: никто не будет сбивать стоящих людей на всем скаку: вряд ли хоть кому-то захочется калечить свою лошадь о телегу. Кроме того, у нападающих не выйдет так легко напасть на врагов со спины, а если кто и попытается это сделать, то есть шанс перехватить этого храбреца.

Внимательно смотрим, кто там, в этой толпе догоняющих? Двое стражников, и восемь местных обывателей. Трудно сказать, на что способны эти люди, но в любом случае не стоит недооценивать противника.

Первым от удара хлыстом со своего коня слетел один из стражников - тот, кто просто-таки летел впереди небольшого отряда, возглавляя погоню, а еще через мгновение от второго удара вслед за стражником на землю свалился еще один человек, на лице которого был написан азарт преследования. Олея его сразу узнала: этот тот самый парень, что первым схватил под уздцы ее лошадь там, в поселке. Ну-ну…

К великой досаде женщины, третий посыл хлыста не достиг цели - невысокий худощавый мужчина в последний момент совершенно невероятным образом сумел уклониться в сторону, и хлыст только чуть задел его, причем самым кончиком. Конечно, сейчас у этого человека спину просто сводит от боли, но, тем не менее, он остался в седле, и даже умудрился отъехать на расстояние, недоступное для новой атаки. Олея чуть не ругнулась вслух: таких проколов она давно не допускала! Видел бы это дядя Генар - был бы искренне раздосадован и заставил бы племянницу вновь и вновь отрабатывать этот удар.

Разозленная на себя женщина не сдержалась - затяжной посыл хлыста прошелся по груди всех лошадей, что приблизились к беглецам, и от внезапной жгучей боли почти каждая встала на дыбы. Оставалось только удивляться, каким чудом всадники сумели удержаться на своих лошадях, хотя некоторые из преследователей мотались в седлах, что мочало на ветру. И все же своей цели Олея достигла: нападавшие отступили, пусть даже всего лишь на несколько шагов, так, чтоб их не смог достать хлыст в руках бабы-чужеземки.

За короткое время преследователи поняли, что к этим непонятным людям близко лучше не подходить, а иначе последствия могут быть чреваты крупными неприятностями. Вон, двое упавших с коней мужиков неподвижно лежат на земле. Уж не убились ли при падении? Плохо, если все обстоит именно так! На всякий случай, стоит податься чуть назад - так оно все же будет понадежней, да простору для маневра побольше. Понятно, о чем думали оставшиеся: что ж, раз не получилось взять с налету, то надо действовать как-то по-иному. К тому же сейчас на земле лежат двое их товарищей, так что напролом нестись не стоит: есть немалая опасность того, что лошадиные копыта могут нанести лежащим новые раны.

Всадники полукругом обступили стоящих людей, и что-то зло кричали им. Ну, и без перевода ясно, что это отборная ругань и приказ сдаться. Ничего нового, в общем. Похоже, что горячка погони все еще не покинула этих людей, зато Бел и Олея стояли неподвижно, не произнося ни звука - не стоит вступать в разговоры с противником, когда и так понятно, что от него следует ожидать в дальнейшем.

Как и рассчитывали беглецы, подобное затишье долго не продлилось. Мужиков после долгой скачки одолевала жажда боя, а заодно и желание проучить этих чужаков за нанесенные оскорбления - ведь они осмелились поднять руку на их земляков! К тому же мужиков обманул и внешний вид пришлых: стоят, молчат, не шевелятся… Э, да кажется эти двое струхнули не на шутку! А ведь так оно и есть: наверняка парочка незнакомцев поняла, что натворила, и сейчас у этих бродяг от страха отсох язык и ноги онемели, а раз такое дело, то и медлить не стоит. Да и чего их бояться, чужаков всего двое: это в первый раз проучить нахалов не получилось, а сейчас их можно смести враз!

Вторая атака не заставила себя ждать. Правда, перед этим двое из компании преследователей направились за спину Бела и Олеи - понятно, собираются напасть сзади. Впрочем, этого никто и не скрывал, да и мужички зло скалили зубы и поигрывали кулаками. Олея, поглядывая на них одним глазом, прикидывала: когда эти двое олухов окажутся в таких пределах, надо будет нанести один, но беспроигрышный удар - свалить разом обоих.

Еще можно порадоваться тому, что, похоже, ни у кого из этой ватаги при себе не было серьезного оружия: похоже, мужики запрыгнули на своих коней по первому же зову друзей-приятелей, и никому из них не пришло в голову прихватить с собой нож или кинжал. Тоже мне, вояки… Правда, стражники не в счет - эти безоружными не ходят, им такое по должности не положено. Если обшарить того стражника, что сейчас лежит на земле, то у него при себе явно найдется кое-что из оружия, которое явно не помешало бы для защиты Олее и Белу. Увы, но пока что до стражника никак не добраться - так вышло, что он лежит как раз посередине меж преследователями и беглецами, и сейчас подходить к этому человеку не решался никто.

Однако в этот самый момент второй стражник решил действовать, понимая, что если он сейчас ничего не предпримет, то его авторитет может безвозвратно рухнуть в глазах односельчан. Стражник выхватил из ножен свой короткий меч, и кинулся на стоящих перед ним незнакомцев, а вслед за ним бросились и все остальные. Конечно, служака несколько поторопился: вот если бы те двое успели зайти за спину незнакомцев, и все одновременно напали б на этих чужаков, то им можно было бы рассчитывать на успех, а так…

Стражника Олея сняла первым, и когда тот еще падал, сумела достать и второго, все того же невысокого мужичка, по которому она промахнулась вначале, только в этот раз она била по лицу, вернее, по лбу, прямо над бровями. Как и следовало ожидать, тот, схватившись за глаза, страшно заорал, что вполне объяснимо - боль была жуткая, и вдобавок к этому еще и примешивался страх навек остаться слепым. Ну, мужик, не трясись понапрасну, ничего страшного с твоими глазами не приключилось, они целы и невредимы. Впрочем, ты сам виноват: тебе уже разок хорошо попало по спине, должен был понимать, чем для тебя может закончиться дальнейшее участи в драке, а уж если не внял голосу разума, то отныне пеняй только на себя.

Этот истошный крик настолько сильно хлестнул по нервам оставшихся селян, что у каждого из них если и не пропало желание участвовать в драке, то оно значительно снизилось. К тому же у многих в головах возник резонный вопрос: что же это за разбойники такие, раз не боятся нападать на стражу?! А ведь за подобное по законам этой страны положена смертная казнь, но пришлые об этом или не знают, или у них на душе и без того накоплено столько грехов, что хватит не на один высший приговор. Так что одним преступлением больше, одним меньше - для этих двоих головорезов подобное уже не имеет никакого значения. На всякий случай мужики вновь попридержали коней и чуть отступили под непрерывный вопль раненого - его крик пугал селян куда больше, чем вид лежащих на земле стражников, а в души селян постепенно стал вползать если не страх, но вполне обоснованное опасение за свою жизнь.