Нет тебя прекраснее - Диана Холквист

– Прости, – сказал Джош. – Просто я надеялся, что ты скажешь «да», и когда ты сказала «нет», я… я решил, что смогу заставить тебя передумать.

Не сознавая, что делает, Жасмин коснулась рукой своих губ.

– И теперь ты точно не захочешь со мной работать! – Его кулаки сжались, а на лице отразилось чувство, весьма близкое к отчаянию. – Я все испортил, да?

Жасмин молчала, занятая собственными ощущениями. Щеки ее горели, а внутри все таяло, и бессознательный страх перед мужчинами как биологическим видом превращался в весьма конкретную боязнь отдельного индивида – Джоша Тоби. О да, она должна бояться этого человека, потому что ей хочется целовать его снова и снова. А потом… потом попросить о большем. Но для него этот поцелуй не может быть так важен. Страшно представить, сколько женщин киноактер перецеловал за свою жизнь и со сколькими был близок.

– Я соглашусь с вами работать, но при одном условии: мы никогда больше не сделаем ничего подобного, – сказала она.

– О, конечно! Это была ошибка.

– Случайность. – Тело неудержимо клонилось в его сторону. Что за предательство! Просто пятая колонна внутри…

– Само-собой… глупая случайность… – Его губы совсем близко…

Громкий лай Бастера вернул молодых людей к реальности. Они отпрянули друг от друга и повернулись к собаке. Пес прыгал, Царапая стекло и мечтая добраться до белки, которая нахально сновала по веткам высокого клена.

Жасмин вскочила и подошла к окну, притворяясь, что ее ужасно интересует белка. Джош последовал за ней, но предусмотрительно держался на расстоянии. Жасмин медленно приходила в себя. Ей стало стыдно. Независимо от того, является ли этот мужчина ее истинным и единственным возлюбленным, дарованным небом, но в настоящий момент их бренного существования он является бой-френдом Клео Чен. А, кроме того, он теперь ее босс. Нельзя целоваться с собственным начальством. Она погладила Бастера, благодарная песику за то, что тот вовремя прервал опасную ситуацию.

Нельзя целоваться и заниматься любовью с работодателем, он же кинозвезда, он же истинный возлюбленный, он же самый сексуальный мужчина на свете, он же парень самой сексуальной женщины.

«Но если бы я захотела – я бы его получила!» Жасмин спрятала улыбку. Что бы сказали Дженн и Сьюз? И вообще, что заставило ее так откровенно себя вести? Возможно, его непреодолимая, просто вопиющая сексапильность? Или ей захотелось обрести некий опыт? Или это потому, что он был внимателен и заботлив и догадался, что она чувствует и как мучается от своей запредельной застенчивости?

Но все это не важно, поскольку она никогда не сделает этого снова. Поцелуи с суперзвездой под запретом.

Меж тем белка убежала, и Джош отвернулся от окна.

– Я обычно так не поступаю, – со смущенной полуулыбкой сказал он. – Должно быть, это от одиночества. Здесь, в Нью-Йорке, я чувствую себя одиноким и никому не нужным… вот так и получилось… Извини.

– Ничего. – Щеки Жасмин пылали, и она подумала, что обрекла себя на чертовски тяжелый труд: находиться рядом с самым привлекательным мужчиной на земле, стараться не подпасть под его огромное обаяние и не увлечься той жизнерадостной энергией, которая буквально бурлит в нем. Он похож на щенка: много сил, огромное любопытство и непонимание ограничений.

– Я знаю, что наши отношения будут деловыми, – покаянным тоном продолжал Джош. – Я встречаюсь с Клео, а ты…

– А я на тебя работаю.

– Да, точно. Это все потому…

– Что тебе очень одиноко в Нью-Йорке. – Жасмин упорно избегала смотреть в его васильковые глаза и продолжала разглядывать клен за окном.

– Точно. – Он удивленно вскинул брови. – Но откуда ты знаешь?

«Да потому что мне тоже чертовски одиноко в Нью-Йорке». Но она не сказала этого вслух и, вздохнув, предложила:

– Давай поговорим о работе.

– Хорошо. Работа – это здорово, потому что она помогает и отнимает кучу времени. Мне нужно как-то замаскироваться, чтобы никто не узнал меня, особенно газетчики. Иначе на постановке пьесы можно поставить крест.

Джош стоял посреди комнаты, а Жасмин ходила вокруг него, словно он был новогодней елкой. Простой плащ может даже самого второстепенного актера превратить в Гамлета. Но в данном случае ей требовалось нечто противоположное – спрятать бриллиант в кучу стекла, превратить Джоша Тоби в одного из обыкновенных людей, сделать так, чтобы он не выделялся из толпы.

Сосредоточиться на мыслях о работе было трудновато, но Жасмин изо всех сил старалась не вспоминать поцелуй, от которого до сих пор горели губы, и не обращать внимания на его широкие плечи и узкие бедра. Работа и еще раз работа. В конце концов, она же профессионал. Хотя согласилась бы стать его служанкой. Его минутной слабостью, одной из многих… Стоп! Выкинуть эти несвоевременные мысли из головы и сконцентрироваться на служебных обязанностях. Минуточку… Жасмин едва сдержала торжествующую улыбку. Кажется, поняла. Более того, есть шанс произвести трансформацию, которая убьет сразу двух зайцев: сделает актера неузнаваемым и спасет ее от мук, поскольку он станет самым несексуальным человеком. По крайней мере, для нее, Жасмин.

Увидев, что она улыбается, Джош оживился и нетерпеливо спросил:

– Что ты придумала?

– Кажется, я знаю, что делать. Только сперва ты должен пообещать слушаться меня и выполнять мои указания.

– Ух ты, мне это нравится, Жас. Я обожаю, когда ты так говоришь…

– Стоп! Работа! Ты согласен?

– Конечно! Приказывай. Ты будешь хозяйкой, а я – твоим преданным слугой.

Жасмин зажмурилась, пытаясь не пропустить в мозг образы, вызванные его словами. Если только она разрешит себе представить его угождающим ее желаниям… Боже, ну как можно работать в таких условиях?

Глава 11

В этот обеденный час на Пятой авеню было весьма многолюдно. «Разумеется, я всего лишь личный помощник Джоша, – думала Жасмин, – но это не значит, что не стоит обращать внимания на происходящее в театре. Нужно воспользоваться случаем и узнать как можно больше о постановке пьесы. А еще необходимо собрать информацию о том времени, когда жили Ромео и Джульетта. Если Артуро спросит, какие каблуки носили дамы в Вероне в пятнадцатом веке, я должна иметь готовый ответ. И если в читальном зале сегодня дежурит именно Джош Тоби… что ж, это просто случайность. Или даже счастливая случайность». Она не только сможет изучить итальянские костюмы и аксессуары нужной ей эпохи, но и познакомиться с Джошем Тоби – библиотекарем. Самое замечательное, что к знакомству ее побудили служебные обязанности. Жасмин не сомневалась: если понять, что именно в одежде библиотекаря указывает на него как на застенчивого; малозначительного и стремящегося оставаться в тени человека, тогда она сумеет смоделировать тот же стиль в костюме Джоша-звезды, и этот наряд скроет его в нью-йоркской толпе. Это будет идеальная маскировка.