Невыносимый брат (СИ) - Анина Татьяна

Опасное состояние.

Приходит красный профиль.

Ангел: «Вот так я простыла».

Дракон: «Красота какая!»

Ангел: «Почему ты так долго со мной не разговаривал?»

Дракон: «Ты меня только что разблокировала».

Ангел: «В университете, ни разу не подошёл».

Пульс участился. Только не игра, Геля! Геля мне только искренность нужна… Я не переживу! Но ты же ангел. Ты же не такая, как твоя Василиса.

Дракон: «После того, что я натворил, как-то стрёмно было подходить. Мирон меня простил. А ты простишь?»

Ангел: «Я подумаю»

Дракон: «Ты завтра идёшь в университет или честно болеешь?»

Ангел: «Хочу, но не знаю, как получится»

Дракон: «Вместе поедем, я тебя отвезу».

Ангел: «Договорились. Тогда я колёса и спать, чтобы завтра лучше себя чувствовать. Мне пропускать нельзя, хочу на бюджет перевестись с Нового года. Ты не обманешь меня? Завтра вместе?».

Дракон: «Конечно, мы вместе. Температуру вначале померяем, если всё в порядке, то поедешь».

Ангел: «Я сама решу можно ехать или лучше остаться».

Я написал ей ещё пять сообщений. Последнее с пожеланием спокойной ночи. Но она уснула видимо.

А я трепался с Мироном о том, что у меня есть контакт с девушкой мечты. Выразил беспокойство по поводу того, что она может разыграть. На что мудрый псих Корсаров ответил, что я толком с ней не беседовал, а уже ссу.

Зассышь здесь, когда счастье мимо пролетает такое глобальное и огромное, а тебе нужно его за хвост поймать.

Я проспал. На два часа позже проснулся. Вот так взял и сам себя подставил. Обещал и не выполнил. После всего, что произошло, представляю, что Гелик себе надумала про меня.

Сломя голову кинулся вниз, а Гели нет в доме. Её мать увезла. Анна Васильевна сказала, что Ангелина всего на пару занятий захотела, а на выходных будет лечиться серьёзно.

Я обещал ей что вместе поедем, а сам кинул. Я в телефон, а Геля не ответила ни на одно из сообщений. Правильно, я моментально себя показал.

Но она тоже загнула, разве можно человеку вот так сразу не простить. Я от счастья уснул и не проснулся утром… Бля, да что такое!

***

В доме уже чисто после вечеринки. Я, не завтракая, бегу в старом спортивном костюме во двор. На примятой шинами траве лежит пороша. Холодно. В моей машине окна заморозило.

До университета долетаю не сразу. Забываю на квартиру заехать.

Попадаю между парами. Шум, народ, кто-то здоровается, я высматриваю первокурсников. И вижу картину, плату за моё опоздание.

В университете Гели дня не было, а Данил уже соскучился. Этот белобрысый хрен её выловил.

И что они делали?

Он прямо на глазах всех студентов из бархатной коробочки доставал золотую цепочку и надевал на тонкую шейку. Застёгивал подарок слишком близко приблизившись к моей девушке.

Я сорву эту цепочку, я Данилу разобью морду… нет не так, я начну тихо угрожать, а сам займусь с сегодняшнего дня Геликом основательно.

Ринат Мусаев вылавливает меня за локоть и тащит почти насильно в тёмный угол коридора. А я ведь уже шуровал к Гелику и её дружку Данилу

— Твоя сестра, — как-то трагично говорит Ринат, тоже глядя, как Данила целуют за подарок, и голодные студенты аплодируют новой паре университета.

— Сводная, — делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться.

— Я не сразу узнал это. Она не Мошникова, а Волгина, — он словно извинялся, поэтому я сосредотачиваюсь и смотрю на него, перевожу взгляд на его толстого дружка Кабана. Они везде парой ходят.

Мусаев лукаво и слащаво улыбается мне.

— Тут такое дело, — он немного мнётся, не теряя улыбки. — Кабан трахал Василису, её подругу.

Толстый Кабан довольно хрюкнул.

— Василиса не подруга Гелику, скорее вражина. — Я ещё раз глянул, как Геля радуется подарку.

— Неважно. Василиса проболталась, что Ангелина целка.

Я внешне ничего не выдал, а внутри что-то возликовало, обрадовалось. Чему правда непонятно… Хотя понятно всё, меня ждёт. Я же к Геле так подкатывал агрессивно… Думал, что она уже пробовала. Данил, ты лохушка белобрысая! Я б не упустил. Всё такие хорошая женщина Тамара, раз такую стойкую дочь воспитала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Девочка… Моя девочка!!! Да я теперь вообще никого не подпущу.

— И? — невозмутимо спрашиваю.

— Поспорили на твою сестру, — продолжает улыбаться Ринат. — Кто первый распакует.

— На деньги?

— Естественно, — ведёт чёрными бровями насильник.

— И сколько нынче стоит девочку распаковать? — усмехаюсь я.

— На Ангелину поставлено два лимона двести.

У меня внутри что-то заорало, ебнулось и разбилось на куски. Ничего себе игры у золотых мальчиков.

— Что так дорого? — кривлюсь всем лицом.

— Нас десять игроков. Это деревенскую легко взять. Девочку из небогатой семьи очаровать не хер петь.

Кабан одобрительно хрюкает.

— А вот приличные девушки из богатых семей очень стойкие. Получить такую крайне сложно. Но мы стараемся.

Кабан подтверждающе хрюкает.

— Не скупимся на игру, нанимаем гопников, пафосно мяско спасаем, увозим в романтическую обстановку, где девочка под винишко нас благодарит. Мы с Кабаном обычно делим на двоих.

Пиздец ребята, ещё минута такого разговора, и я сяду за убийства Рината и его Кабана.

«Мяско». Это про мою Гелю?! Да, вы шутите!

— От меня чего хочешь? — продолжаю улыбаться, как улыбается Мусаев.

— Видел стройного блондинчика?

Я опять оглядываюсь. Данил уводит Гелю с собой, обнимая за талию.

— Сколько он вложил в банк? — голос становится опасным шипением.

— Пол-лимона. Мы сами охуели. Самая большая ставка. Мы его приняли, но тут открылся заговор красавицы Василисы и этого Данила. Оказалось, что он с Ангелиной дружит давно, просто поссорились. Нечестно, как считаешь? Таких хороших людей кинул пацан. Сегодня последний день учёбы, потом неделя каникул. Мы тут всей компанией над ней кружим, а она ни в какую. Мы уже на крайние меры собрались идти, думали подсыпать что и увезти. А оказывается мы изначально все в проигрыше. Первый курс у Даниила, а хватка есть.

Он смеётся, Кабан радостно хрюкает.

— Облом ребята. Они действительно дружат давно, и этот парниша вхож в её комнатку с отдельной ванной, и родаки сегодня ночевать не приедут.

Усугубляю я ситуацию, подливаю масло в огонь.

Они перестают смеяться.

— Слушай, Рон, — Ринат опять натягивает улыбку. — Но ты же тоже вхож. Трахни её, хорошие люди в долгу не останутся. Мы хотим мальчишку проучить. Сделаем вид, что удваиваем ставки, посадим малыша Данила на деньги. Только нужно так, чтобы у тебя доказательства были.

— Так я ж не вкладывался, — смеюсь. Смеюсь, но на грани истерики, хорошо, что выдержка у меня отличная, внешне мало что показываю.

— Мы за тебя вложимся, — подмигивает Ринат.

— Сколько заплатишь? — да, я меркантильная шкура. Как бабала не срубить?

— Он чё, у нас деньги просит, чтобы трахнуть Геленьку.

Гельенька?! Ах, ты морда кабанья!

Кабан замечает мой недобрый взгляд и тушуется.

— Сотни хватит? — улыбается Ринат, точнее он улыбку делал то еле заметной, то широкой.

— Много, за полтинник управлюсь. Так, ради спортивного интереса. Не получится, верну. Но я постараюсь, — улыбаюсь ему в ответ.

— Ещё бы хорошо, если бы она вообще пропала на неделю, — говорит Ринат отсчитывая купюры.

— Тогда шестьдесят гони, на билет.

— Держи, — он усмехается и кладёт мне деньги в ладонь. Взгляд восхищённый.

Наверно мне так и надо вести себя, строить циничную мразь при этом оставаться человеком. Потому что ждут меня тяжёлые времена. Допустим большой бизнес. Батя конечно может не назвать меня наследником, но я к годам тридцати тогда сам. Хватка есть, знакомства уже тоже.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Я тут же бабло прячу и набираю номер телефона Мирона. Подмигиваю Ринату, как девчонке и бровью веду. Он не понимает жест, широко до ушей улыбается.