Война (СИ) - Ильинская Яна Игоревна

— И сюда он выставил две тысячи!

— Две, думаю, на побережье, а еще две…

— У Сегота…

— Но они не собираются нападать на Сегот, Матас, они собираются встречать войско Сегота.

— Почему ты так решил?

— Потому что у Сегота и Кордии нет договора. Ты это знаешь, Кордия знает, Курхот не выглядит идиотом, наверняка он тоже знает и не поправил ни меня, ни тебя, когда мы сказали об этом. Для него важно, чтобы мы думали так, надеялись, расслабились. Но он сеготец, ему выгодно продать Кордию, и ему нужны твои алмазы. Оставшиеся четыре тысячи придут сюда. Он пугает, да, но чтобы сохранить войско, которое стоит тут. Кстати, думаю, не его разведчики в курсе всех твоих дел, ему доносят посыльные Сегота.

— Значит, ты согласен, что надо биться?

— Согласен, Матас, я согласен. Но не тебе! Не этими силами. Тебе надо задержать их тут на Переправе до прихода моей армии. Если тебя разобьют, Переправу защищать будет некому.

— Твое войско, которое идет сюда, всего две тысячи. Ты сказал, что у него будет шесть тысяч. Как ты выстоишь против него?

— Мои две тысячи опытных воинов и твои полторы. Учайк тоже пошлет тысячу своих опытных воинов. Согласись, это звучит оптимистичней. И нам надо как можно дольше оттягивать сражение. Пусть твое войско наберется опыта в небольших столкновениях, стычках. Переправу мы можем удерживать долго, очень долго. К тому времени в Илонии я рассчитываю набрать еще четыре тысячи человек, если война затянется, успею еще две тысячи. Ты тоже соберешь людей. Если Курхот прорвется, мы сможем освободить Арилазу, даже если он дойдет до Алмики.

— А если я сейчас дам сражение?

— Мы, несомненно, уменьшим войско Курхота. Но их потери будут не так велики, как твои.

— Мои, но не твои?

— Мои люди намного опытней твоих, Матас.

— И ты предлагаешь, вот так взять сейчас и уйти за Переправу.

— Да. Как это ни унизительно, но да.

— Интар, может ты и прав. Но я буду сражаться. Здесь и сейчас. Пусть мы погибнем, но со славой.

— Из-за твоей славы погибнет много людей, и мои в том числе. Возможно и твоё королевство.

— Слава войска, слава народа, Интар. Людям надо верить в великие деяния, в долг, в обязательства. А не просчитывать все досконально.

— Я думал, торговец здесь ты, а не я, — невесело сказал Интар. — К тому же война именно так и ведется — просчитывается все досконально. Как и в торговых делах. Выгода, риск, наименьшие потери.

— Но в торговле нет славы, нет места подвигу.

— В этом ты, несомненно, прав…

— Поэтому не мешай мне, а помогай. Если, как ты считаешь, мы погибнем, то тебе надо продумать, как спасти Арилазу.

— Я уже думаю. Но пока позволь мне поучаствовать в планировании этой битвы.

— Чем ты можешь помочь, если заранее уверен в поражении? Ты не военачальник, ты видел битв не более чем я.

— Мы оба неопытны в этом смысле. Но твой Дегорт — опытный. Уступи ему право командовать, останься наблюдателем.

— Твой племянник меня убедил. Дегорт будет командовать. Но я буду сражаться.

Интар печально констатировал:

— Ты сошел с ума!

— Нет. Мои люди неопытны. Преимущество у них будет только в поднятом духе. А он будет, если их в бой поведет король.

У Интара было сотни доводов отговорить Матаса. Но тот категорически отказался говорить на эту тему.

Стремительно темнело, когда в палатке Матаса собралось, наконец, командование войском. Дегорт, Вольден, Кожай, Стенли и двое правителей королевств.

Стенли, предвидя помощь Интара в утверждении Дегорта командующим всех союзных сил, вовсю взаимодействовал с командующим арилазских войск. И сейчас они представили королю и принцу готовый план. Оставалось лишь получить их одобрение и учесть возможные замечания.

Самые значительные поправки были по поводу охраны Матаса в сражении. Если уж король Арилазы решил идти в бой, то надо учесть, что его возможная гибель повергнет войско в панику и бегство. Матас, скрепя сердце, согласился хотя бы с такими доводами.

В остальном план был принят.

Совсем к ночи подъехал усталый и вымученный Тарлин. Они всё же смогли перехватить гонца Курхота к сеготскому отряду. Из послания следовало, что сношения Сегота и Ситарских Островов идут давно и на более высоком уровне. Курхот ставил в известность о предполагаемом сражении и надеялся, что, если в ближайшие часы командир сеготского отряда получит приказ Дюртала переходить границу, тот присоединится к его войску. Указывал место встречи с его посыльным, который затем даст указания по поводу вступления в сражение. Если же командиру сеготцев соответствующий приказ не поступит, Курхот информировал о планируемом переходе Переправы и освобождении дороги на Алмику.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Угроза была очень серьезной. Мало того, что подтвердились планы Курхота продать Кордию Сеготу, так еще Сегот может выступить на стороне Ситара.

— Если отряды Сегота перейдут горы и вступят в схватку, нам придёт однозначный конец. У нас еще есть шанс спасти войско, ваше величество, — в последний раз как можно убедительней и официальней, обратился Интар к Матасу.

Тот покачал головой.

— Нет, они выжидают. И если они не вышли до сих пор, к началу сражения они не успеют, не смогут пройти горы так быстро. Это же не мелкий отряд. Все остается без изменений.

— Но они смогут подойти к Переправе.

— С этой стороны, Интар, с этой. На ту сторону так просто не перейти ни Курхоту, ни им.

Интар вздохнул.

— Но копию письма необходимо послать Учайку, — сказал он, обращаясь к Кожаю. — Хотя и оптимистично выглядит то, что Сегот ещё не решился на определенные действия и размышляет, но из этого письма видна реальная угроза не только Арилазе, но и Тоготу.

— Будет сделано, — поклонился Кожай.

Тарлин успел переброситься парой фраз с Оветой, да поинтересовался, как дела у Иллара. После чего его самого и его отряд срочно уложили отдыхать с тем, чтобы рано утром они вернулись к отряду Кожая.

Оставшееся время до полуночи было потрачено на разъяснение командирам мелких подразделений их целей и задач. После чего оставалось только ждать завтрашнего дня.

Но, велев Овете дать Матасу и Стенли сонной настойки, чтобы те могли выспаться и отдохнуть, Интар с Дегортом сами не сомкнули ночью глаз, анализируя и просчитывая всевозможные ходы.

Глава 6

Битва у Переправы.

Чуть рассвело, Дегорт поднял войско. Ночью было несколько попыток занять склоны гор. Но в помощь стрелкам командующий ещё накануне отправил несколько подразделений с арбалетами. Не дав противнику вытеснить стрелков с их позиций, отряды вернулись в строй. При утреннем свете можно было не опасаться внезапных нападений. Отряды лучников, на юге в основном из войска Арилазы, на севере — из отряда Вольдена, частично усиленные теми беженцами, кто знал толк в луках и стрелах, имели прекрасное природное заграждение из камней и щелей, чтобы прятаться от стрел противника. Немудрено, что Курхоту хотелось самому занять высоты. Горцы Кожая донесли, что Курхот поставил своих стрелков на склонах гор со своей стороны. Но их стрелы не могли долететь до войска Арилазы. Если только арилазцы не пойдут в наступление, не опрокинут островитян и не кинутся вглубь Кордии. Дегорт не строил иллюзий. Они не смогут прорваться, а, значит, ситарские стрелки им не угрожают.

Отдохнувший Матас в полном боевом облачении выехал на прекрасном коне впереди своего построившегося войска. Он скакал вдоль войска, за ним следовали его телохранители и знаменосец. Матас что-то говорил своим людям, в ответ слышались стройные приветственные крики. Интар, наблюдая за этим действием с ближайшего скального уступа, где расположились они с Дегортом, согласился, что это было красиво и воодушевляло.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Непосредственно перед атакой, короля должны будут окружить такие же тяжеловооруженные всадники, как и он. Матас настоял, чтобы его можно было видеть со всех сторон битвы. Интар же с Дегортом безапелляционно и самолично отобрали как самых крепких и умелых всадников из числа королевской гвардии, так и несколько человек лучников, способных стрелять на скаку. Такой заслон представлял собой одновременно и силу, что вполне устраивало Матаса, и охрану. Остальная королевская гвардия, легковооруженная, по настоянию Дегорта, спешилась и пополнила ряды пеших солдат в центре построения. У них будет своя задача.