Поверь в любовь - Кара Уилсон

Мелоди преуспела быстрее, чем могла ожидать. Джеймс стал целовать ее в ответ — без колебаний, без особой нежности, но в страстном порыве. Легко скользя руками по ее телу, Джеймс притягивал ее к себе все сильнее. Комната опрокинулась, и под головой ее оказался плед. Джеймс навис над нею, раздевая ее, касаясь ее, наслаждаясь ее наготой. Мелоди видела, как ее руки расстегивали пуговицу за пуговицей на его рубашке, как они скользнули по его обнаженным плечам, двинулись вниз исследовать его твердый, как ствол дерева, живот.

— Если ты хочешь доказать, что способна лишить меня рассудка, то опыт удался, — упрекнул ее Джеймс, но голос его совершенно не походил на рычание, скорее на мурлыканье. — Но если ты стремишься только к этому… — Рука Джеймса замерла у кружевной ленты, державшей на талии ее трусики. — Остановись сейчас, потому что через минуту будет слишком поздно.

— Если ты сейчас остановишься, — прошептала она, преодолевая комок в горле, — я умру.

Собственные слова не показались ей ни драматичными, ни глупыми. Это был единственный способ сказать ему, что ей необходима его любовь — больше чем дыхание.

Рука Джеймса погладила ее талию, опустилась ниже, освобождая Мелоди от последних покровов. Его губы прошли путь от шеи до налившегося соска груди. Его пальцы, скользнув по бедрам, двинулись по запретной дорожке и нашли то, что искали… Тепло обдало ее пылающим жаром, и Мелоди растворилась в самозабвенном наслаждении.

— Прошу тебя… — шепнула она. Ее еле сдерживаемая, мучительная жажда подействовала заразительно, воспламенила его с такой же силой, какая мучила ее. Остатки одежды полетели в стороны. Массивная золотая серьга в виде кольца запуталась у Мелоди в волосах, и она отбросила ее, словно медяшку.

Мелоди прильнула к нему, наслаждаясь его телом, запахом, вкусом. И когда Джеймс попытался сдержать ее порыв, Мелоди сомкнула ноги у него на талии и бесстыдно пленила его.

Джеймс напрягся, застонал. Ей показалось, что он ругнулся, беспомощно, мягко. Затем подложил под нее обе руки и сделал ее своей полной пленницей. Это было пугающе великолепно, но как молниеносно промелькнули неповторимые мгновения! Мелоди испугалась, что взрыв страстей разнесет их обоих на куски.

Некоторое время спустя Джеймс поднят голову и посмотрел вниз на нее. Его волосы, словно увлажненные росой, свешивались на лоб, концы прядей слегка завивались.

— Все-таки я овладел тобой на полу, — на лице его промелькнула улыбка.

Мелоди сонно вздохнула:

— Но не на кухне.

Совсем не то собиралась она сказать. Ей хотелось сообщить ему, что он может сколько угодно говорить об их несовместимости, но она убедилась в ином. Ей хотелось, чтобы он на руках отнес ее в спальню и держал в объятиях всю ночь. Но больше всего ей хотелось сказать ему, что она любит его.

— Уже поздно, — сказала Мелоди, спеша предупредить непоправимую ошибку.

Джеймс откатился в сторону и принял сидячую позицию.

— В самом деле.

Что говорят друг другу двое, разбирая сваленную в кучу одежду и одеваясь? Между ними нависла тишина, чреватая напряженностью. Мелоди не выдержала.

— Сет вроде идет на поправку, — сказала она, торопливо запахивая халат.

— Да, — ответил Джеймс, натягивая свою одежду с такой же поспешностью. — Его отпустят домой через пару дней.

Холодный ужас сжал ей сердце.

— Значит ли это, что ты уезжаешь, Джеймс?

— Рано или поздно да.

— Когда! — Она не могла не спросить, голос ее дрожал.

— Какое значение это имеет? — небрежно бросил он. — Ты всегда знала, что я уеду. Или произошло что-то, что могло тебя заставить думать по-другому?

Это был прямой вызов. Более отважная женщина приняла бы его и поставила на карту все, но Мелоди обнаружила, что теперь у нее смелости стало поменьше, чем час назад.

— Нет, абсолютно ничего, — прозвучал ответ. — Тебя ждет возвращение в собственную жизнь — нам обоим это известно, и, как я полагаю, ты можешь уехать в любое время.

— Не так быстро, — отозвался Джеймс, натягивая свитер и приглаживая рукою волосы. — Сету потребуется недели две, чтобы устроиться дома. Он, как всегда, ведет себя строптиво и отказывается принимать предлагаемую помощь. Поэтому он остановился на мне как служанке и медицинской сестре.

— Ну что же, дай мне знать, если я смогу чем-нибудь помочь, — сказала Мелоди, провожая Джеймса к дверям.

— Попробуй уговорить его не отвергать посторонней помощи.

— Ладно. Я загляну к нему еще в больнице.

— Спасибо.

Снова последовала ненужная пауза, и Мелоди поспешила ее заполнить.

— Тогда спокойной ночи.

— Спокойной ночи. — Слова его прозвучали уже с порога ее квартиры; Джеймс бросил ей загнанный взгляд. — Мелоди, насчет сегодняшнего вечера…

Ее охватили дурные предчувствия. Он собирался унизить ее извинениями или оправданиями насчет кошмарной ошибки, которую они оба допустили. Хуже не придумаешь.

Гордость подсказывала ей слова:

— Не надо что-то выдумывать. Мы оба потеряли голову, и этого, вероятно, не должно было случиться. Но не будем омрачать приятный эпизод предупреждениями на будущее. Ты мне ничем не обязан, Джеймс, как и я тебе.

— Остаемся друзьями? — Он протянул руку.

Мелоди ошиблась: бывают вещи похуже извинений.

— Конечно, — заявила она, едва не подавившись собственным ответом.

Она не пожала протянутую руку, ограничившись прощальным жестом, и закрыла дверь. Она слышала эхо его шагов внизу в вестибюле, слышала глухой стук тяжелой входной двери, захлопнувшейся за Джеймсом. Она полностью владела собой, когда донесся шум отъезжавшей машины. Но потом Мелоди опустилась на пол на том месте, где он оставил ее, и разразилась слезами.

Какой же дурой она была! Она верила, что надо жить моментом, и слишком поздно обнаружила, что вся жизнь может перевернуться от одного мига, ибо теперь все стало другим навсегда. Ничто не принесет ей счастья, если рядом не будет Джеймса.

Сет свирепо смотрел из своего инвалидного кресла на колесах, стоявшего у окна.

— Они все хотят уморить меня, — сообщил он Мелоди, когда она, как и обещала, заехала к нему за день до выписки из больницы. — Им не удалось расправиться со мной здесь. Теперь они выпихивают меня отсюда и перепоручают дело кому-то еще.

— Вы, конечно, не имеете в виду вашего сына? — Мелоди укладывала вещи Сета в новую холщовую сумку, которую привез Джеймс сегодня утром, и боролась с нарастающим желанием прижать эту сумку к сердцу.

Она проверила, не осталось ли чего в ящиках и в шкафу.

— Он не собирается убивать вас, Сет, если только он не мерзкий негодяй.