Узы первой любви - Нэнси Берланд

– А, это… – скучно протянула Клэр. – Это было так давно.

– Легко обвинить другого. Я просто кипел от злости, когда Джон провалился. И виновником считал только твоего отца.

– Папа поставил ему то, что он заслуживал. – Клэр невольно встала на защиту отца.

– Я хотел бы все вернуть назад. Я дал волю своему гневу. И он разъедал мою душу, как язва. Твой отец умер, и я не успел отомстить. И тогда я перенес ненависть на тебя. Если бы я дал тебе и Дугану ссуду, о которой вы просили…

– Мы бы еще глубже погрязли в долгах.

Орвил мял край простыни. Клэр было жаль этого кающегося человека. И она беспокоилась, как бы воспоминания не ухудшили его состояние.

– Нет, дай мне закончить, – сказал Орвил. – Я должен это сказать.

– Ну, если вам станет легче…

На самом деле ей не хотелось слушать его покаяние. Не хотелось ворошить прошлое, которое она с таким трудом пыталась забыть.

– Если бы я дал вам тогда деньги, – голос Орвила дрогнул, – возможно, ваш ребенок не умер бы. Возможно, тебе не пришлось бы бросать Дугана. И он не превратился бы в хмурого отшельника, а был бы счастлив.

Нельзя сказать, что Клэр не оценила признания Орвила, особенно желания извиниться перед покойным отцом. Но она не могла слышать о гибели Анжелы. Каждый раз, когда кто-нибудь напоминал ей о дочери, становилось больно.

Она также не хотела говорить о бедном, несчастном Дугане. Ей надоело выслушивать рассказы о том, как он, горемыка, страдал. Если бы все эти сочувствующие только знали, чьими руками разрушена их семья и ее жизнь!

Клэр пробормотала что-то в утешение Орвилу и отошла к своей медицинской сумке, лежавшей на стуле. Она не хотела, чтобы Орвил видел сейчас выражение ее лица.

– Я еще не так стар и вижу, – продолжал Орвил, и Лила закатила глаза, – я вижу, что тебе все еще нравится твой му… извини, человек, который был твоим мужем. Если вы оставите нас с Дуганом одних, когда он вернется, я скажу ему несколько слов о тебе.

– В этом нет необходимости, Орвил, – сказала Клэр и успокаивающе коснулась его плеча. – То, что случилось между нами, давно в прошлом. Сейчас мы другие люди. Он живет своей жизнью, я – своей. Не хочу, чтобы вы думали, будто я не благодарна вам за ваши слова. А сейчас, пожалуйста, расслабьтесь и дайте нам с Лилой позаботиться о вас.

Дуган и Рут сидели на удобных мягких диванах, вернувшись из ресторана. За завтраком Рут так и не смогла проглотить ни кусочка. Клэр закончила обследование ее мужа и спустилась вниз, чтобы рассказать о результатах. Дуган надеялся, что они не такие страшные, как опасалась Рут.

– У Орвила действительно был инфаркт, – сказала Клэр. – Но не обширный.

– Не обширный, – как эхо отозвалась Рут. – Хоть за это спасибо Господу.

– Скажите, Рут, не принимал ли он горячую ванну? Там наверху я видела джакузи.

– Да, мы вместе принимали, – ответила Рут, и голос ее дрогнул.

Дуган видел, как легкий румянец выступил на ее щеках. Он подумал, что Клэр вряд ли знает, чего стоило Рут уговорить мужа оставить дела и поехать в отпуск. Это была их первая поездка на курорт за многие годы.

– Как долго вы находились в горячей воде? – спросила Клэр.

– Сорок минут. Может быть, час. – Рут смущенно теребила складки платья.

– Сорок минут? В этом, наверное, и причина.

– Ты хочешь сказать, что горячая вода вызвала инфаркт?

– Очень вероятно. Особенно если вы находились в ней долго и погружались по шею.

– Инфаркт, – всхлипнула Рут. – Что же нам теперь делать?

Она вопросительно смотрела то на Клэр, то на Дугана. Он обнял Рут за плечи и ласково погладил, успокаивая.

Дуган с удивлением смотрел на Клэр. Лицо ее осунулось, и вообще она как-то изменилась за то время, пока он отсутствовал.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

Клэр ничего не ответила. Она устала, была зла и расстроена. Ее беспокоило состояние Орвила, да и собственные переживания. Ей хотелось сказать Дугану что-нибудь злое, но она сдержалась.

– Прежде всего я хочу, чтобы состояние Орвила стабилизировалось. – Клэр обращалась к Рут. – Я дала ему обезболивающее, и сейчас ему легче. Не пугайтесь, когда войдете и увидите шланги и трубки. Это кислород и капельницы.

– Ему можно вставать с постели?

– Возможно, сегодня вечером я разрешу ему садиться. Если не будет ухудшения, мы даже будем делать упражнения. Лила привезла целую корзинку еды и несколько галлонов воды из Сьерры. Я бы не хотела, чтобы он ел что-то другое, здешнее. Дня через четыре Орвила можно будет перевезти в Либбок, где его посмотрят кардиологи.

– Перелет? Разве это не опасно для сердца? – Рут удивленно округлила глаза.

– Самолет оборудован всем необходимым, – успокоил ее Дуган. – Я и раньше перевозил таких больных.

– Лила и я будем по очереди дежурить около вашего мужа, – сказала Клэр. – У него на шее вы увидите маленькое устройство, вроде радиоприемничка. Этот аппарат просигнализирует нам, если в деятельности сердца произойдут изменения, даже такие, что сам не почувствует. Так что не волнуйтесь, самое страшное уже позади.

– Я могу пойти к нему?

– Да, я думаю, он тоже хочет вас видеть. Но, Рут, под действием лекарств он как бы в легком опьянении, так что ничему не удивляйтесь. А когда вернетесь домой, ему надо хорошенько пересмотреть свой образ жизни и отношение ко многим вещам.

– Я всегда ему это говорила. – Рут встала и поправила цветастое платье. – Несчастный человек, он загубил свою жизнь в этом банке.

Рут извинилась и пошла наверх, оставив Клэр и Дугана одних.

– Ты хорошо поработала, – сказал он и протянул Клэр руку.

Но она отвернулась и подошла к застекленной двери, ведущей на балкон.

Любители солнечного загара расположились в шезлонгах вокруг Г-образного бассейна перед отелем. Бармены в белых куртках протирали стаканы в баре у бассейна. Молодой круглолицый мексиканец широко улыбался, выдавая полотенца напрокат.

Клэр открыла дверь и вышла на балкон. Она вдохнула влажный, солоноватый воздух, посмотрела на море. Знаменитый бирюзовый цвет Карибского моря был действительно восхитителен. У горизонта вода казалась почти фиолетовой, а у берега волны, набегавшие на белый песок, были прозрачными. По пляжу беззаботно прогуливались отдыхающие, дети строили замки из песка.

– У нас есть проблема, – услышала она за спиной голос Дугана.

Клэр оглянулась. Дуган стоял рядом, прислонившись к стене балкона. Его одежда – ковбойские сапожки, клетчатая рубашка, выгоревшие джинсы – выглядела здесь странно. Клэр подумала, что вряд ли у него есть что-либо другое. И наверняка он не захватил купальных принадлежностей. Было еще утро, но солнце светило вовсю. Становилось жарко.