Материализация мысли - Алексей Кутафин

Майкл нарушил молчание своих сотоварищей, воцарившееся от созерцания возникшего иного мира, и проинформировал:

– Вот и прибыли… – Соориентировавшись в пространстве, он продолжил, посвятив других в известные пока только ему названия: – На Немезиде называют эту звезду «Алентина». Первая планета известна, как «Ивса»; другая «Тальпира»; и последняя, малая, «Иктория». Ну а в целом, как известно, мы всё это окрестили «созвездием Надежды». – Он подмигнул, при этом Дмитрию. И бодрым возгласом сопроводил манипуляцию штурвала: – Вперёд, в созвездие Надежды!

Глава 33. Планетарные системы

«Галлей» вырвался из Потока жизненной энергии, и устремился в межпланетное пространство.

Дмитрий заметил, что защитная сфера планетной системы Алентины – намного слабее, аналогичной Солнечной. Он неприминул поделиться своим наблюдением с Майклом.

На что Командир высказал предположение:

– Наверно изначальный взрыв здесь был не такой силы, как у нашей… – Но с минуту подумав, добавил ещё одно, личное соображение: – Может Жизненная энергия играет не последнюю роль в формировании защитного слоя спрессованной материи. Если так, то здесь возможны две причины. Или слабая энергетика у зародившейся формы жизни. Или это просто неактуально здесь. В этом районе космоса, астероиды очень редкое явление. Первое предположение можно проверить, надо только отыскать жизнь на планетах. А второе, просто очевидно. – Он повёл глазами вокруг.

В отличие от каменистых нагромождений вокруг Солнечной Системы, Созвездие Надежды было в наиболее выигрышном положении. Окружающее космическое пространство Галактики было чисто от пыли, и свободно от блуждающих метеоритных образований.

«Галлей», пилотируемый экипажем с «Финиста», всё ближе приближался к третьей планете созвездия.

Иктория была ближе других на пути исследователей. И хотя жизнь на ней теоретически не представлялась возможной из-за удалённости от Звезды – не мешало всё же обследовать и её, по пути к основным планетам.

По мере сближения всё более вырисовывались – её безатмосферные контуры.

Иктория по размерам напоминала спутницу Земли – Луну. Издали было заметно, что её пустынная гладкая поверхность – кое-где изрезанна глубокими трещинами тектонических разломов, на дне которых розовела раскалённая магма. Несмотря на свои – сравнительно небольшие размеры, она всё же обладала невысокой силой притяжения, обуславливая своё индивидуальное место среди тройки других планет в Созвездии.

Пролетев на почтительном расстоянии от поверхности, астронавты мимолётно замерили разнообразные её параметры. И спарка «Галлей»-«Финист» понеслась дальше – вглубь созвездия, на сближение с остальными, более крупными по величине планетами…

Прошло немало времени, прежде чем они достигли Тальпиры. Второй по счету планеты, от пылающей галогеновым светом, звезды Алентины.

Зависнув невдалеке от Тальпиры, экипаж измерил основные её параметры. И отдельная команда занялась подготовкой к десантированию.

Решено было – спуститься поближе к поверхности, и облететь её по кругу с помощью спасательной вертушки «Финиста».

Из пятёрки желающих это сделать, жребий пал в пользу Джеймса и Дика. И они отчалили от основного гигантского Челнока и прилипшего к нему Диска – на малоразмерной Юле, удаляясь в нужном направлении.

Остальным пришлось наблюдать за панорамой приближающейся поверхности на экране телесвязи, передаваемой с отправленного на разведку аппарата.

Коричневатая издали, Тальпира по своей массе была близка, к знакомому космонавтам и обжитому в своём мире, Марсу. И своей поверхностью, по мере приближения, отдалённо напоминала марсианский первозданный вид. На экране всё более отчётливо проступали контуры кратеров, чередующихся с обширными пустынными плато.

Надежда увидеть следы воды и растительности – не оправдались. И совсем пропали, когда разведывательный аппарат снизился до десятикилометровой отметки от поверхности; и по косой полетел к горизонту, открывая взору всё такой же безжизненно-унылый пейзаж.

Покрытые светлым песком, равнины сменялись плоскогорьями, с нагромождениями камней; и постепенно переходили в темные скалистые горные массивы, монотонно и однообразно чередуя картины вида.

Джеймс с Диком облетели несколько раз планету вдоль и поперёк, тщетно пытаясь отыскать хоть какие-нибудь намёки на признаки жизни. Попутно они исследовали воздушное пространство у поверхности, и прозондировали грунт различными спектральными лучами на предмет его состава.

Приборы зафиксировали факт, что жизни здесь нет никакой. И напарники повернули на исходную базу.

Джеймс вернулся явно раздосадованный, неудачной попыткой отыскать на Тальпире жизнь. И посокрушался, разводя руками:

– Надо же, сплошная радиация. Всё вокруг так и фонит от неё!

В подтверждение его голословным словам – анализ результатов спектрального исследования показал, что грунт на Тальпире повсеместно напичкан радиоактивными составляющими.

Возможность зарождения жизни здесь была проблематичной. И оставалось только надеяться, что на Ивсе всё окажется иначе. Она была первой – по порядковому расположению от местной Звезды. И последней из исследуемых вариантов…

Астронавты продвинулись ещё немного вглубь созвездия. И застопорили «Галлей» в стационарное положение, примерно в равной удалённости от близлежащих орбит основных соизмеримых планет, равноценных по своей массе.

На этот раз команда решила провести разведку всем экипажем, на «Финисте». А чтобы как-то контролировать оставленный без надзора «Галлей» от несанкционированного запуска с якоря – на корпусе бывшей Кометы была закреплена одна автономная спасательная Юла исследовательского Диска. Её запрограммировали – в автоматическом режиме поддерживать заданные координаты местонахождения «Галлея». На случай непредвиденных поползновений гигантского Челнока, она должна была обеспечить надёжную связь, и с помощью дистанционного управления, скорректировать его возможное движение.

Когда последние приготовления были закончены, «Финист» плавно отчалил в направлении Ивсы.

Издали планета напоминала предыдущую. Но по мере приближения на ней обнаружилось – что-то подобное атмосферы, напоминающей цветовой палитрой родную Земную. Отличие состояло в том, что она занимала лишь небольшой участок южного полушария Ивсы и шапкой накрывала возвышающуюся окрестность в этом месте. Остальная же поверхность планеты оставалась неприкрытой под прямыми космическими лучами.

«Финист» зашёл над планетой в районе местного Севера. Он снижался по широкой спирали, всё заметнее сужая её амплитуду. Приблизившись, вплотную по полётным меркам, к поверхности – он полетел горизонтально ей, выравнивая свой курс по намеченному пути.

Внизу замелькал каменистый ландшафт местности, испещрённый впадинами расщелин и пещер. Он перемежался частыми вставками льда, смёрзшегося в огромные пирамидальные кристаллы. Они торчали повсюду над грунтом, и блестели белёсыми островками среди коричневого песка.

Унылый пейзаж отдаленно напоминал – знакомый лунный; как – по силе притяжения над поверхностью; так и – по составу, увы, безкислородного воздуха. По крайней мере, здесь – на местном Севере новоявленной планеты, где царила непроглядная мгла, похоже, постоянной ночи. Она лишь чуть-чуть освящалась фосфорирущим светом сиреневых лучей, завернутых электромагнитными волнами.

Скорей всего на Ивсе не было меняющихся времен года, и даже смены суток, как на Земле; из-за её спокойного положения относительно своей оси. Она двигалась по своей орбите, не меняя стабильной направленности своих полюсов, условно обозначенных астронавтами. И строго ориентировала Южную сторону по направлению к местному солнцу – Звезде Алентине.

Там, на освещённом и согретом светом Юге – был день.

По предварительному обзору из близлежащего космоса, ещё на подлёте, издали, астронавты заметили там ограниченное поле атмосферы. А это вселяло уверенность в любопытные сердца людей – отыскать здесь себе подобных. И команда «Финиста», пренебрегая постепенным обследованием всей площади планеты – прямым курсом устремила свой Диск именно туда, горя нетерпением обнаружить жизнь.

По мере приближения к границе южного полушария небосвод становился всё более светлее. И из-за отрогов гор, венчающих обширную возвышенность, блеснули первые лучи света. Пока ещё – вкось падая на грунт, они оставляли длинные следы теней от неровностей поверхности, слабо освещая всё такой же пейзаж. Без атмосферы, без растительности и с кристаллическими нагромождениями льда.

Достигнув возвышенности, «Финист» перелетел через горный хребет на её краю, и понесся над более-менее ровным плато. Своей продолжительностью оно напоминало Материк, среди безводных пустот, окружающих его.