Китай: самая другая страна - Антон Кротов

Наши рюкзаки потихоньку тяжелели, хотя мы и старались ограничивать себя в бесполезных покупках. Демид уже имел пару штанов, зелёные китайские кеды за 10 юаней и кучу мелкого барахла; я подцепил горсть ножиков, ножниц, фотоплёнки, всё же пару рюкзачков (не устоял), фонарь, большое количество бумажно-книжной и картографической продукции. Также наши рюкзаки отягощали мешочки с монетами — китайскими дырявыми (выменянными на российские) и российскими, и советскими старыми, которые тоже предназначались к обмену.

Вечером 23 августа мы вернулись на ж.д. вокзал, таким образом начиная скоростное возвращение домой из самой южной достигнутой нами точки. От Наньина до Москвы — примерно 11.500 километров, как через Казахстан и Урумчи, так и через Пекин—Манчжурию. Мы направились в Пекин.

От Наньина до Пекина — полтора суток езды на поездах. Остальные города страны посмотрим в другой раз. В следующий раз мы с Демидом, конечно, лучше подготовимся к Китаю: возьмём трёхмесячную визу, большой запас времени, постараемся выучить побольше иероглифов и подготовим письма для водителей и других людей на китайском языке с объяснением нашей сущности. А пока начнём наше возвращение и будем обдумывать и переваривать ту информацию, что уже получили в этой необычной стране.

25 августа. Прибытие в Пекин

Хмурым днём 25 августа мы прибыли в Пекин. По-китайски Бейдзинг, или “северная столица”, когда-то был резиденцией императоров (с 1421 г.), а теперь — коммунистических вождей (с 1949 г). Пекин является одним из крупнейших городов мира, размером не меньше Москвы — порядка 12 миллионов жителей. По населению среди китайских городов уступает лишь Шанхаю — там 18 млн., но до Шанхая мы не добрались.

Когда сходишь с китайского поезда и выходишь, не показывая билет, сквозь билетный контроль, — всегда видишь большую толпу встречающих. В Пекине их оказалось особенно много. С табличками, бумажками и картонками встречают кого-то простые граждане; плакатами и флагами, транспарантами, майками и кепками с разнообразными иероглифами привлекают “своих” сотрудники разных организаций. Встречающих было несколько сотен, потенциальных встречаемых — тысячи.

В центре города находится знаменитая площадь Тяньаньмынь, крупнейшая площадь мира. На ней может одновременно собраться до миллиона человек. Мы пришли сфотографироваться, но из-за плотного тумана дальние края площади было плохо видно! Мы отложили фотосессию на завтрашнее утро.

Пекинское метро таково. Есть две основные линии — прямая и кольцевая. Есть и ещё одна линия, подобная шляпе, ответвляющаяся от кольцевой линии и идущая на север города. Проезд в метро чрезвычайно дорог — три юаня с человека (10 руб.), при этом если вы хотите перейти на третью линию, вам нужно доплатить ещё столько же. По сравнению с ценами на еду и промтовары — настоящий грабёж!

На каждой из трёх линий поезда различной конструкции. Например, на первой линии люди и продавцы могут перемещаться по всему поезду через межвагонные двери, а на второй линии составы с независимыми вагонами. На третьей линии, мне показалось, более современные поезда. Кстати, везде на схемах названия станций написаны по-английски и по-китайски, и вообще Пекин более приспособлен для передвижения иностранцев, чем другие встреченные нами китайские города. Названия всех улиц написаны по-китайски и по-английски, и есть гипотеза, что более 1 % пекинцев знают английский язык.

Пекинцы меньше сорят, чем жители провинции, и на улицах относительно чисто. В метро не кидают семечек и арбузных корок ни на пол, ни в окна вагонов. Когда в столицу приедет провинциал, я думаю, его сразу заметят: он будет выкидывать мусор в окна метро, для жителей провинции это нормально. За пекинцами можно подмести веником с совочком, за жителями южных провинций можно посылать эскаватор.

Столичные жители более раскованные и неформальные, здесь больше различий в одежде. Но странное свойство подставлять голое пузо ветру (чем страдают многие китайцы в Сиани, Ланчжоу и пр.) в столице почти не распространено.

Пекинцы богаче провинциалов, и цены в столице, соответственно, выше. Пролетарские кварталы, узкие улицы дешёвой еды и прочее здесь тоже, конечно, есть, но вдали от главных магистралей.

Супермаркеты еды в центре города не обнаружены. Нашли книжный магазин, я предпринял очередную попытку закупиться цитатниками Мао, но их не было. Опять всё заполонил вездесущий Дэн Сяопин. В разделе “Книги для изучающих русский язык” было свыше 100 наименований учебников и словарей, а также “Братья Карамазовы”, “Анна Каренина” и другая русская классика, на русском же языке, но выпуска китайских издательств, для изучающих русский язык. Около полок с книгами, в том числе русскоязычными, было весьма многолюдно.

Городские автобусы и троллейбусы Пекина почему-то не такие современные, как в других городах. В других городах я встречал видеокамеру и телевизор под носом у водителя, чтобы тот знал, что делается у задней двери. Но здесь такого не было, или просто автобусов в столице так много, что невозможно быстро обновить автобусный парк. Планировка города перпендикулярная, как и в Сиани, и ориентироваться, едучи в автобусах, было довольно просто.

Ближе к вечеру мы добрались до главной (и древней) мечети города. Нашли рядом, наконец-то, супермаркет (мусульманский), затарились продуктами. Лапшой и хлебом в том числе — на всю оставшуюся часть Китая. (Четыре пакета лапши я довёз до Москвы и подарил Егору Паагиреву, любителю еды.) А вот цены на фрукты были просто космические, дороже чем в России! Супер-киви лежали за 64 юаня килограмм (220 рублей), а позавчера мы их покупали по 4. Виноград здесь стоили 30 и 20, манго — 24 и 20 (разные сорта). Микро-банан, на юге считающийся низшим и дешёвым сортом (1–2 юаня кило), здесь отдавался по 28 юаней (100 руб)! Персики, повсеместно стоящие 2 юаня кило, здесь лежали по 30. Остальные цены (лапша, хлеб, молоко) были нормальными.

Ещё раз покатались на метро и поехали на Главный вокзал, где и заночевали прямо на привокзальной площади, “притаившись” среди тысяч китайцев, которые на нас внимания не обращали.

Пекин, 26 августа. Мавзолей Мао и его устройство

В шесть утра всю привокзальную площадь разбудил дворник — он ходил с рупором и вежливо просил освободить территорию для уборки. Мы поднялись и пошли по утренней туманной столице в сторону центра.

Все китайские города, кроме Куньмина, встретили нас туманами. Тут и городской смог, дыхание миллионов машин и людей, и просто сезонная сырость. Так и здесь, и сегодня, было туманно, что не мешало видеть, но затрудняло фотографирование.