Притяжение страха - Анастасия Бароссо

Чтобы не оказываться больше в печальном, оскорбительном и небезопасном, как выяснилось, одиночестве, она решила во всем соблюдать местные традиции. «А сейчас у нас, ведь, кажется, сиеста?» - думала Юлия, плетясь в дрожащем мареве по прокаленным улочкам Тоссы.

Хваля себя за благоразумие, она уже предвкушала грозящую простудой свежесть кондиционированного холла отеля, душноватый полумрак номера, душ, дыню и кровать с поролоновой подушкой.

Спать хотелось очень. Но сначала - все равно по дороге - она решила отдать дань вежливости. Заглянуть в «Трамонтану», поблагодарить семейство сеньора Мигеля. Чего уж там - экскурсия у нее выдалась более чем необычная! Ха-ха! Такое долго помнится.

В маленьком душном помещении опять никого не было, кроме самих работников. Зато они так отреагировали на ее появление, что показались Юлии еще более чудными, чем в первый день. Буквально - обрадовались ей, как родной. И даже Чикко, поспешил обслюнявить щиколотки с преданностью, вызывающей невольное чувство вины.

- О! Юлия!! Юлия! - загудел Мигель, шумно вставая со стула за конторкой. - Как вам понравилось?!

- О! О-оч-чень!! - в тон ему поспешила восхититься Юлия. - Просто превосходно.

В чем дело? Все они - Мигель и Моника, еще более изможденная, чем вчера, и Хуан, и даже похожая на него некрасивая девушка-подросток смотрят на нее слишком странно. Как будто испытующе. И снова, и снова уточняют, как все прошло. У Юлии даже возникло на миг очень неприятное чувство, что они откуда-то знают о ее ночных приключениях… Только не это! А впрочем, что за бред? Быть такого не может. Просто они на самом деле чудики. Еще большие, чем показалось ей сначала.

- Вам… правда, понравилось? - интеллигентно краснея, переспрашивает нескладный Хуан.

А Моника вдруг решает поинтересоваться - не случилось ли с ней, чего неожиданного за вчерашнюю прогулку.

- Нет, нет… Все просто отлично и… Спасибо вам, - уверяет Юлия, незаметно потирая саднящий после моря бок.

- О, я так рада!

Ей уже дико хочется спать, а еще больше хочется покинуть это унылое место, так не соответствующее всему тому яркому, зеленому, сине-золотому, что осталось за мутными стеклянными дверями «Трамонтаны». И уже даже не интересно, почему это в радостном возгласе Моники так явственно слышится тревога.

- Да-да, я тоже очень рада, - Юлия, усиленно улыбаясь, начинает медленно пятиться к двери.

- Если будет еще что-то подобное - я обязательно поеду, - беззастенчиво врет она, лишь бы не видеть ожидания в выпуклых глазах за очками. - До свидания…

- Подождите!

Ну, что еще? Хуан даже вышел из-за конторки. И теперь мнется, бросая робкие взгляды то на нее, то на родителей. Ну, нет. Если грядет еще какой-нибудь маргинальный сейшн - она пас. От прошлого еще не отошла. Юлия, мы… все вместе… - голос Хуана сошел на нет, так что, ему пришлось откашливаться, - мы хотим пригласить вас на скромный семейный ужин.

- Что? - ей показалось, она ослышалась.

- О! Юлия! Наташа! - вступил синьор Мигель, - Наташа присылает нам туристов, это очень хорошо! Она - наш друг. И вы… - он заморгал выпуклыми глазами, - и вы, тоже!

- Если хотите, - быстро прибавил Хуан.

Н- да. Похоже, эти люди поставили своей целью регулярно ее удивлять. А, впрочем, почему бы и нет? Не так одиноко будет долгими вечерами, если она с ними подружится. Они ведь, кажется, хорошие люди… хоть и необычные.

- Ну, конечно… конечно, хочу… А… когда будет этот ужин?

- Сегодня. Если это вам удобно, извините, мы вовсе не хотим нарушать ваших планов… И если это не ко времени, то…

- Да нет, - она пожала плечами, - очень даже удобно. И ко времени.

- О! - они явно обрадовались. - Тогда в девять часов приходите сюда. И мы вместе пойдем домой.

- Ладно. До вечера.

Глава 10

Стоя опять под теплыми, а после солнца - обжигающими струями душа, Юлия смывала с себя морскую соль и думала… черт знает о чем.

Сначала, по привычке, пыталась вспоминать московские события. И ей это, конечно же, удалось - память на редкость услужливо разворачивала перед ней поступки, разговоры и события, что имели место всего несколько дней назад… Но вот, что странно - вспоминая все, как раньше, она не чувствовала того, что раньше. Горечь, обида, унижение, разочарование, отчаяние, все эти чувства, что погнали ее сюда в дурацком гордом одиночестве, - она их не чувствовала. Помнила. Но не ощущала. Они были туманны и неотчетливы, и рассеивались так же быстро, как пар, вьющийся сейчас вокруг ее тела. Похоже, ей все-таки удалось перешагнуть невидимую грань, что отделяет прошлое от будущего?!

Что ж, если так… - аминь! В прошлом, она была несчастной дурочкой, питающей кучу иллюзий, полезных для окружающих и губительных для нее самой. А значит, в будущем она и вправду - умная, рассудительная, холодная стерва, живущая лишь для удовольствия и радостей? Пожалуй, что так. Ведь, действительно, еще недавно трудно было вообразить, чтобы она могла улыбаться - просто улыбаться, без сожалений, глупых сомнений и всяких прочих мук, вспоминая прошедшую ночь.

…Юлия чуть не улеглась прямо на конверт.

В последний момент выдернула его из-под влажного живота, когда рухнула поперек кровати, обессиленная душем и мыслями. Голубоватая шершавая бумага приятного качества, без логотипов и надписей. Наверняка от «Натали-турс». Она, разумеется, не ходила на общее организационное собрание, и теперь они сообщают ей информацию об отъезде, или экскурсиях, или еще о чем-то подобном. Только она полагала, что обычно эти штуки подсовывают под дверь, а не на кровать. Впрочем, если честно, она не задумывалась об этом. Пока не раскрыла конверт.

Первая мысль была вполне логичной - это просто рекламные открытки с видами городка. Ну, точно - вот пляж, бухта, аккуратный, словно игрушечный замок на фоне заката. Ясно, подарок от отеля. И на том спасибо… но… Что такое?! Несколько глянцевых фотографий, она перебирает их все быстрее, все ближе подносит к глазам. Эта смутно знакомая фигура на берегу…

Юлия вскочила. Она стоит на коленях посреди кровати, влажное полотенце упало с бедер. Так резко задрожали руки, наверное, оттого, что сердце снова опасно ухнуло вниз и заколотилось часто-часто. Сна уже ни в одном глазу. В обоих - изумление и скользкий, необъяснимый страх… Сначала она узнала свой купальник. Только потом - себя.

Везде, на каждой из этих очень красивых, почти художественных фотографий была Юлия. Вот она вдалеке, теряется среди других полуобнаженных тел. Вот сидит, согнув ноги в коленях, и смотрит на море. Вот выпрямилась, подняла руки к волосам, вот - с сигаретой в мокрых пальцах. И последнее фото. Юлия крупным планом. Прямо профессиональный портрет. Видны даже капельки пота над верхней губой и розовые круги под глазами… и глаза. Даже не голубые, а бирюзовые. Преувеличенно яркие, каких не бывает в жизни, с застывшей солью на кончиках слипшихся ресниц. Они смотрят прямо на нее - не то испуганно, не то изумленно. А скорее - восхищенно.