А я заставлю! (СИ) - Элла Александровна Савицкая

Оказавшись спиной на кровати, я с пульсирующим предвкушением и восторгом слежу за тем, как Лев ослабляет галстук на шее и снимает его через голову. Встав одним коленом на покрывало, и не разрывая со мной зрительного контакта, избавляется от рубашки, а потом тянется к пряжке кожаного ремня.

А ведь я уже видела его ремень расстегнутым, и мышцы пресса видела. В самый первый вечер нашего знакомства. Правда, тогда я и подумать не могла, что буду хотеть этого мужчину так сильно.

Когда он остаётся без ничего, я сглатываю. Упругий орган покачивается из стороны в сторону, заставляя кровь приливать к моим щекам.

Сумасшествие какое-то. Зажмурившись, переворачиваюсь на бок и собираюсь сползти с кровати, как меня ловят за ногу и возвращают обратно.

— Куда? — предъявляют с претензией.

— В душ, — пищу, задыхаясь.

Хотя бы маленькую передышку взять, потому что мне кажется, я сейчас сойду с ума. Может, вообще стоит остановиться? Это ведь Лев, еще несколько дней назад он готов был вышвырнуть меня из своего дома за шкирку.

— Потом.

Наглые руки задирают платье и по ногам стягивают мои трусики вниз.

— Привстань, — потянув меня за руки, Лев ловко снимает Олин подарок, оставляя меня совершенно обнаженной. — Хочу тебя, — жарко шепчет, тут же нападая на мои губы.

Контакт его кожи с моей выбивает остатки смущения и сомнений. Ну кого я обманываю? Я ведь и сама хочу его так сильно, что покалывает в кончиках пальцев.

В мгновение ока я уплываю в океан ощущений, которых становится так много. Жадные поцелуи кружат голову, а умелые пальцы между моих ног сводят с ума. Я скорее слышу, чем вижу, шелест упаковки от презерватива, а потом не могу сдержать громкий стон, когда Лев наполняет меня собой.

Входит резко, одним толчком.

Из глаз разве что искры не летят от наполненности.

Он начинает двигаться сразу, без промедления, потому что, как и я, на пределе. Ладонями ласкает мою грудь, сжимает, языком терзает соски, кажется, получая от этого удовольствие, не меньше меня. Потому что в его взгляде самое настоящее сумасшествие, бездна, темнота, в которую мы летим оба.

После обоюдного оргазма, Лев меняет презерватив и всё начинается по новой. Только теперь намного медленнее и со вкусом. Он сажает меня сверху, неотрывно наблюдая за мной, поглаживая талию и бедра.

Я тоже изучаю его с не меньшим интересом. Он так сильно отличается от моего бывшего парня. Димка был хороший, и вроде как близость у нас была тоже неплохая. Он был моим первым и единственным, пока в какой-то момент мы не поняли, что хотим от жизни разных вещей. Он любил играть в компьютерные игры днями напролет, а я… любила другое.

Так мы и разошлись, поняв, что друг без друга нам будет лучше.

Раньше мне казалось, что Димка умел быть нежным и внимательным, когда мы оказывались в постели. Но сейчас понимаю, что в нем не было и десятой доли того, что есть у Льва. Каждое его движение по моей коже особенное, он словно играет на струнах, заставляя мои нервы звенеть в приятной агонии. Всё его внимание сконцентрировано на мне и на том, что мы делаем.

Я будто единственная во всей вселенной и это, черт возьми, безумно приятно.

Я даже не замечаю, как засыпаю. Просто в какой-то момент после очередного взрыва, проваливаюсь в сон, чувствуя, как меня прижимают к крепкому телу.

А вот просыпаюсь уже одна.

Разлепив сонные глаза, вижу перед собой пустую подушку. Улыбаясь, как ненормальная от того, что воспоминания обрушиваются лавиной, утыкаюсь носом в свою.

Вот это я дала, Боже! Ну и ночка…

Жалею ли? Нет, ни чуточки. Надеюсь, Лев тоже.

Дав себе время на то, чтобы немного поваляться, выхожу из спальни. Различая мужской строгий голос, доносящийся из кухни, шлепаю в ванную комнату. Ночью я до неё так и не добралась. Приняв душ, и освежившись, отправляюсь туда, где все еще разговаривает Лев.

— Что значит нет номеров? — стоя ко мне спиной, он упирает руку в бок. На мужчине только домашние трико, торс полностью оголен, открывая вид на его шикарную спину, — Значит, найди в другой гостинице. Мне нужен двухместный номер. Нет, Стадникову и одноместного достаточно. Но естественно, нас нужно поселить в один отель. Ну и что, что Новый Год, Света⁈ Я сказал найди два номера!.. Спасибо, жду.

Сбрасывает вызов, а я подхожу ближе.

— Ужас, как она еще не уволилась?

Лев оборачивается. Напряженные черты лица смягчаются, и обведя меня довольным взглядом, он улыбается.

— Никто столько не платит, как я.

— Снова деньги, — закатив глаза, чувствую, как он подтягивает меня к себе за резинку моих домашних лосин.

— Ну привет, — целует меня в губы, — выспалась?

— Да, — не могу не поплыть, оказавшись в руках этого начальника абьюзера, — а ты?

— Тоже.

— Куда ты ехать собрался?

— В командировку. И ты едешь со мной.

— Оу… когда?

— Тридцатого.

Нахмурившись, отстраняюсь.

— Во сколько?

— Утром. А что?

Хорошее настроение начинает развеиваться, как утренняя дымка. Тридцатого в командировку? Прямо под Новый Год?

— Я не могу.

— Почему? — Лев вопросительно заламывает бровь.

— Потому что это Новый Год.

— И что? Встретим его в отеле.

— Я не против отеля. Но у детей в детском доме праздник тридцатого. Я не могу не прийти.

— Ты каждый год там, ничего с детьми не случится, если один раз ты пропустишь мероприятие.

Отрицательно мотаю головой.

— Нет, Лев. Они ждут меня. Я не могу так с ними поступить. Может… перенесешь поездку и поедем вместе после праздника? — с надеждой всматриваюсь в его глаза.

Мне очень хотелось бы встретить Новый Год вместе. Обычно я делаю это с ребятами, но в этом году… хотелось бы с ним.

— Не могу перенести, Злат. Это рабочая командировка. У нас уже все договорено. Приеду не только я, а и другие партнеры из других городов и стран.

— Почему именно на Новый Год? Неужели у них нет семей и им не хочется провести это время с близкими?

Лев смотрит на меня так, словно я говорю ерунду.

— Злат, в бизнесе нет праздников. И это время удобно тем, что как раз все свободны, не заняты работой на своих фирмах и могут собраться. Понимаешь?

— Нет, — отхожу, чувствуя, как в груди начинает неприятно давить. — Очень жаль, что у «важных дяденек» бизнес стоит на первом месте и считается важнее семьи.

— Эй, — потянув меня еще раз на себя, Лев поднимает мое лицо за подбородок, — давай мы не будем начинать. Я бы очень