Финишная кривая - Альберт Байкалов

С трудом разлепив веки, увидел потолок. В памяти всплыл азиат в белом халате и прорезиненном фартуке, подвал в доме Беспалова, лежащий на столе и дико воющий Гриб. Волна ужаса прокатилась от самого темени до кончиков пальцев ног.

«Неужели я после всего выжил?!» – мелькнула мысль.

Но тут же ее сменили какие-то видения: он сходит по трапу самолета. Потом возник до неузнаваемости страшный, почему-то одноглазый, с уродливой губой Гриб, номер в гостинице, Кремль. Гул превратился в некое подобие боя курантов, на фоне которого что-то пикало. Наконец он разглядел штатив с двумя бутылочками какой-то жидкости, часть большого окна, лампы дневного света на потолке.

– Где я? – выдавив из себя, снова почувствовал, как теряет силы.

Что-то стукнуло, и над ним склонилась женщина в белом халате и таком же колпаке.

– Вы в больнице, – сквозь невообразимый шум донеслись ее слова. – Молчите. Вам нельзя говорить. Все нормально. Сейчас позову врача.

Мельком глянув на флаконы, она вышла, а через некоторое время появилась в сопровождении средних лет мужчины.

Он заглянул в глаза, пощупал пульс:

– Состояние стабильное. Хорошо. Судя по документам, найденным в вашем пиджаке, вы гражданин Дании русского происхождения, так? – отвечайте только «да» или «нет».

– Да, – после некоторого размышления подтвердил Хохол.

– Вы приехали с деловым визитом?

– Да, то есть нет, – спохватился он, вспомнив наконец про отправленных им на тот свет банкиров, Грибанова и разговор с чеченскими террористами. – Хотел посмотреть, как изменилась страна…

– В такое время года, – врач хмыкнул и посмотрел на окно, – на вас был только костюм.

– Что со мной?

– Разбойное нападение с целью грабежа, – как само собой разумеющееся ответил доктор. – Ни часов, портмоне пустое…

– На мне еще плащ был…

– Значит, и его украли, – медсестра с сочувствием посмотрела на Хохла, затем на доктора: – А милиционер сказал, что, возможно, напился до такой степени, что забыл, какая в конце ноября погода.

– Какой милиции… – силы стали покидать Хохла. Но ему страшно захотелось выяснить до конца обстоятельства того, как он оказался здесь.

Как назло, собираясь на встречу с чеченцами, он не вынул из внутреннего кармана плаща «USB». На ней было много информации, которая неизбежно заинтересует силовиков. От предвыборной программы Демидова, разработанной англичанами, до рекомендаций его штабу. Кроме этого, номера счетов, названия и адреса банков в нескольких крупных городах, куда под видом финансирования совместных проектов, которыми занимались сторонники кандидата в президенты, должны будут переводиться деньги на предвыборную кампанию. Имелся также компромат на представителей нынешней власти. Аналитический отчет соответствующих структур о реальном экономическом положении в России и, что самое страшное, инструкции руководителям разного рода групп и партий экстремистской и националистической направленности.

Оставалось надеяться, что выполненное под брелок для ключей устройство не привлечет внимания грабителей.

Хохол напрягал мозг, пытаясь вспомнить, не было ли еще при нем чего такого, что могло привлечь к его персоне более пристальное внимание. Но он даже смутно помнил, как на него напали, не говоря о том, как снимали плащ, часы, обшаривали карманы костюма.

– По факту нападения и нанесения побоев заведено уголовное дело, – между тем стал пояснять врач. – Вас привезли пять дней назад в крайне тяжелом состоянии, и мы были просто обязаны сообщить об инциденте в соответствующие органы.

По мере того как смысл услышанного доходил до сознания Хохла, он медленно стал подниматься на локтях. Его ошарашило не время нахождения в клинике, а то, что в подобных ситуациях информируют посольство страны, где он, кстати, никогда не был.

– Да не волнуйтесь вы так, – доктор положил на грудь Хохлу руку, и тот только под ее весом вернулся в исходное положение. – В сознание вы приходили. Не все пять дней лежали как кукла. Но мы использовали препараты, чтобы вы спали.

– Зачем звал? – едва перешагнув порог конспиративной квартиры и закрыв за собой двери, спросил Антон Линева.

– Не раздевайся, – предупредил его тот, натянул на голову спортивную шапочку и снял с вешалки куртку. – Сейчас проедем в больницу на Фестивальной. Там, оказывается, уже неделю интереснейший экземпляр лежит, а наши только сегодня утром об этом узнали.

– Кто? – Антон кивком поприветствовал выглянувшую из кухни Татьяну, лейтенанта того же ведомства, что и Линев, которая якобы снимала эту квартиру. На самом деле хрупкая и миловидная брюнетка отвечала за небольшой информационный центр, устроенный в одной из комнат.

Месяцами проводя время в напичканной радиоэлектронной аппаратурой, компьютерами, разного рода факсами и телефонами комнате, она выглядела всегда уставшей. В «Анаконду» Татьяна пришла из отдела оперативно-технического наблюдения. Молодая, красивая девушка могла покидать эту квартиру лишь для того, чтобы пополнить запасы продуктов в соседнем супермаркете или навестить мать, живущую в Химках, и то на это ей давалось не больше пяти часов. В такие дни ее функции брала на себя Лубянка, переключая на специально подготовленного человека основные каналы связи. В общем, никакой личной жизни.

– Что за тип? – выехав на дорогу, Антон с интересом посмотрел на контрразведчика.

– Ты представляешь, неделю назад поздно вечером звонит в милицию мужик и говорит, мол, выгуливал собаку и наткнулся на тело прилично одетого мужчины с явными следами побоев. Те приехали, точно. Трезвый, но без сознания. При нем документы гражданина Дании. Врачи его забирают, опера составляют протокол осмотра места происшествия и опись имущества, которое было при потерпевшем.

– Ты хотел сказать, то, что осталось, – поправил как бы невзначай Антон. – Нападение наверняка было с целью ограбления.

– Да какая разница, – отмахнулся Данила. – Сообщили нашему дежурному, тот по инстанции и, как водится, в консульство. Сегодня бомба. Человек с такими данными в Россию из Копенгагена не выезжал, в банке, представителем которого является, никогда не работал и вообще его не существует в природе.

– Банка или этого датчанина? – не понял Антон.

– Того, кто подвергся нападению, – уточнил Данила.

– Криминал, – Антон погрустнел.

– Почему так думаешь? – контрразведчик спросил таким тоном, как будто у него в запасе осталось нечто сенсационное.

– Если серьезная контора работает, то документы бы подтвердили существование такого человека, а консульство уже бы шевелилось.

– Это и дураку ясно, – Данила дождался, когда Антон обгонит впереди идущую машину, и продолжил: – Еще до получения информации от датчан по данному факту было возбуждено уголовное дело, в ходе которого нашлись свидетели встречи этого типа с двумя мужчинами кавказской наружности. Только что мне отзвонился один из сотрудников, который по моей просьбе показал им для опознания фотографии Вахаева, Дукузова и Бушалова. Сказал, что, несмотря на слабую освещенность, двое из этих троих там были. Хотя очевидец встречи не совсем уверен, – добавил майор и нахмурился.

– И что теперь?

– Откатали его пальчики, пока он без сознания был, выяснили, что две недели назад прилетел из Берлина. Оттуда ниточка потянулась к туманному Альбиону…

– Это как водится, – криво усмехнулся Антон. – Половина всей мрази там прячется.

– Не нравится мне все это, – Данила с шумом перевел дыхание. – Двоих перебежчиков грохнули в Англии. Турция вешает на нас убийство Самлиева. Его нашла собака недалеко от дома с тремя пулевыми. Там же обнаружили еще и приготовленную, как запасной вариант, позицию для снайпера и оружие. За несколько дней до этого случая в номере отеля «Ataer», кстати расположенного в пяти минутах езды на машине от убежища Самлиева, произошел взрыв и пожар. Как оказалось, там проживала семья отдыхающих из России. Зарегистрированы были под фамилией Максимовы. Время наступления смерти чеченца примерно совпадает с этим происшествием. Самое интересное, что найдены тела не Максимовых, а двух мужчин, въехавших в отель за день до случившегося и поселившихся на одном этаже с ними. Оформились как туристы из России. Приехали якобы для занятия дайвингом. После обыска их номера обнаружили видеокамеру, на которой запечатлена супруга этого Максимова. – Он посмотрел на часы. – Департамент безопасности решает вопрос о передаче нам информации.

– Значит, в номере отеля жили киллеры, а найденные там трупы – ликвидаторы.

– Ты думаешь, киллеры мужчина и женщина? – сощурившись, спросил Данила.

– Уверен, – сворачивая к проходной больницы, ответил Антон. – А эти двое лохов решили их после всего встретить. Те что-то заподозрили и подстраховались.

– Если они знали о приехавших за их душами людях, почему выполнили заказ? – задумчиво спросил Данила и сам же на него ответил: – Либо теперь будут шантажировать заказчика, либо погибшие в номере не имели отношения к устранению Самлиева. Просто этих Максимовых уже давно вычислил кто-то из прежних, выживших, клиентов или их близких, которые решили разобраться.