Леди Малиновой пустоши (СИ) - Шах Ольга

Ниша нашлась в стене, которая была за маленьким комодиком, куда я складывала свои мелкие вещи — расческу, пару лент, перчатки и подобную мелочь. Комодик легко отдвигался, нажималась ногой одна половица у стены и отодвигалась бесшумно фальш-стена. Ниша была в мой рост почти, шириной около полутора метров. В глубину тоже достаточно большая, во всяком случае, я смогла туда зайти. Хотя с моей нынешней фигурой это запросто. По стенам ниши были расположены полки. На нижние полки Кузя и складировал мешочки с чаем. Достаточно увесистые, грамм по двести, и получилось их девятнадцать штук. Надо бы поинтересоваться ценой на чай у Иннис, Крессы и Грегора. Они могут знать. Хотя Иннис могла и не знать, семья ее была весьма небогата. На средней и верхних полках что-то было. Я, разумеется, сунула туда свой любопытный нос. На средней полке в полной сохранности лежал наряд шотландской девушки и такой же национальный плед. А на верхних полках стояла небольшая шкатулка и несколько мешочков. А отдельно, завёрнутое в пергаментную бумагу, лежало изумительное шёлковое платье, с лифом из кружева, расшитым какими-то камнями, в полутьме непонятно, какими. И рядом с нарядом находилась такая же потрясающая кружевная накидка на голову. Подвенечный наряд? Но почему он здесь, а не в доме мужа, моего отца?

В шкатулке были украшения, вовсе не самые дорогие, а такие, какие больше подходили бы юной девушке, или на повседневную носку. Да и было их не слишком много. Видимо, выйдя замуж и уезжая из родного дома, Маргрет оставила девичьи украшения в своем тайном месте. В мешочках были деньги. Но тоже, в основном небольшого достоинства, медяшки и серебро, золотых только две монеты.

— Карманные деньги Маргрет и ее девичьи украшения.

Тихо подсказал за моей спиной домовёнок. Ну да, я так и поняла. Спасибо большое той неведомой мне девочке, что оставила здесь свои немудрящие сокровища. Они очень пригодятся и ее внуку и мне, заместительнице ее несчастной дочери. Взяв с полки один мешочек с чаем, я закрыла нишу, подвинула комод на место, придирчиво осмотрела, все ли в порядке, не заметно ли, что двигали комодик?

Нет, все выглядело, как и прежде. Выйдя из ванной, увидела, что чистая мисочка Кузи стоит на этом самом комодике. Так он ненавязчиво напоминает, что тоже проголодался и будет, есть даже кашу со шкварками. Подхватив и мисочку, пошла вниз, на кухню, надо попробовать заварить чай, первый результат моих трудов в этом мире. Да, ещё не забыть бы, наделить своих дам глицерином для рук, а то у всех после работ с землёй кожа рук просто просит помощи. И мыло для просушки убрать под навес у гончарной.

Глава 14

В кухне нашла старый, немного помятый чайник, невесть каким образом попавший на шотландскую кухню и неизвестно, как не попавший под руку мародерам. А далее все, как учили на факультете. Был у нас один профессор, очень подробно и интересно дававший материал по различным культурам. Вот читал он нам курс азиатской культуры и попутно рассказал о традициях японского и китайского чаепития. Собрав все необходимое, присовокупив небольшую плошку с медом, остатки прихваченного из поместья Мак-Коннея, я двинулась в столовую.

Каша, как и говорил Кузя, была фу, но я мужественно ела ее, надо же было как-то поддерживать в себе энергию. Зато потом, приступив к разливанию чая по разномастным кружкам, я была с лихвой вознаграждена изумлёнными взглядами трапезничающих. Чай получился настоящий, черный, с лёгким фруктово — цветочным ароматом, не перекипяченным и поэтому не отдающим вкусом распаренного веника. Да ещё удивление было вызвано тем, что особо никто лишнего внимания не обращал на мою возню с травой, возится баба, ну и пусть себе. Иннис пила мелкими глотками, закрыв глаза от удовольствия. Рини — осторожно, как будто не веря, что видит в своей кружке. Мужчины — солдаты пили с видимым удовольствием. Уилли и Юну больше интересовал мед да свежие лепешки, чем чай. Дети, что тут скажешь. Допив чай, один из солдат, Рэнальф кажется, сказал.

— Да уж, леди Мэри, такой дорогой напиток не пожалели, для всех приготовили! Я видел, в Эдинбурге продавали чай ложками и то дорого!

Я улыбнулась — Да вы пейте, пейте! Мне для своих людей не жалко!

Грегор откашлялся, привлекая внимание и начал.

— Леди Мэри, я передал ваши слова своим людям. Дело в том, что мы все уже свою службу у лэрда закончили, для войны мы не подходим, раны болят, возраст опять же. Лэрд потому и отправил нас, что мы уже не собирались возвращаться на службу. Мы видим, как вы стараетесь, сколько у вас дел много разных и вам трудно одной, с женщинами да ребятишками. И про соседей ваших наслышаны тоже. И считаем так же — охрана вам и замку нужна. Поговорили и решили, что мы остаёмся служить у вас. Но дело в том, что у двоих из нас есть семьи. Готовы ли принять и их семьи?

Я горячо закивала. Да это же лучшее, что я могла предположить! А Грегора я все равно уговорю на должность управляющего. Он продолжил.

— Если вы согласны, то двое поедут обратно, заодно и возчика одного заберут, который с телегой был. А вторая телега и лошадь останутся здесь, это уже перед отъездом лэрд решил, у вас ведь и впрямь никакого хозяйства нет, вот на обзаведение вам и будет. В общем, послезавтра они уедут. Если все хорошо будет, то через пару недель вернутся.

Я кивала, соглашаясь на все. Потом, немного подумав, сказала.

— Раз вы согласны мне служить, то дорогу я вам оплачу, а для сборов и переезда с семьями я дам вам по мешочку чая, продадите — будут вам деньги на приобретение нужных вещей на переезд и приобретения нужных вещей для обустройства здесь. А пока вас нет, то завтра же найму рабочих, перестроим старую казарму на заднем дворе, чтобы вы пока временно могли жить там. И семьи тоже. Потом построим отдельные дома, со временем. Вот так, наверное, будет правильно.

Мужчины прогудели нечто одобрительное. А Грегор продолжил отдавать распоряжение. Решили так — двое на охоту, двое с нами в поездку, повозка и телега с возницами тоже с нами, один остаётся в замке для общего пригляду. В замке остаётся Рини с детьми, Кресса на кухне. Все остальные — со мной, решили, что и Элизи едет с нами, что-нибудь несложное она сможет делать. Увидев скривившееся личико Элизи, с блестевшими слезами в глазах, я вспомнила о глицерине и мыле. Раздала всем дамам. Пока мужчины готовили наш тягловых транспорт, я быстро унесла к себе мисочку каши, небольшую кружечку чая и кусочек лепешки с медом. Заодно рассказала Кузе последние новости. Он тоже одобрительно закивал головой.

— Вот, Люся, это и хорошо будет и ладно! Мужики они все хорошие, я смотрел за ними, добрые. Они даже кошку, что в конюшне в углу дальнем окотилась, не обижают, и мяса ей приносят.

Я изумилась.