Страсть по объявлению - Линси Сэндс

Откинувшись на спинку, Элви постаралась не барабанить пальцами себя по коленке. Эдвард Кенрик вел машину раздражающе медленно.

— Здесь разрешено ездить до пятидесяти километров в час, — намекнула она, когда уже стало совсем невтерпеж.

Кенрик перехватил ее взгляд через зеркальце над приборной доской. Ему явно хотелось ей что-то сказать, но он промолчал и прибавил скорость... правда, едва-едва. Элви была готова разреветься. Вне всякого сомнения, он тащился не быстрее тридцати километров. Она была бы уже на месте, если бы не этот... водила.

Все сидели молча. Элви с любопытством оглядела мужчин. Они, кроме Эдварда, не отрывали от нее глаз. Хотя даже Эдвард наблюдал за ней, время от времени посматривая в зеркало заднего вида.

Ей стало неуютно. Вздохнув, она призналась:

— Я не публиковала то объявление в газете. Это дело рук Мейбл. До этого вечера я даже не знала, что она задумала.

— Мы знаем, — мягко сказал Харпер. — Нам стало известно об этом сегодня в ресторане.

— О!.. — заерзала Элви. Мужчины все так же пялились на нее. А она никак не могла придумать, как дать им понять, что ей это неприятно. И не обидеть их, потому что они бросили все и вместе с ней помчались в супермаркет за чизкейком. Все, кроме Эдварда. Эдварду нужно ездить только по воскресеньям. Почему этот идиот просто не отогнал свою идиотскую машину и не дал проехать Харперу, ей было непонятно. Наверняка потому, что Эдвард придурок, который любит все держать под контролем, пришла она к выводу. Симпатичный, но зануда. И умом не блещет. Умный мужчина никогда не встанет между женщиной и чизкейком.

Послышался сдавленный смешок. Элви с тревогой посмотрела в затылок Эдварду. Если у него есть возможность помешать ей добраться до супермаркета и он сейчас пользуется этим... И ведь действительно!

Услышав, как хмыкнул итальянец, она повернулась к нему.

— Что такое?

— Ничего, — быстро ответил Алессандро, а затем спросил: — А что вы обо мне думаете?

— Я вас не знаю. — Элви пришла в замешательство.

— Ну конечно, не знаете, — пробормотал он, выжидательно глядя на нее.

Покачав головой, Элви посмотрела через ветровое стекло, чтобы определить, сколько им еще ехать. Но все мысли крутились вокруг его вопроса. Что она может думать о нем? Пока ничего определенного. Он очень хорош! А его глаза! Она ни у кого не встречала таких золотисто-карих глаз. Красивых, почти как у Виктора.

Элви перевела взгляд на Харпера. Он тоже был хорош собой с этими белокурыми волосами и серебряно-зелеными глазами. Все четверо мужчин, сидевших в машине, казались чрезвычайно привлекательными. Но Виктор нравился ей больше других. Она не смогла бы объяснить почему, да и не хотела ничего объяснять. Кстати, они доехали до магазина... Наконец!

Но тут Эдвард миновал супермаркет и поехал дальше.

— Здесь! — наклонившись вперед, крикнула она. И снова вскрикнула от неожиданности, потому что Эдвард резко стукнул по тормозам. Всех швырнуло вперед.

На какой-то миг в машине повисла тишина, а потом Эдвард медленно повернулся к ней и облил ее ледяным взглядом.

— Мисс Блэк, в будущем постарайтесь не кричать на ухо водителю. Это слишком действует на нервы.

— Извините, — промямлила она. При желании Эдвард, оказывается, мог быть пугливым.

— Она права. Вернись назад, — произнес Виктор резким, командным тоном, и Эдвард подчинился. Хотя Элви заметила, как он раздраженно скривился.

Ей стало спокойнее, когда он отвернулся и прекратил сверлить ее взглядом. Переведя дыхание, она благодарно улыбнулась Виктору, потом повернулась и глянула на Алессандро, когда он легко похлопал ее по руке.

— Так я нравлюсь вам или нет? — спросил он с усмешкой, встретившись с ней глазами.

В полном смущении Элви таращилась на него, затем проследила, куда он указывал ей взглядом, и поняла, что когда Эдвард резко тормознул, она инстинктивно вцепилась рукой в колено Алессандро. И все еще продолжала держаться за него.

Тихо охнув, она отпустила колено, чтобы сообразить, что другой рукой она цепляется за колено Виктора. Пришлось отпустить и его и сложить руки на груди. Теперь она сидела, глядя вперед, на наплывающую вывеску супермаркета, как на свет маяка в ночи.

— Чизкейк, шоколад, мороженое, — бормотала она. По сравнению с этим все остальное было не важно.

Глава 8

— Оказывается, она не шутит. Непредвиденный случай — это всего-навсего чизкейк, — словно не веря себе, сказал Эдвард, наблюдая, как Элви нерешительно топчется у стойки с тортами.

— Она ничего не ела пять лет, — произнес в пространство Виктор, стоя рядом с ней и с интересом рассматривая выставленные торты.

— Почему? — спросил Харпер.

— Она не знала, что ей можно есть все, — рассеянно ответил он.

— Как такое возможно? — ужаснулся Алессандро. — Кто ваш наставник, сокровище? Я бы сказал ему пару ласковых. Оставить вас в полном неведении...

Элви не слушала его. Она не представляла, о чем Алессандро может говорить с таким гневом. Какой-то наставник! И в такой момент! Разве он не понимает, что ей сейчас хочется поесть?

Она так торопилась, что, вылезая, чуть не выпала из машины. Хорошо, Виктор поддержал ее. Выдохнув «спасибо», она заторопилась ко входу в магазин, предоставив мужчинам самим решать, идут они за ней или нет. Было уже поздно, в магазине бродили редкие покупатели. У дверей, словно дожидаясь ее, выстроилась колонна свободных тележек.

Подхватив одну из них, Элви чуть ли не на бегу покатила ее в дальний конец зала. Немногочисленная группка продавцов, которая раскладывала товар на витринах, проводила ее взглядами. Их интерес удвоился, стоило им понять, кто перед ними. Проходя мимо, Элви выдавила улыбку, осознав, что так удивило их: она пришла за покупками, как обычный человек.

Элви добралась до нужной стойки, намного опередив мужчин, но когда они присоединились к ней, она все еще не могла решить, что же ей взять. Это была серьезная проблема: все-таки первый раз за пять лет. Она надеялась, что вкус у торта остался таким же.

Пришедшая в голову мысль заставила задуматься. Теперь она по-другому воспринимает вкус крови. А что, если и с пищей произойдет то же самое? Пока она была живой, кровь казалась ей противной, отдающей медью, а сейчас — замечательной. Вдруг еда, которая казалось ей тогда отменной, окажется пресной или вообще безвкусной?

Нужно попробовать, решила она. Она ничего не станет покупать, если это не принесет радости, чтобы потом не сидеть и не созерцать еду с похоронным видом. Значит, нужно устроить пробу. Но как?

— Элви? — озабоченно спросил Виктор, становясь рядом. — Все в порядке?