Ваш любимый доктор, или Дело всей жизни - Соня Марей

– Я могу сказать лишь то, что Норвин служит на благо Рэнвилля, – он упрямо мотнул головой, и я поняла, что из Эрна не вытяну больше ни слова. Но догадки у меня все-таки были. Сразу стали ясны все недомолвки мужа и долгие отлучки, но это не успокоило, наоборот.

Мы с Эрном не сделали ни глотка, чай остывал на столе, всеми забытый. Не до того было.

– Мы с Норвином знакомы давно и отправились служить сюда вместе. Не сердитесь на него, если бы он мог, давно бы все вам рассказал. Он хочет оградить вас от внешних проблем, в этом весь он – пытается заботиться обо всех, – Эрн улыбнулся своим мыслям. – Хотя некоторые могли бы назвать его глупцом.

– Он не глупец.

– Знаю. Норвин стал другим с тех пор, как женился на вас, нейра Эллен, – мягко произнес Эрн, желая меня отвлечь и развеять повисшее грозовой тучей напряжение. Казалось, что я сейчас начну испускать громы и молнии, как та самая тучка, что перенесла меня сюда.

Кашлянув в кулак, гость поднялся.

– А сейчас я должен сообщить командованию, что Норвин жив.

Эрн сделал странное движение рукой, а потом сощурился, глядя куда-то вверх.

– Знаете, нейра, несмотря на то что сейчас Норвин без сознания, купол над вашим домом не пропал. Каким-то странным образом ваш муж продолжает его удерживать. Пожалуй, все равно надо будет прислать мастера плетений и укрепить защиту.

Я не успела сказать и слова, как нейт Фрай открыл портал и растаял вместе с ним.

Вот интересно, в следующий раз мне ожидать целой делегации магов?!

И всю ли правду сказал мне незваный гость, стоит ли верить ему на все сто процентов? Норвин точно попался в ловушку таинственного врага? Я вспомнила рану – удар нанесли в грудь.

Кого мой муж подпустил к себе настолько близко? С кем был неосторожен? С врагом или же… с другом?

Дать ответ мне сможет лишь один человек.

Глава 8

– Что ты слышал и видел, пока меня не было? – спросила я Пискуна. – Пациент хорошо лил в уши, но как будто путался в показаниях.

Когда гость ушел, исчезли отголоски его голоса и мягкость внешнего вида, с меня будто пелена спала.

Тиин мог рассказать интересные детали, каких могла не заметить Делла. Я отправила ее подальше отсюда потому, что цветом лица она не отличалась от мела, а и из звуков из нее вырывалось только заикание. Того и гляди, упала бы в обморок. Она была вообще стеснительной и робкой девочкой, испугалась даже безобидного Йена. А открывшегося портала и выпавшего из него мужика и подавно.

Раздался хлопок – синий комочек меха вскочил мне на плечо.

– Ничего предосудительного он вроде не делал, на нас с Деллой вообще не обратил внимания. Подошел к Норвину и будто даже не удивился. Просто смотрел на него.

– И никак не пытался ему навредить?

Пискун помолчал пару секунд.

– Нет. Кажется, нет.

Я устало коснулась лба и медленно выдохнула.

– Он сказал, что защитный купол над домом все еще стоит. Он бы не пропустил человека со злыми намерениями. Только я все равно не доверяю нейту Фраю. Быстрее бы очнулся Норвин! Может, мне снова поцеловать спящего красавца? – спросила я сама себя.

– Смотрю, ты вошла во вкус, – хихикнул Пискун. – Ну давай, попробуй. Я даже отвернусь.

– Сделай милость. Не люблю, когда за мной подглядывают. Особенно в таком деликатном деле.

Норвин лежал все так же неподвижно, только глазные яблоки под закрытыми веками беспокойно бегали. Не к месту вспомнилось, как мой второй муж собирался писать завещание уже при температуре тридцать семь и два. У меня его страдания не вызывали ничего, кроме раздражения. Норвин уж точно не стал бы так себя вести.

Удивительные метаморфозы со мной происходят. А ведь поначалу я мечтала от него избавиться!

Тихонько опустившись на край дивана, я наклонилась и поцеловала теплые губы, снова чувствуя в груди зарождающуюся магию. Я много думала над словами Пискуна о том, что здесь нужны искренние чувства. И даже не предполагала, что в другом мире найду человека, который станет мне близок и дорог.

Глупость? Попытка наступить на те же грабли? Ну не выходит у меня быть циничной и прагматичной женщиной, не выходит. А тут еще тело молодое, играй, гормон, и все такое.

С удивлением я поняла, что Норвин начал отвечать на мои попытки поцеловать его. А потом открыл глаза. Я отпрянула.

– Эл… Лена? – голос плохо его слушался, взгляд был расфокусирован. – Ты что здесь делаешь?

– Лучше спроси, что ты здесь делаешь! – проворчала я, но радости от его пробуждения скрыть не могла.

Обрадовался и Пискун: синей молнией взлетел к потолку и, оглушительно пища, сделал сальто, а потом шлепнулся на спинку дивана.

Норвин завозился, попытался приподняться на локтях и тут же скривился от боли. Потом нашел пальцами мою руку и сжал.

– Лучше не шевелись, лежи спокойно.

– Ничего не помню… проклятье… Что со мной? Я ранен?

– Ты чуть не умер.

Я пересказывала последние события, наблюдая, как меняется лицо Норвина. Брови сошлись на переносице, когда он глубоко задумался, а потом резко взлетели вверх.

– Ты смогла приручить один из артефактов? Значит, я в тебе не ошибся.

Ему было тяжело говорить, перевязанная грудная клетка вздымалась часто и поверхностно. Он закрыл глаза, слушая продолжение рассказа и время от времени кивая. На виске выступила капля пота и скользнула на подушку.

– Мысли путаются, Эл… А в легких как будто осколки стекла. Смутно помню, что я угодил в ловушку… попал под заклинание… не понимаю, как так случилось…

– Твой друг, Эрн Фрай, сказал, что почувствовал обрыв связи…

– Эрни был здесь? – удивился Норвин.

Я кивнула, а муж снова опустил веки, словно у него не было сил держать глаза открытыми. Судя по тревожной складке на лбу, он о чем-то напряженно думал.

– Я не доверяю ему, Норвин. Есть в нем что-то мутное, несмотря на милую улыбку и располагающую внешность.

– Это одна из магических способностей Эрни – внушать симпатию, – он приоткрыл один глаз.

Так вот в чем дело!

– Такое ощущение, что перед нами валяются части мозаики, сложив которые, мы увидим полную картину, – я коснулась пальцами груди и прислушалась к интуиции. – А если все это связано между собой? Смерть Эллен, Левилль, таинственный мужчина в библиотеке, твое ранение.

– Мне надо связаться с командованием, – Норвин поднес руку к лицу и постучал указательным пальцем по серебряному перстню с черным