Усыновлю мужчину с ребенком - Маргарита Южина

Вчера вот приперлась к Лере в кабинет и давай глазки закатывать:

– Лерочка, ты теперь стала така-а-ая!.. Я, конечно, вела себя просто… по-свински с этим Кукушкиным. Но… Но это только потому, что он тебе не пара! A вот я присмотрела, тут у меня один знакомый… Вот он тебя достоин! Это друг моего отца, так что…

Лера не выдержала.

– Оля, у меня тоже есть один знакомый, – проговорила она, и губы ее невольно растянулись в улыбке. – И он тоже очень достойный.

– Да что ты! – охнула Ольга, заблестела глазами и сразу же стала строгой. – Ну и что у вас? Лера, ты мне не лги! Я тебя знаю, опять как только его увидишь – бежать, а он иди и догадывайся, что ты там о нем думаешь! Мужику надо показать, что он тебе не безразличен! Надо внушить ему, что так, как ты, его никто и никогда любить не будет! Ты ему в любви призналась?

– Да что ты? Конечно же, нет, – вытаращилась Лера.

– Ну и дура, что я могу сказать, – развела руками Ольга. – Теперь, того и гляди, ему кто-нибудь ляпнет, что он самый прекрасный на Земле, и все! И потеряли мужика! Он тут же на эту удочку и клюнет!..

– Оля, прекрати… Глеб не такой. Он серьезный мужчина, ему все эти…

– Вот! – вскочила подруга. – Вот так думают только идиотки!

– Ольга Геннадьевна! – попробовала одернуть ее Лера, но не тут-то было.

– Ой, да не ольгай ты! Еще Геннадьевной обзывается… – махнула рукой подруга. – Я тебе дело говорю, уж с мужиками-то я побольше твоего общалась. Вот так все и думают – серьезный, с ним надо только энциклопедии листать, а ему на фиг эти энциклопедии сдались! Ему тоже хочется… этого… маленького мужского счастья! И пока такие, как ты, умненькие и правильные, будут с книжек пыль стряхивать, какая-нибудь недалекая девица прыгнет ему на шею, и все!

Лера только пыхтела. Отчего-то ей совсем не хотелось думать, что Глебу на шею кто-то там прыгнет. Хотя… мужик-то он вон какой видный…

– Раньше же не прыгнули, – слабо отбивалась она.

– Откуда ты знаешь? – дернула плечиком Ольга. – Может быть, у него на шее уже целое ожерелье из баб, и он просто еще не может выбрать?

Лера задумалась. И в самом деле – откуда она знает? Вон и Анфиска говорит – папа на работе задерживается постоянно, и Татьяна Николаевна нет-нет да и проболтается, что сынок под утро заявился…

– Некогда ему шашни крутить, работает он, – убеждала она больше себя, чем Ольгу.

– И что? Одно другому не мешает, – фыркнула Ольга. – Ты лучше не меня успокаивай, а принимайся за дело. Вот возьми сегодня и назначь ему свидание. В ресторане. A что? Напои его как следует… только сама не пей. Пусть он расслабится, а ты его потом и до дому довезешь… а там уж…

– Ладно тебе, советчица, – вздохнула Лера. – Иди работай давай. У нас чего-то Антонина никак не желает переодеваться, ходит в спортивных штанах, а потом от нее клиенты отказываются.

Ольга тут же превратилась снова в ответственного работника.

– Чего? Опять в спортивных штанах? – запыхтела она. – Пойду Колю увольнять! Еще вчера ему сказала – Тоньку в штанах не пускать! Нет же, как-то просочилась! Все! Ни одного заказа ей не дам. A потом и зарплату фиг получит… Антонина-а!

Лера смотрела на дверь и думала – а ведь Ольга не так уж и неправа… Чего это Лера все сидит и ждет, когда на нее внимание обратят? Надо же и самой как-то… проявиться. Тем более что она сначала так недобро себя вела с Каратовым, он запросто может ее банально бояться… Нет, она о себе напомнит… сегодня же… только чуть ближе к концу рабочего дня.

После этого решения работа тут же отошла на второй план. В голове Леры крутились фразы, которые она непременно должна сказать Глебу. И что ему сказать? Назначить свидание, как говорила Ольга? Где? Ольга еще советовала напоить Глеба, но это уж и вовсе бред. Не будет она никого поить – зачем это? Надо, чтобы Глеб сам, на трезвую голову, пришел на свида… Значит, все-таки на свидание? Но если она позвонит ему и пригласит, он, конечно, придет. Он человек воспитанный, но вот получится ли, что он по собственному-то желанию? Она позвала – он пришел. A что бы такое ему сказать? Сказать?! Да она онемеет на долгие годы, как только увидит его! Значит, надо по телефону. Тем более что его номер у нее давно в памяти телефона – и Татьяна Николаевна говорила, и Анфиска… И все равно. Как только она услышит его голос… Господи, как же это у нее получалось на него кричать-то раньше?.. Нет, по телефону она ему тоже ничего сказать не сможет. A вот если эсэмэс? Это решение!.. Только чего б такое написать? Уж очень не хочется тащить его на это свидание на аркане… С кем бы посоветоваться, но тут ведь такое дело – кто посоветует? Ольга вон уже насоветовала. Хотя… Лера ее прекрасно понимает – сейчас подруга искренне на ее стороне. Еще бы! Ольга небось все силы приложит, чтобы Лера была счастлива с Глебом и освободила бы Ольге такого замечательного, перспективного Михайлова. Тут уж женская дружба, шитая белыми нитками… И все же – что написать?

Она решила написать стих. Глеб же говорил, что мама ему раньше стихи читала, пусть и сейчас на него повеет теплом, детством… Надо придумать стих. И Лера придумала. Правда, на это ушло все утро рабочего дня, зато стих получился громадный и жалостный. Он не помещался даже в одиннадцать эсэмэсок.

– A вдруг у него не хватит терпения дочитать? – испугалась собственного творчества Лера. – Надо покороче.

Еще половина дня ушла на то, чтобы стих сократить. Каждая фраза казалась просто ключевой, необходимой и важной. Надо было оставить все или все выкинуть. Она выкинула все.

К концу рабочего дня фраза созрела. Вот так. Скромненько и со вкусом. И никаких признаний, и достаточно неопределенно. Кто ждет? Дочь, мать… а может быть, и не они. Пусть думает, что хочет.

И Лера нажала на кнопочку «отправить». И через минутку пришел ответ «сообщение отправлено». И все.

– Ничего… будем ждать, – вздохнула Лера и стала собираться домой.

Сердце ее трепетало от волнения – она точно знала, сегодня что-то произойдет.

Каратов старался все важные дела переделать в первой половине рабочего дня. Потому что теперь каждый вечер или почти каждый на служебной стоянке его ждала машина Ксении.

Девчонка была неистощима на выдумки. Они уже были в заповеднике, мотались по горам, съездили на четыре выставки, посетили новый ресторан, а у Ксении все так же голова была полна неожиданных идей. И самое удивительное – они никогда не договаривались о встрече заранее, она не давала свой телефон, она не разрешала ее провожать, она всегда появлялась сама. Эта молодая женщина-призрак ускользала когда хотела и появлялась когда хотела сама. Она не просто удивляла, она завораживала, околдовывала, не давала передохнуть. Глеб сначала еще пытался хоть как-то контролировать ситуацию, очень боялся влипнуть по самые уши, а потом сдался – противиться Ксении он просто не мог. Теперь плыл по течению и был счастлив, как никогда.