Млечный Путь, 21 век, No 3(48), 2024 - Леонид Александрович Ашкинази

Я сама его разработала! - весело ответила Хелен Как-Её-Там-Зовутски. - Правда, здорово?

- Ужас! Форменное безобразие!

- Да, это и было целью. Как можно менее читаемый текст, который решительно ни о чём не говорит, и пакостное сочетание цветов.

- Но зачем?

- Чтобы звонили по-настоящему мотивированные люди. Поздравляю, первую часть эксперимента вы успешно прошли!

- О какой ещё мотивации речь, если вообще ничего не понятно?

- Расчёт на человеческое любопытство. Как правило, любопытные люди гораздо лучше воспринимают новое и открыты к общению.

Рыжий кот Швайгер потёрся о ногу Андреаса, и тот почесал питомца меж ушей. Второй кот, тигровый Маффин, попытался залезть на колени, но потерпел неудачу и обиженно удалился.

- Не могу про себя такого сказать. Даже наоборот, я считаю себя очень замкнутым.

- Значит, вы плохо себя знаете. Предлагаю вам встретиться завтра с нашим шефом, а он уж разложит всё по полочкам. Только ответьте, пожалуйста, на пару простых вопросов, чтобы мы могли немного подготовиться.

- Но что это значит - отпуск от самого себя? Изменение нейронных связей, корректировка личности? Это вообще легально?

- Само собой! У нас государственное финансирование от министерства здравоохранения, а там знаете какие перестраховщики сидят! Ну как, придёте завтра?

Короче говоря, Андреас назначил встречу на половину четвёртого дня, ответил на дюжину стандартных вопросов - возраст, семейное положение, профессия и прочее - и с облегчением отключился. Болтовня фрау Как-Её-Там-Звански его слегка утомила. Интересно, как она выглядит, подумал Андреас. Наверное, маленькая, кругленькая, в кудряшках, как болонка. Чувственный рот до ушей, тёмно-красная помада и ухоженные, холёные ногти. Словом, классическая секретарша. Может, она ему сегодня приснится?

Но Андреасу приснились трактора, пашущие лунный реголит, а потом явился пёс Шафран в очках и бигудях.

- Отдохни, не скучай, интим и кайф по выходным! - пропищал он тоненьким голоском. - Смени тело, забудь дело, чтоб душа вдаль полетела. Господа, вы звери, господа! Разве можно так издеваться над прохожими? Кар-код, кар-код! На целый год! Неужели непонятно, это же типичный синдром церебрального дизайнера, фрейдинос капитанос кукарача!

Последнее показалось Андреасу настолько смешным, что он проснулся от собственного хихиканья. За окном занимался рассвет, а рядом сидели коты Швайгер и Маффин. Они смотрели на хозяина круглыми, изумлёнными глазами.

Настала пятница - важный день во многих культурах, особенно европейских. Андреас Шмидт повёл себя банально: пошёл на работу. Но ровно в половине четвёртого дня уже давил кнопку звонка с надписью "Научно-исследовательская лаборатория психологии и церебраль". Куда делась другая часть надписи, осталось невыясненным. Впрочем, эта загадка мгновенно выветрилась из сознания Андреаса, как только его впустили. За регистрационной стойкой сидела девушка-гот с наполовину выбритой головой и буквально напичканная пирсингом. Больше всего она напоминала бультерьера после схватки с дикобразом.

- Ха-а-ай! - пропела она хрипловатым, низким голосом, продемонстрировав в широчайшей ухмылке язык, пробитый посередине чем-то вроде алюминиевого огурца. - Вы ведь Андреас Шмидт, верно? Идёмте со мной, наш шеф уже ждёт не дождётся свежей крови. Шучу! Сюда, пожалуйста!

К удивлению Андреаса, приёмная - или гостиная? - выглядела на редкость уютно. Множество полок с книгами, некоторые очень старые и на первый взгляд редкие, уж в этом Андреас разбирался. Кожаные кресла, добротный стол из натурального бука и совершенно театрального вида гардины отлично дополняли дизайн. На столе стоял открытый ноутбук с погасшим экраном. Андреас только устроился в уголке притягательного дивана, когда дверь распахнулась, и на пороге появился мускулистый человек в мохнатой кепке и тёмных очках. Он внимательно посмотрел Андреасу в лицо, сунул очки в карман и положил кепку на стол. Светлые глаза весело заблестели.

- Господин Шмидт, если не ошибаюсь? - сказал он, снял пиджак, сел и закинул ногу на ногу.

Можно подумать, он не знает, кто я такой, неприязненно подумал Андреас. Но нарочитая развязность незнакомца внезапно пришлась ему по душе. Вместо надутых беловоротничковых личностей перед ним предстал обыкновенный человек, которых на улице можно встретить ежедневно в "достат. кол." Разве что готиха... или готиня? Фу, пакость.

- Я доктор Константин Шнайдер, - представился вошедший. - Добро пожаловать в центр корректировки личности!

От этих слов Андреаса слегка передёрнуло.

- Извините, - начал он, - я, конечно, понимаю, что вы занимаетесь чем-то совершенно новым и, вполне возможно, не совсем легальным...

╛- Совершенно легальным, уверяю вас! - заявил господин Шнайдер и протянул для знакомства сухую крепкую руку. - И вы ни на секунду не пожалеете, что пришли!

Андреас осторожно ответил на рукопожатие.

- Но коррекция личности... - протянул он. - Это же незаконное действие!

- С чего вы взяли? - удивился доктор Шнайдер. - Мы, конечно, экспериментальная лаборатория, но изменение энцефалограмм головного мозга никогда не было чем-то криминальным. Сегодня ты, а завтра я! - пропел он оперным тенором.

Тенор Андреасу решительно не понравился.

- Пожалуй, пойду я отсюда, - сказал он, поднимаясь из диванного уголка. - Не хочу тратить понапрасну пятничный вечер. Всего хорошего!

Доктор Шнайдер вздохнул:

- Как хотите. Эту часть теста проходят немногие.

- Какую часть? - остановился Андреас.

- Этическое неприятие контекста. Попросту говоря, если окружающее вам не нравится, то вы не сможете отнестись к делу объективно.

- То есть, ваш дурацкий оперный тенор, развязные манеры и эта готичная ассистентка...

- Фрау Ковальчик-Левандовски? Она одна из лучших наших сотрудников!

Андреас был ошарашен.

- Так это она отвечает на телефонные звонки?

- Ну конечно! Она мастерски подделывает голоса и меняет интонации. По ней давно "Оскар" плачет пополам с "Золотой пальмой".

Слегка помедлив, Андреас снова уселся на диван.

- Ну что же, - сказал он. - Пожалуй, я попробую разобраться, что вы тут затеяли.

- Очень хорошо! - доктор Шнайдер удовлетворённо кивнул. - Разрешите объяснить вам более подробно, чем мы занимаемся и с какой целью.

Теперь и его манеры изменились, стали более сдержанными, вежливыми. Словно он снял театральную маску. Или наоборот - надел?

- Конечная цель наших исследований - долговременное изменение человеческой личности без нарушения физиологических функций организма и психических особенностей человека. Нашими исследованиями заинтересовались многие психиатрические клиники, частные врачебные кабинеты, министерство здравоохранения и министерство юстиции. В первую очередь, речь идёт об устранении или смягчении психопатологий, опасных для общества. То есть, если человек имеет склонность к насилию, наши технологии позволяют её уменьшить ровно до такой степени, чтобы оградить окружающих от возможной опасности. Однако возникли некоторые сложности...

- Этого следовало ожидать, - вставил Андреас. - Как только всё идёт