Тайна из тайн - Дэн Браун

в руке Павел направился в атриум присматривать за Лэнгдоном, но, войдя, с удивлением обнаружил, что диван, на котором тот сидел, пуст. Он оглянулся по сторонам, прочесывая взглядом каждый угол. Вбежал в кабинет Гесснер, но и там никого не было.

Растерянность Павла быстро сменилась паникой. В отчаянии он носился по комнате, заглядывая за мебель.Куда, черт возьми, он делся?!

Роберт Лэнгдон будто растворился в воздухе.

Менее чем в двадцати футах Лэнгдон стоял недвижимо в затемненной нише за настенной скульптурой Пола Эванса. Оказавшись в одиночестве, он мгновенно вскочил с дивана, чтобы рассмотреть арт-объект ближе. Как он и предполагал, металлический стержень над композицией вовсе не был опорной скобой.

Это был направляющий рельс. Как у дорогущей амбарной двери.

Лэнгдон крепко ухватился за правый край скульптуры и толкнул влево. Массивная конструкция скользнула без усилий на высокоточных подшипниках. Как он и предполагал, за ней находился проем. Он быстро шагнул внутрь, и дверца на пружине бесшумно закрылась.

Теперь, когда глаза привыкли к полумраку, Лэнгдон слышал, как лейтенант Павел носится по холлу, громко ругаясь.

Ниша за скульптурой была столь же роскошно и лаконично оформлена — панели из ценных пород дерева, мраморная колонна с набором искусственных свечей. Их свет выхватывал матовую металлическую дверь.

Персональный лифт.

Это казалось куда более подходящим входом в небольшую лабораторию Гесснер, чем служебная лестница. Теперь Лэнгдон разглядел, что дверь лифта защищена светящейся клавиатурой.

Видимо, Гесснер не блефовала насчет хитроумного кода для своей лаборатории.

Осталось лишь выяснить, что это за код.

ГЛАВА 23

Джонасу Фокману доводилось переживать немало страшных моментов — прыжок из вертолёта без парашюта, едва не ставший роковым из-за коварного психопата, уклонение от пуль, летящих в него на крутой крыше. Но все эти сцены разыгрывались лишь на страницах триллеров, которые он редактировал.

Теперь страх был настоящим.

Дышать в мешке, натянутом на голову, становилось всё труднее, а руки были крепко связаны за спиной. Он лежал на жёстком металлическом полу машины, которая уже как минимум десять минут неслась по шоссе. Тонкий телефон в кармане пальто несколько раз вибрировал, но достать его не было никакой возможности.

Насколько Фокман мог судить, его похитили двое — судя по голосам, американцы. Они обыскали его рюкзак.

Рукопись у них.

Страх смешивался с полнейшей растерянностью.

Зачем?

Фургон резко свернул с шоссе, петлял по городским улицам, а затем резко остановился. Когда похитители сдернули мешок, Фокман оказался лицом к лицу с крепким мужчиной лет тридцати с короткой военной стрижкой. Весь в чёрном, он сидел на молочном ящике прямо перед редактором, не отрывая ледяного взгляда, чересчур близко.

Парализованный страхом, Фокман взглянул за спину похитителя на улицу. Там виднелись лишь деревья и тьма. Вдалеке урчала тяжёлая техника. Где я, чёрт возьми?

Второй похититель — чуть меньшего роста — сидел на переднем пассажирском сиденье и что-то печатал на ноутбуке.Тот парень с тротуара и папкой.

— Готово, — сказал человек с ноутбуком.

Его напарник повернул видеокамеру на потолке фургона прямо к лицу Фокмана.

Первое правило выживания, напомнил себе Фокман. Никогда не показывать страх.

— Отпадная камера, — выдавил он. — Снимаем ТикТок? Мужчина удивлённо посмотрел на его дерзость.

Фокман старался звучать спокойно. — Или видео для выкупа моей семье?

— У тебя нет семьи, — равнодушно сказал мужчина. — Ты не женат, работаешь шесть дней в неделю и не выезжал из страны больше четырёх лет.

Боже! Кто эти типы?

Изначально он предположил, что это военные, но в наше время сложно быть уверенным. Несколько лет назад он издал документальную книгу о мире современных наёмников — обученных специалистов с таинственными названиями вроде "Блэквотер", "Трипл Кэнопи", "Вакенхут" и "Интернэшнл Девелопмент Солюшнс".

На самом деле, эти двое могли работать на кого угодно.

Стриженая голова достал из кармана планшет, пролистал его и сунул в лицо Фокмана. — Узнаёшь это место?

Фокман посмотрел на фото. Понадобилось мгновение, чтобы осознать увиденное.Какого чёрта?! Это была его собственная гостиная. Если верить снимку, его просторная квартира на Аппер-Ист-Сайд была перевёрнута вверх дном: картины сорваны со стен, книжные полки опустошены, диваны изрезаны, столы повалены.

— Что мы искали? — спросил Стриженый. — Давай, догадайся. Фокман уставился на его стрижку. — Парикмахера получше?

Без предупреждения Стриженый рванулся вперёд и ударил его кулачищем в живот. Редактор согнулся пополам, закашлялся, хватая ртом воздух.

— Попробуй ещё раз, — мужчина поставил его обратно на колени. — Что мы искали?

— Я...не...знаю, — с трудом произнёс Фокман.

Человек с ноутбуком изучил данные на экране и покачал головой. — Врёт.

— Спрошу последний раз, — сказал Стриженый. — Но перед ответом позволь познакомить тебя с "Аватаром". Он указал на камеру. — Это ИИ, который отслеживает движение глаз, микромимику и позу. Передовая система детекции лжи.

Детекция лжи? Фокману не хотелось подначивать громилу за помпезное название дешёвого гаджета, но хотя бы стало понятно, зачем камера.

Сидевший на ящике мужчина наклонился так, что его лицо оказалось неприятно близко. — Мы знаем о тебе всё, Джонас. Ты засиживаешься допоздна, бегаешь в Центральном парке, когда нет бизнес-ланчей, и пьёшь джин-мартини с авторами в "Белом коне". Не морочь мне голову. Задам тебе один простой вопрос.

Фокман ждал, чувствуя, как сжимается от боли желудок.

— Рукопись из твоего рюкзака, — сказал Стриженый. — Это её единственная копия?

Фокман понимал, какой ответ они хотели услышать. К сожалению, сказать правду означало мгновенно потерять все козыри…и, возможно, жизнь.

Поняв, что вариантов почти нет, Фокман закрыл глаза и представил героя одного из своих популярных триллеров — шпиона, победившего детектор лжи с помощью трёх шагов, которые он теперь попытался повторить.

Во-первых, он расслабил плечи и живот.

Во-вторых, слегка соединил указательный и большой пальцы и замедлил дыхание.

В-третьих, ясно представил себе то, что хотел бы выдать за правду — в данном случае дюжину запасных копий рукописи, лежащих на его столе в "Random House".

Стало спокойнее.

— Нет, — максимально ровно сказал Фокман. — Рукопись в моём рюкзаке — не единственная копия. Их много.

Ноутбук проанализировал данные, его хозяин сразу отрицательно качнул головой.

— Врёт.

Чёрт возьми, Джонас! Есть же причина, почему это называется художественной литературой!

Стриженый снова занёс кулак для удара в живот.

— Постойте! — крикнул Фокман. — Я имел в виду электронные копии на серверах PRH.

Стриженый чуть усмехнулся. — Мистер Фокман, мы удаляли все цифровые копии,