Не судьба (СИ) - Лина Эрали

им еще нет и 50, а выглядят они и того моложе. Но я все чаще стала задумываться об их старости. Я четко понимала, что они никогда не познают одинокую старость, я не позволю. Часто думая о своих страданиях и боли, я редко задумывалась над тем, что пережили мои родители.

А ведь им пришлось еще труднее. Одна дочь получила непоправимый вред здоровью, а еще не рождённый сын умер на 6 месяце беременности. Сильный дождь, переходящий в снег, плохая видимость и два автомобиля столкнулись, изменив жизнь пассажиров навсегда.

Водитель другой машины, не справился с управлением, авто занесло на встречную полосу и они врезались в нас. Нашу машину выбросило в кювет, где мы несколько раз перевернулись. А другая машина врезалась в дерево. Виню ли я водителя той машины? Нет. Было бы кого. Он и все его друзья погибли, это несчастный случай, от него никто не застрахован. Его вина была в самоуверенности, и превышении скорости там, где не следовало, но он за это уже заплатил.

Возвращаясь утром из магазина, я увидела папу, который говорил с незнакомой мне женщиной, точнее бабушкой, ей было на вид лет 80.

— Я вас понял. Ничего обещать не могу. Всего доброго! — увидев меня он поспешил закончить разговор.

— Кто это был пап?

— Никто, — отрезал он.

— Эм… па.

— Не лезь! — рявкнул он. Я от неожиданности вздрогнула. Папа никогда на меня голоса не повышал. Он старался воспитывать меня в строгости, наверное сказывается военная выправка, и все же он никогда не выходил из себя, был мягок и добр, в его случае кнут всегда был только во взгляде, а пряник во всем остальном, в голосе, в объятиях. На похвалу и обнимашки папа не скупился никогда.

— Прости, дочь, потом поговорим, — примирительно проговорил он.

— Конечно, без проблем. Только пап, помни, что я уже большая и со мной можно быть предельно откровенным, я уже не та нюня, — засмеялась я, а папа как-то грустно посмотрел на меня и по щеке потекла слеза, — Пааа, ты чего? — испугалась я, думая, что я не так ляпнула.

— Ничего, просто ты права, ты уже такая взрослая, а кажется еще вчера у меня на шее сидела и смотрела концерт на площади, и жевала сладкую вату, — улыбнулся он.

Мы вошли в квартиру, я поспешила на кухню, а папа ушел в спальню. Я быстро сообразила завтрак, разложила свежий творог и выпечку и позвала родителей. Мама медленно шла, опираясь на локоть отца. Выражения их лиц мне показались странными.

— Ань, ты давно в церкви была? — внезапно спросила меня мама.

— Давно, а что?

— Та, бабуля, возле подъезда она просила нас прийти в церковь, простить и поставить свечку за водителя той машины, что умер, — сказал папа с виноватым видом.

— А зачем это нужно?

— Она говорит, что внук ей все время снится, не может найти покой и просит прощения у нас.

— Ну, я в такие вещи не очень верю, думаю, это ее подсознание ей выдает, но бабуля старенькая, жалко ее. Можем и поставить, я на него не в обиде, не специально же он врезался в нас.

— Умница, Анечка, золотая ты наша, — всплакнула мама.

— Да, вы чего тут вдвоем мне устроили с утра потоп? — рассмеялась я обнимая маму с папой.

На следующий день мы отправились в церковь, в пригороде, недалеко от того посёлка, где все и произошло. Сначала мы хотели посетить главную городскую церковь, но посовещавшись решили поставить свечку за упокой в той церкви, куда ходит бабушка Галя. Чтобы и ей стало спокойнее, когда увидит нас.

Папа заранее разложил половину заднего сиденья, постелил специальный матрас, чтобы мама если станет тяжело могла лечь. Мы остановились у маленькой церквушки, она была маленькая, но такая красивая.

Я вообще люблю посещать разные храмы. За границей я часто заходила не только в православные, но и католические церкви, чтобы просто посмотреть, в путешествиях я никогда не упускала возможность посетить мечети, буддистские храмы, я считаю, что любое место для молитв священно и хранит особую энергетику.

Когда мы вошли в церковь, то я ощутила нечто необъяснимое. Я всегда ощущала этот трепет, когда с родителями ходили на службу.

Не успели мы войти, как к нам подошла та самая бабушка Галина.

— Благословит, вас, господь! — причитала бабуля, вытирая слезы, — Не знаю, как вас и благодарить.

Мы немного поговорили, она рассказала нам о своих снах и переживаниях.

Настала моя очередь ставить свечку, я вспомнила все свои слезы, обиды на судьбу, на Бога, на того погибшего водителя и поняла — мне не за что кого-либо винить и в этот момент почувствовала такое облегчение, что словами не передать. Может быть и правда, все эти годы я не подсознательно винила покойного водителя, может мои слезы и обиды не давали ему обрести покой на том свете? С легким, чистым сердцем поставила свечку за упокой. Если баба Галя права, то пусть душа его будет спокойна.

— Давайте, я вас чаем напою. Дорога-то дальняя. А у меня все свое, и молочко и сметанка.

Как мы не отнекивались, но согласиться пришлось.

Дом бабы Гали заметно отличался от соседних. Те были с огромными заборами, с красивыми и современными черепицами на крышах, а ее домик был словно из детства, маленький, аккуратный, с деревянными штакетниками, вместо массивного забора и стоял он на самом отшибе, зато ближе всего к речке.

Внутри была такая же скромная обстановка, видно ремонта не было давно, но все было чисто и аккуратно. Как только мы вошли в дом, то сразу почувствовали дивный запах выпечки.

— Как вкусно пахнет! Это мы удачно к вам зашли, — воодушевился папа.

— Да, это наверное Димочка постарался, мой правнук, — улыбнулась баба Галя.

— Это хорошо, что у вас есть помощник, — сказала мама.

— А много у вас детей и внуков то? — поинтересовался папа, усаживаясь за стол.

— Только Димочка и остался. У меня был сын Ванечка, да спился вместе с женой, я их сына вырастила Матвея, а он бедолага умер в той аварии. Он у меня был хороший, работящий, если бы не проклятая авария… — вздохнула старушка.

— Значит Дима — это его сын? — тихо спросила я.

— Да, Матвей у меня был умный и добрый парень, но женился на вертихвостке. Она через год после аварии вновь замуж вышла, а ее новый муженек не принял Диму, вот она мне его и оставила. Звонит раз в год и то хорошо. Ну, разве ж это мать? — горестно