Почему мы так одеты - Александра Супрун

Пожалуйста! Вообразим нечто чудесное: вы на этот раз миллионный покупатель фирмы и можете по этому случаю унести с собой задаром столько обуви, сколько возьмете. С одним условием: сколько нужно лично вам. Нелегко бывает порой умерить жадность, когда есть шанс ухватить, но давайте подумаем здраво: а сколько пар обуви в самом деле нужно человеку? Кто может на такой вопрос ответить правильно? В будущем, надеемся, каждый, в ком воспитание разумных потребностей пустит достаточно глубокие корни. А пока ученые: технологи, социологи. Они рассчитали по принципу «необходимо и достаточно», что в гардеробе мужчины довольно семи пар различной обуви, женщины — десяти. Так сказать, на все случаи жизни. На зиму и лето, на слякотную погоду и на торжественный выход в театр, на пребывание дома и поход в лес.

Допустим, так… Но представьте себе семью, где отец — заядлый рыбак, приходится ему в любую погоду лезть в реку. А сын — начинающий горнолыжник или футболист. Дочь занимается в балетной студии. Им-то всем необходима сверх обычной обуви, что вроде бы «на все случаи жизни», еще и особая…

Не спорим. И это требование, в сущности, XX века. Хотя и прежде люди исхитрялись делать обувь, подходящую для самых сложных условий. Взять, к примеру, сибирские бахилы. Грубо говоря, это прямоугольный мешок из плотной ткани, который надевается поверх зимней обуви, и крепится ремешком таким образом, чтобы иод ним оставалась толстая прослойка воздуха. Благодаря такой прослойке поверхность обуви остается теплой. Пар свободно проходит сквозь нее, а на внутренней поверхности бахилы превращаются в иней. При такой конструкции ооувь непрерывно подсушивается. Великолепное изобретение, и, надо заметить, все попытки усовершенствовать его были бесполезны. Без таких бахил туго пришлось бы сибирскому охотнику.

В XX веке пришлось приспосабливать многие виды ооуви к новым требованиям многообразной деятельности человека нового времени. Нам сегодня нелегко представить себе, что еще век назад футболисты выходили на поле в обычных ботинках. К таким же ботинкам подвязывались коньки. Заурядные сандалии или тапочки обували участники олимпиад начала нынешнего века. Все знают, как резко выросли спортивные достижения бегунов, прыгунов, метателей молота и других спортсменов за это столетие. Не последнюю роль в этом сыграло и снаряжение мастеров спорта. Ведь недаром одна зарубежная фирма особые туфли для стайеров назвала «сокрушителями рекордов»…

Чем же замечательны эти «сокрушители рекордов»? На их подошве размещены сорок восемь иглообразных шипов. Подошвы с шипами — отнюдь не новинка XX века. Такие туфли были встарь у воинов-индусов. Шипы придавали обутому таким образом воину устойчивость и маневренность. Многие виды спортивной обуви оснащены шипами, только шипы эти расположены бывают по-разному. Например, у прыгунов в высоту наготове туфли, у которых два шипа на пятке. Три шипа на пятке в туфлях копьеметателей. У дискоболов на правом туфле шесть шипов в подметочной части и два в пяточной; а на левом — два в пяточной и один на подошве, зато этот шип в полтора раза длиннее прочих. И такие, казалось бы, незначительные детали могут повлиять на высшие спортивные достижения.

А что говорить о мастерах фигурного катания, которым тоже, безусловно, необходима спортивная обувь. Непроста задача создателей такой обуви: чтобы в ней легко было делать пируэты на льду, скользить. Но в иной обстановке нужна обувь как раз с противоположными свойствами, максимально препятствующая скольжению. Например, для работающих на мясокомбинате, маслозаводе, где пол обычно невероятно скользкий. В обычной обуви и трех шагов не ступишь — упадешь, поскользнувшись. Как же обувались люди на таких предприятиях в прошлые времена, когда специальная обувь не выпускалась? В какой-то степени выручала деревянная подошва. Правда, ненадолго: вскоре она пропитывалась жиром, и ее надо было менять. Теперь подошвы на специальной резине, с нарочито рельефной поверхностью, совершенно не восприимчивы к жиру. Между прочим, подобная обувь нужна и верхолазам-монтажникам, и альпинистам, чтобы исключить скольжение.

Обувь горнолыжника — это целый агрегат, выдерживающий колоссальные и разнообразные нагрузки. Целые конструкторские бюро работают над созданием наилучших горнолыжных ботинок. Кстати, как к любой конструкции, к обуви предъявляются требования равнопрочности. Пусть в отличие от обуви наших предков сегодняшняя должна прослужить не долгие годы, а от силы несколько сезонов. Но что делать, если начинает отставать подошва, кривиться каблук, разлезаются швы? Сдавать в ремонт? Выбрасывать? Жаловаться на низкое качество? А может быть, здесь просчет в конструкции? Ведь в идеальной конструкции все элементы, все части равнопрочны, то есть служат, включая их соединения, одинаково надежно и долго. Однако где такие «идеальные» конструкции? Не найдешь ни автомашины, ни холодильников, ни теле-, визоров, у которых рано или поздно какая-либо деталь не выходила бы из строя. Выход прост: заменить негодную деталь запасной. Нечто подобное предлагают конструкторы обуви, которую мы увидим, возможно, к концу XX века…

Достижения современной науки и техники находят свое воплощение и в обувном производстве, подчас в весьма своеобразных вариантах. Известно, как негативно действует на организм вибрация — пожалуйста, ботинки с виброгасителями на подошвах. Некоторые зарубежные фирмы выпускают туфли с подсветкой для темных дорожек. Со встроенными магнитами. С особой сигнализацией — стоит сомкнуть каблуки, как дается сигнал о нападении грабителей.

Но если говорить о действительно массовой обуви, то ее удобство, легкость, надежность и эластичность обеспечили такую популярность продукции фирмы «Адидас». Ведь те же кроссовки — не бог весть какой уникум технического прогресса. И все же каковы слагаемые их повсеместной распространенности, привлекательности? Синтетические материалы, отвечающие заданным требованиям. Продуманность конструкции. Технология, сочетающая колоссальные тиражи и высокое качество. Заметим — новейшее оборудование для этой технологии. Учтена приверженность значительной части наших современников к спортивному стилю жизни.

Только кроссовками, конечно, не обойдешься, хотя и они годятся на многие случаи жизни. Аксиома нашего времени: обуви следует выпускать столько, сколько нужно для потребителей, но без чрезмерных избытков.

ОТКУДА МНОГОЦВЕТЬЕ

Привлекательность, нарядность обуви, одежды, костюма во многом зависят от расцветки. Но изначально полимерные волокна, природные и химические, никак не окрашены или редко бывают окрашены так, как хотелось бы создателям костюмов. Даже вроде бы белый хлопок не превращается в совершенно белую ткань — ее еще необходимо отбелить. Этим занимались еще в античном мире. В Древнем Риме претендент на должность сенатора отдавал выбелить свою тогу. Это должно было как бы симво-» лизировать чистоту его намерений. «Тога кандида» — так именовалась выбеленная тога, а владелец ее стал называться «кандидатом». Вот каково происхождение этого слова, вошедшего во многие языки.

Римский писатель Плиний Старший описывает методику отбеливания: «Сперва одежда моется мелом, добываемым в Сардинии, затем окуривается серой». Относительно использования мела — тут древние просчитались такой способ вряд ли может придать ткани белизну. А вот сернистые соединения отчасти разрушали естественные пигменты хлопка, льна, шерсти, шелка. Подметили люди и другое: если, скажем, льняная ткань вылежится как следует под солнышком, под свежим ветром, то станет побелей. Казалось бы, все в порядке: хочешь отбелить ткань — расстилай ее на лугу или возле сельского дома. На картинах старых голландских мастеров мы видим такие «пейзажи с полотном».

Однако в XVII–XVIII веках, когда в небольшой по площади стране начали производить изрядно полотна, дело осложнилось. Население Голландии возрастало, и дошло до того, что из-за бесчисленных разворотов ткани не оставалось ни клочка свободной земли для хлебных полей и пастбищ… Выход был найден, когда в 1785 году известный ученый Клод Бертолле продемонстрировал сравнительно простой способ отделки полотна соединениями хлора. Они так же, как производные серы, разрушительно действуют на пигменты, придающие ткани желтоватый оттенок, к подобные соединения для той же цели поныне применяются в текстильной промышленности.

Ослепительно белая одежда всегда сочеталась с понятием о чистоте. Но случайно слово «белье» родственно обозначению белого цвета. Один из оригинальных методов отоолки возник еще в XVI веке. Автором этого радикального способа считается миссис Гильеи, супруга кучера английской королевы Елизаветы. У этого способа тотчас нашлось немало приверженцев, особенно среди простого народа. И вот указом 1596 года именем монарха воспрещалось отбеливать ткани таким образом. Суть этого распоряжения в том, что благодаря несложному средству отбелки не только придворные дамы, но и прислуга могла повсюду красоваться в белоснежных нарядах, кружевах.