Граф Мечников - Сахаров Василий Иванович

Оказавшийся моим ровесником, генсек, высокий, немного сутуловатый брюнет в форме капитана первого ранга военно-морского флота, о нас уже знал – с радиосвязью у балтийцев дело обстояло довольно неплохо – и встретил нас радушно. Обстановка в анклаве была сложная, так что ходить вокруг да около ни Левченко, ни я не стали. Мы оба придерживались жизненной позиции, что дело – прежде всего, и поэтому общий язык нашли очень быстро.

– Нам нужна ваша помощь, майор Мечников, – без долгих подходов начал Левченко.

– Какая? – задал я резонный вопрос.

– Поляки наступают по всем направлениям. Три дня назад они осадили Нестеров и предприняли очередную попытку штурма Черняховска. Разумеется, все наши отряды ополченцев были направлены туда, а ляхи, падлюки такие, два часа назад ещё одним сильным отрядом, в котором не менее трёхсот пятидесяти всадников, внезапно атаковали и захватили Мамоново.

– Где это? Мне названия ваших населённых пунктов ни о чём не говорят.

– Ну да, конечно. – Генеральный секретарь Республиканского Совета раскинул на столе передо мной карту бывшей Калининградской области и пальцем указал на посёлок, который находился через залив напротив Балтийска в нескольких километрах от моря. – Смотрите, вот это Мамоново.

Я раскидал ситуацию на составляющие. Все дружины местных воинов, за исключением нескольких десятков бойцов в Балтийске и взвода моряков из охраны складов ВМБ, сейчас находятся далеко от побережья, ведут бои в районе Черняховска и оторваться от противника при всём своем желании не могут. Поляки этим воспользовались – видимо, есть у них стратег или толковый человек, понимающий, что к чему, – и начали наступление вдоль моря. Теперь получается, что, взяв Мамоново, они могут пробиться к Калининграду, а самое главное – к ТЭЦ-2, после уничтожения которой анклав лишится электричества. Так мало того, если враги получат подкрепления и двинутся к Куршскому заливу, то они разрежут анклав на части. В таком случае всё, тушите свет и сливайте воду. Даже если Республика получит добровольцев из Гатчины и наёмников из Скандинавии и отобьётся, то всё равно после этого налёта поляков подняться ей будет очень сложно.

– Как пал укреплённый посёлок? – спросил я генсека.

– Точно неизвестно, но, видимо, охранники расслабились и их застали врасплох. В этом посёлке людей мало живёт, а нападений на него уже лет десять не было. К тому же половина ополченцев вместе с основными силами была отправлена в глубь материка.

– В Мамоново что-то важное есть?

– Нет. Поселение сместилось на территорию рыбзавода, и все люди проживают в его бывших корпусах и цехах, а оборудование оттуда давно перевезли в Балтийск, так что сейчас это обычный приграничный форпост.

– Что требуется от меня? – Оторвавшись от карты, я вопросительно посмотрел на Левченко.

Генсек, в свою очередь, взглянул на Плетнёва и попросил его выйти, а когда бывший комиссар СРР без споров покинул кабинет начальства, сказал:

– Необходимо перекрыть дорогу от Мамоново на Калининград и совместно со всеми нашими наличными силами организовать оборону покинутого посёлка Ладушкино. До подхода первых подкреплений из Гатчины требуется продержаться всего три дня. Конечно, вы можете уйти в море, наши проблемы вас напрямую не касаются, но мы просим вас о помощи. Окажите нам поддержку, а за нами не заржавеет.

– Руины Ладушкино, говорите. Хм! Моё мнение таково: надо не обороняться, а самим атаковать и отбить Мамоново.

– Чем?! – Левченко, словно птица крыльями, всплеснул руками. – Мы можем собрать только сорок – пятьдесят бойцов, и у вас, насколько я знаю, вместе с экипажем фрегата максимум полторы сотни активных штыков наберётся. Двумя сотнями воинов атаковать укреплённый посёлок, в котором почти вдвое большее количество вражеских бойцов, вооружённых огнестрельным оружием, – чистой воды самоубийство. Была бы у нас техника на ходу, тогда да, это реально. Однако пока в республике с топливом не очень хорошо, и единственные два рабочих БТР-80 находятся в районе Нестерова. Больше у нас ничего нет, а что на складах пылится, то восстанавливать надо.

– Берусь отбить Мамоново всего лишь пятью своими разведгруппами, – вновь посмотрев на карту, решил я.

– Вы так уверенно об этом говорите, майор, что хочется вам верить. Вашему отряду это действительно по силам?

– Не в обиду вам будет сказано, но, насколько я ус пел понять, в военном деле у вас упадок. Боевые действия ведутся между вашими ополченцами и польскими, ни те толком воевать не умеют, ни ваши, потому что регулярной армии нет и с народонаселением негусто. Так что посёлок мы захватим, это точно. Однако имеется один немаловажный вопрос, который хотелось бы решить прямо сейчас.

– Если это в моих силах, он будет решён.

– Мой отряд отобьёт Мамоново и будет держать его трое суток. Вы уверили, что за республикой не заржавеет, и хочется сразу определиться, что мы за свою работу получим.

– Майор, вы рассуждаете как настоящий наёмник.

– Я им был, и это время для меня даром не прошло. Итак, что вы можете нам дать?

– Назовите цену.

– Плетнёв вам уже сообщал, что мы колонизируем берега Испании?

– Сообщал.

– Значит, вы понимаете, мне требуются машины, тракторы, строительная техника, станки и тяжёлые орудия с боеприпасами.

– С тяжёлым оружием и боеприпасами у нас самих плохо, почти всё в смутные времена после чумы угробили. С бронетехникой тоже беда, а вот со станками, автомашинами и тракторами, думаю, поможем. Конкретных цифр пока не назову, но клянусь, что если вы сдержите своё слово и отобьёте Мамоново, то мы отблагодарим вас достойно.

– А кораблика из состава КБФ у вас не найдётся?

– Нет у нас кораблей!

Лицо Левченко моментально трансформировалось в каменную маску, а глаза превратились в узкие щелочки. Увидев такую реакцию на, казалось бы, невинный вопрос и не желая затрагивать конфликтную тему, я с ним согласился:

– Нет так нет. Если дадите несколько единиц техники, то мы с вами разойдёмся как друзья. Впрочем, дело пока не сделано.

– Это точно. Когда вы намерены отправиться в Мамоново?

Взглянув на свои наручные часы, я сказал:

– Сейчас 16:00. Пролив между Балтийском и Косой чист, так что ближе к вечеру фрегат пройдёт в залив. На траверзе Мамоново «Ветрогон» высадит десант, и уже к полуночи мы атакуем поляков.

– Помощь нужна?

– Конечно. Требуются проводники, а также грамотный лоцман, знающий подходы к берегу и все окрестные мели.

– Будет лоцман, и проводниками обеспечим.

– Отлично.

Пожав друг другу руки, мы обсудили ещё с генеральным секретарём некоторые текущие вопросы, и я его покинул. На фрегате собрал командиров отряда и после короткого военного совета отдал приказ готовиться к ночному десантированию на побережье и налёту на занятый противником укреплённый посёлок.

Далее все покатило по отработанной схеме: подготовка к боевому выходу, инструктаж, расспросы проводников и подгонка снаряжения. К вечеру фрегат вышел из Балтийска в море, проскочил залив, и к полуночи все пять групп абордажной партии высадились на берег. На побережье поляков не обнаружили, Лихой всё проверил, и мы совершили беспрепятственный марш к Мамоново. Вблизи посёлка залегли в густом кустарнике двумя полукружьями и стали вести разведку.

Ничего особенного Мамоново собой не представляло. Идущая вдоль моря, изрядно побитая ямами дорога, наполовину щебень, наполовину грунт. Вблизи древней дороги строения древнего рыбзавода. Несколько зданий, перестроенных в общежития и укрепления, которые защищали Калининград с западного направления. До вчерашнего полудня здесь находилось два десятка ополченцев и около сотни крестьян вместе со своими семьями. Теперь же в посёлке поляки, которые налетели неожиданно, с ходу захватили две бетонные оборонительные башни у дороги и ворота. Жителей и ополченцев конечно же перебили, хотя местные женщины, может, всё ещё живы.

Выключив и опустив прибор ночного видения, я подождал, пока глаза привыкнут к темноте, проморгался и осмотрелся. Группы готовы к бою, перебраться за стену – не проблема, по высоте они всего-то два с половиной, максимум три метра, колючая проволока давно сгнила, а некогда глубокий ров давным-давно оплыл и зарос бурьяном. В общем, ничего особенного придумывать не надо, и мой план прост. Тихое проникновение в посёлок и резня налётчиков. Одной роты Серого для этого дела хватит, и не надо никаких лобовых атак, которыми здесь поляки и местные жители балуются.