Завеса Аркена - Фальк Хольцапфель

до берега, Ариан увидел, как гуль высунул из туннеля бледную безволосую голову. Монстр закричал, и от его головы, на которой образовались пузыри, повалил густой дым. Ариан знал, что гуль ненавидит свет, – и знал, что сам он в безопасности.

И тут монстр выскочил из туннеля.

Интерлюдия

Медленно, тяжело ступая, он спускался по лестнице, с отвращением глядя на стеллажи, полные банок с консервированными фруктами. Дни, когда он питался чем-то подобным, давно позади. Какой же жалкой была когда-то его жизнь! Совершенно заурядной. И только его стремление к успеху, к величию позволило ему подняться из этой серости. Этот день стал днём его большого триумфа. Длинные негнущиеся ноги в несколько шагов принесли его вниз. Сквозь дыру, зияющую на том месте, где когда-то было его лицо, он втянул воздух. Он чуял окружающий его мир – такой омерзительный, дезорганизованный вонью жизни, магии и хаоса.

Но он всё изменит. Ведь он избранный. Он вправе требовать больше и возьмёт то, что ему нужно. Он уже давно понял, что существует только один закон – закон сильнейшего. Поймут это и здесь, когда чудеса современности превратят этот реликтовый город в исправно действующую экономическую машину. Слишком долго он искал возможность проникнуть в этот отвратительный сонный захолустный городишко, где нет ни прогресса, ни порядка. Теперь, когда он эту возможность нашёл, он насладится им сполна, будет выжимать всё до капли, пока ничего от него не останется.

Волосатый человек в его списке, правда, не значился, но слишком уж долго он мешал осуществить похищение. Он и его дешёвый старый мотоцикл попались ему на глаза явно не случайно. Это лишь ещё одно доказательство его превосходства. На самом деле всё идёт великолепно. Старуха у него, а значит, его взлёт – дело верное. Алчные взгляды и зависть остальных для него бальзам на душу. Да, все они от него зависят, и он будет наслаждаться этим, пока сможет.

Этот городишко, каким бы отвратным он ни был, поднимет его над всеми остальными. Его ждут немыслимое богатство и власть. Ему никогда больше не придётся голодать. При мысли о предстоящем пиршестве он почувствовал, как по его оболочке пошли трещины.

Парень в сознании. Самое время ещё раз зарядиться, а потом нужно вытащить его из этого подвала. Да, его информатор оказался исключительно ценным, и всё же он не доверяет ему, как не доверяет всем, без кого не может обойтись.

Парень был поразительно крупным для человека, но, несмотря на это, монстр закинул его себе на плечо и, вновь неуклюже зашагав вверх по лестнице, изменил облик. Забросив свою жертву словно куль муки в багажник, он связал ей руки хомутами для кабеля. Перед тем как захлопнуть крышку, он ещё раз бросил взгляд на тюк, который был у его жертвы с собой. Ему он ни к чему, но те, кому нужно, заплатят за него целое состояние. Состояние, которое он добавит к своему.

Воля ежа

Ариан не верил своим глазам. Разве Арвид не говорил, что гули не отваживаются выходить на свет? Солнце, правда, пряталось за облаками, но он совершенно не сомневался, что ушёл от опасности. Однако обречённый, похоже, был полон решимости преследовать свою добычу, даже если это причинит ему мучения. Ариан что есть духу рванул вверх по береговому склону, так что в ручей, через который за ним погнался монстр, посыпались камни.

Споткнувшись о наполовину скрытые травой рельсы, Ариан перекувырнулся и вскочил на ноги как раз в ту секунду, когда монстр нанёс удар. Повалившись навзничь и больно стукнувшись спиной, он ещё успел почувствовать, как когти раздирают его толстовку. Гуль склонился над ним, замахнувшись обеими руками, чтобы добить, и Ариан, защищаясь, в ожидании печального исхода прикрыл руками лицо.

Однако удара не последовало.

Гуль закричал. Но Ариану показалось, что это не из-за него. Открыв глаза, он увидел, что гулю в лоб врезался камешек размером с виноградину. За ним полетели и другие. Оглянувшись, Ариан заметил растение размером с руку по локоть, стоящее на двух ножках-корнях и яростно мечущее камешки похожими на листья руками. И оно было не одиноко – по мере сил ему помогали ещё более мелкие создания, на вид просто сложенная друг на друга галька. Над головой гуля кружили разноцветные птички, атакуя его снова и снова. Обречённый безуспешно пытался избавиться от них, нанося беспорядочные удары. Какое-то несносное существо, состоящее лишь из висящих в воздухе воды и мха и едва доходящее Ариану до колена, старательно штурмовало ногу монстра, правда без малейшего успеха. Корни, стремительно вытянувшись из лугового дёрна, оплели ноги гуля, и тот, шипя, когтями разрывал растения в клочья. Но корни вырастали снова и снова.

– В этом месте хозяин ёж, – услышал Ариан за спиной чей-то ворчливый голос. – Тебя, гуль, сюда не звали! – В этих словах явно звучала угроза.

В поле зрения у Ариана оказался какой-то взъерошенный человечек, и он невольно втянул голову в плечи. Поношенная одежда в заплатках показалась Ариану очень знакомой. Но этого лица он раньше не видел. У человечка была тусклая тёмная кожа и чёрные глаза, а там, где Ариан ожидал увидеть лохматые волосы, густо торчали длинные иголки. На заострённом конце короткой мордочки раздувал ноздри тёмный влажный нос, а зубы были острыми как у зверя.

Коротышка, получеловек-полуёж, вытянул руку в сторону гуля, с диким шипением разрывающего корни в пяти метрах от них. И тут земля вокруг монстра вздыбилась. Среди травы и гальки с головокружительной скоростью выросли земляные столбы. Нет, не столбы – гигантские пальцы. И эти вытянувшиеся из почвы пальцы обхватили обречённого словно какого-то жука. Рёв гуля превратился в хриплый крик. Но было слишком поздно: рука утащила монстра за собой в землю, и через секунду и рука и монстр исчезли из виду. Как сквозь землю провалились.

Пелену облаков пробил солнечный луч. Удивительные маленькие создания, пошатываясь, удалились, похоже, очень довольные собой. Ариан успел заметить, как растение заползло в кадушку с цветами и зарылось в землю. Ему померещилось – или оно действительно ещё и подмигнуло ему? Снаружи теперь остались только зелёные листья, и выглядели они совершенно обыкновенно. Потрясённый, Ариан поднялся на ноги. Сегодня он, конечно, повидал много чего, но здесь