Чудесная жемчужина. Рассказы о необычном. Корейские предания легенды и сказки - Народные сказки

Тогда сын Неба снарядил посла в наше царство, чтобы тот раздобыл нужный материал, и из Силла тотчас же был послан сановник Покхан, который и привёз дерево. Ку Чинчхону приказали изготовить новый арбалет, но и он стрелял всего лишь на шестьдесят шагов. А когда его спросили, отчего так произошло, Ку ответил:

— Ваш слуга тоже не понимает, в чём причина. Возможно, потому, что дерево перевозили по морю и оно пропиталось влагой.

Сын Неба усомнился в истинности его слов и обвинил мастера в тяжком преступлении, но он до конца не выдал секрет своего искусства.

Верная Чеху

Перевод Л. Р. Концевича

Чинхын[194], государь Силла, пожаловал трёх подданных — Пэгуна, Чеху и Ким Чхона чинами третьей степени. А произошло вот что.

Давным-давно в столице государства Кёнджу жили два чиновника. Они были родом из одного селения, и в один и тот же день и час родились у них сын и дочь. Мальчика назвали Пэгу, а девочку Чеху, и отцы договорились в будущем поженить своих детей.

Когда Пэгуну исполнилось четырнадцать лет, его избрали старшим хвараном, но на следующий год, в пятнадцать лет, он неожиданно ослеп.

Родители Чеху решили отказаться от брака с Пэгуном и выдать дочь за Ли Кёпхёна, начальника уезда Мучжин[195]. Пришлось Чеху ехать в Мучжин, но незадолго до отъезда Чеху втайне встретилась с Пэгуном и сказала ему:

— Мы родились в один и тот же день и час, и уже давно было договорено поженить нас, но мои родители взяли своё слово назад и теперь выдают меня замуж за другого. Если я ослушаюсь родителей, то прослыву непочтительной дочерью. Разве это не страшно?! Но ведь так уж повелось: замужняя дочь — подарок, который назад не возвращают. И раз уж по воле родителей я должна ехать в Мучжин, то отныне моя судьба вся в руках любимого! Знаю, что вы никогда больше не увидите белый свет, но прошу вас, когда я уеду в Мучжин, отыщите меня там, хоть, конечно, вам это будет нелегко.

Договорившись с Пэгу, Чеху с ним рассталась, а приехав в Мучжин, она прежде всего заявила Ли Кёпхёну:

— Свадьба — важное событие в жизни человека, ведь это первый шаг на пути супружества. Можно ли относиться к нему легкомысленно? Поэтому для свадьбы следует постараться выбрать счастливый день.

Это, конечно, была уловка: она просто хотела оттянуть время, пока её не разыщет Пэгун. Но Ли Кёпхён, нисколько не сомневаясь в ней, тут же согласился. Так Чеху пришлось обмануть жениха.

Вскоре Пэгун нашел её, они тайком покинули город и отправились в долину среди гор.

Но едва эти двое добрались до места, как откуда ни возьмись явился разбойник и заорал:

— Женщину я возьму себе! — и с этими словами, оттолкнув Пэгуна, схватил Чеху и исчез.

Случайно как раз в это время здесь оказался некто Ким Чхон. Он был одним из товарищей Пэгуна и славился необыкновенной храбростью, умением скакать верхом и метко стрелять из лука. Ким тут же бросился в погоню за разбойником, быстро настиг его и воздал по заслугам, а Чеху, целая и невредимая, вновь оказалась вместе с Пэгуном.

Слух об этом событии дошёл до государя. Государь был поражён до глубины души преданностью этих троих друг другу и, как сказано в начале истории, пожаловал их чинами третьей степени.

Кодо обучает конным играм

Перевод А. В. Соловьева

Никто не знает, откуда он родом, известно только, что служил он Тхархэ[196], государю Силла. А в то время соседями Силла были два царства — Усисан[197] и Кочхильсан, они постоянно докучали нашему государству разбойными набегами. Когда правителем пограничных земель стал Кодо, он решил покорить эти царства. И вот каждый год на пустоши Чантхо принялись выгонять табуны коней, а воины должны были этих коней ловить и учиться на них гарцевать. Так эти занятия стали чем-то вроде игрищ, а Кодо прозвали даже лошадником. В соседних царствах привыкли к таким зрелищам, они думали, что это в обычаях Силла, и ничего не заподозрили. Вот так Кодо удалось создать кавалерийский отряд, который неожиданно напал на соседние царства и уничтожил их.

Исабу хитростью покоряет остров

Перевод А. В. Соловьева

Он был из рода Кимов и приходился внуком в четвёртом колене Нэмуль-вану, государю Силла. В годы правления государя Чидоро[198] он стал правителем Сонбёна[199]. Некогда Кодо придумал хитроумные «конные забавы», сумел ввести в заблуждение людей из царства Кая и покорил их. Так вот, на тринадцатом году правления государя, в год имчжин, Исабу стал военным правителем Хасылла[200] и задумал присоединить соседнее островное царство Усан. Про это царство в те времена говорили, что люди там глупы и своенравны, трудно будет захватить их силой. Покорить можно только хитростью. Тогда изготовили множество деревянных львов, погрузили их на военные корабли и, подойдя к острову, обманули жителей:

— Если вы не покоритесь сами, мы выпустим этих свирепых зверей и они всех вас поубивают.

Жители царства перепугались и сдались.

На одиннадцатом году по вступлению на престол государя Чинхына[201], в первом году правления под девизом Тай-бао, войска Пэкче захватили владение Когурё, город Тосаль[202]. А воины Когурё в ответ заняли их крепость Кымхён[203]. Тогда государь Чинхын решил воспользоваться усталостью обеих армий и приказал Исабу выступить с войском и захватить эти города. Исабу овладел городами, добавил там укреплений и оставил солдат для охраны. А Когурё тем временем направило войско к городу Кымхёну, но отвоевать его не сумело. Тут Исабу напал на них и одержал большую победу.

Преданная дочь Чиын

Перевод А. Ф. Троцевич

Чиын была дочерью простолюдина Ёнгвона из столичного округа Хангибу. Она отличалась необыкновенной почтительностью к родителям. Её отец давно умер, она одна ухаживала за матерью и в тридцать два года всё ещё не вышла замуж, потому что не хотела оставлять мать. Чиын только и знала, что заботиться о ней. Работала у других людей, просила милостыню так она добывала еду, чтобы накормить свою мать. Прошли многие дни, а справиться с нищетой Чиын так и не смогла. Тогда она пришла в богатый дом, продала себя в рабыни и за это получила десять с лишним мешков риса. Целыми днями она трудилась в этом доме и только на закате, приготовив там ужин, возвращалась домой ухаживать за матерью. Так прошло три или четыре дня, и вот однажды мать сказала ей:

— Прежде еда была простая, но на душе от неё было приятно. Теперь еда хорошая, а печень и сердце словно мне острым ножом режут. Отчего это?

Тогда Чиын рассказала ей всю правду.

Мать горько расплакалась:

— Это из-за меня ты стала рабыней. Уж лучше мне умереть!

Дочь тоже заплакала и так, обливаясь слезами, пошла по дороге. А тем временем хваран Хёчжон вышел на прогулку и тут встретил Чиын. Он вернулся домой и попросил родителей послать ей в дар сто мешков риса и платье, а потом выкупил её у хозяев, и она снова стала вольной.

Все товарищи хварана, а их была тысяча, тоже подарили ей по мешку риса. И сам государь, узнав о преданности Чиын, изволил пожаловать ей пятьсот мешков риса и дом, он освободил её от всех повинностей. Риса в доме Чиын стало так много, что государь обеспокоился, как бы не напали на них грабители, и потому велел местным властям отрядить солдат для охраны. Отличили и деревню, где она жила, дав ей название «Деревня почтительной дочери». О похвальном поведении Чиын даже китайскому императору доложили.

А хваран Хёчжон был сыном Ингёна, тогдашнего третьего министра. В детстве его звали Хвадаль. Государь тогда отозвался о нём так:

— Хоть и молод годами, но показал зрелость старца!

И женил его на дочери своего старшего брата, достопочтенного Хонгана.

Хитрость Ыль Тучжи

Перевод М. Н. Пака

В одиннадцатом году правления Тэмусина[204], государя Когурё, в седьмой луне, напал с войском на страну китайский наместник в Ляодуне.

Государь призвал сановников и спросил их совета, как отразить нападение.

Сон Окку, правый министр, сказал:

— Ваш подданный слышал, что выигрывает тот, кто полагается на высокую нравственность, а того, кто опирается на силу, ждёт гибель. Ныне, когда Срединное государство постиг неурожай и царит нужда, повсюду развелось множество разбойников и воров, вдруг ни с того ни с сего является к нам китайское войско. Не может быть, чтоб на то был указ императора или его сановников. Несомненно, это окраинный начальник из одного лишь корыстолюбия самовольно вторгся в нашу страну. Они нарушили волю Неба и отвергли правила, установленные людьми, а это значит, не будет у них успеха. Если мы воспользуемся неприступностью той местности и неожиданно нападём на них, конечно, одержим победу.