Девушка за красной дверью (ЛП) - Грэхем Кэсси

— Что ж, если мне суждено умереть от руки призрака, по крайней мере, я сэкономила немного денег.

— Деньги ничего не стоят для мертвых, — я выдавил из себя улыбку. Я больше не мог разыгрывать эту шараду. Теперь, когда мы были здесь, мне, по общему признанию, не терпелось осмотреть это место. Почти. Чарли была права, я бы захлопнул дверь. Признай, что все, что было внутри, могло быть реальным, но прими это таким, каким оно было. Старой доброй забавой. Я был очень рад, что Амелия все это устроила.

Смех сорвался с моих губ, и я потянулся через свое сиденье, чтобы взять Амелию за руку:

— Я шучу. Это будет весело.

Амелия пристально посмотрела на него:

— Я правда ненавижу тебя. Я чувствовала себя такой засранкой. Посмотри на это место. Оно ужасно.

Я оглянулся на дом. Там было всего две комнаты, освещенные светом, но это казалось не таким уж плохим.

— Но мы же пойдем туда вместе, да?

Я оглянулся на Амелию, которая покачала головой, затем подбодрила Чарли и Блейк.

— Верно, — вмешалась Чарли приторно-сладким тоном. — Они не могут завладеть всеми нами.

Я поднял глаза и заглушил двигатель:

— Ты не помогаешь.

Часы на приборной панели показывали девять пятьдесят, и я отстегнулся.

— Хорошо, дамы. Мы готовы?

Они кивнули, и когда мы вышли, захлопнув дверцы, рядом с нами остановилась еще одна машина, и я огляделся, чтобы посмотреть, кто это был.

— Я думал, это будет только наша группа?

Амелия наморщила лоб, как будто что-то скрывала, и отвела взгляд. Именно тогда я узнал эту машину:

— Хэм?

— Э-э, привет, — поздоровался Хэм, переводя взгляд с одного из нас на другого, над его бровью появилась морщинка.

Чарли и Блейк стояли рядом со мной, рука Чарли коснулась моей, и я наклонил голову в сторону Хэма, затем посмотрел на Амелию.

— Что он здесь делает, Амс? Это ты вызвала его?

Амелия закатила глаза:

— Да, Рид, я несколько раз произнесла его имя перед зеркалом.

Девочки рассмеялись, и я переключил свое внимание на Хэма:

— Что ты здесь делаешь, приятель?

Хэм прочистил горло, снова скосив глаза на Амелию — как будто у них был какой-то внутренний разговор, который никто из нас не мог слышать.

— Я пригласила его, — наконец сказала Амелия, стоя рядом с Чарли. Я видел по ее глазам, что она ожидала от меня взрыва или какой-то возмутительной реакции, но я сохранил самообладание. Затем она наклонилась поближе ко мне:

— Мы поговорим об этом позже, хорошо? — она приподняла брови.

Я нахмурился, проводя рукой по волосам. Я решил отрастить их для спектакля, и они раздражали меня, уже почти касаясь мочек моих ушей.

Мои глаза поднялись вверх, и я кивнул:

— Хорошо.

Амелия набрала полные легкие воздуха, а Хэм отошел в сторону.

— Ну, пойдем, — поманил я его.

Ветер тихонько посвистывал на крыльце, когда мы направлялись к входной двери. Выцветшие от непогоды и ветхие деревянные доски подо мной заскрипели, когда мои ботинки приземлились на них.

Почувствовав легкую дрожь в теле, я поднял руку и взялся за дверной молоток, несколько раз ударив им по ободранному дереву. Заняло пару секунд, но, наконец, дверь открыла пожилая женщина. Она оказалась совсем не такой, как я ожидал. Она была одета в поношенные джинсы и зеленую рубашку на пуговицах. Ее длинные волосы были собраны в пучок высоко на голове, а глаза смотрели приветливо.

— Всем привет, — она отступила назад, и мы вошли внутрь. — Пройдите по этому коридору в гостиную, и я распоряжусь, чтобы все разместились.

Я зашел внутрь первым и услышал, как Чарли прошептала у меня за спиной:

— Разместились для чего?

Я понятия не имел, поэтому продолжал идти. На стенах висели старые фотографии, почти на каждой открытой поверхности были разбросаны засохшие и свежие цветы. Я не был уверен, зачем кому-то понадобилось держать вокруг обветшалые цветы, но это создавало жутковатое ощущение.

Мы столпились в маленькой гостиной, пространство которой было заполнено темно-коричневым диванчиком и крошечным устаревшим телевизором с антенной, торчащей из-за коробки.

Пожилая женщина, которая поприветствовала нас, обошла нас пятерых и улыбнулась:

— Добро пожаловать в Мейсон-Хилл. Меня зовут Офелия, и я владелица этого прекрасного заведения.

Я приподнял брови, услышав ее описание.

— Вы здесь живете? — Амелия была ошеломлена. Я не сильно отставал от нее.

Офелия хихикнула:

— Нет. Нет. Нет, даже я не смогу справиться с этой энергией. Я здесь просто для того, чтобы поддерживать целостность особняка.

Я повернулся влево и увидел, что глаза Чарли оживились, и она заметила меня, улыбнувшись уголком рта и подмигнув, что последовало за этим.

— Итак, — начала Офелия, — сегодня вечером вы здесь единственная группа, так что у вас есть полная свобода действий во всем доме.

Я моргнул.

— Вот ваши инструменты и карта дома, — она начала раздавать пластиковые кубики и маленькие диктофоны. — Используйте это всякий раз, когда вам захочется.

— Что это такое? — спросила Блейк, и я взял один из предметов снаряжения, которые протянула мне Офелия.

— Это считыватель электромагнитных полей (прим. ЭМП), — сказала ей Чарли.

— Что означает, м?

Чарли подошла к Блейк с другой стороны от меня:

— Видишь, наверху у него несколько лампочек? — Блейк кивнула, и я придвинулся поближе, чтобы посмотреть. — Оно показывает электромагнитные всплески, которые, как предполагается, испускают призраки. Если он сменит цвет с зеленого на желтый или даже красный, это может указывать на присутствие духа.

Я был глубоко впечатлен.

— А для чего нам нужны диктофоны? — вмешался Хэм, и я прищурился.

— Это для того, чтобы, как мы надеемся, улавливать голоса духов, — сказала Офелия странно спокойным голосом.

Голоса духов? Я не хотел ничего из этого слышать. Они могли бы и помолчать.

— А что это за штуковины? — спросила Амелия, держа в руках два маленьких стержня.

— Ах, — улыбнулась Офелия. — Лозоходческие стержни.

Глаза Чарли загорелись:

— Духи могут манипулировать ими, чтобы общаться. Вопросы «да» и «нет», если они пересекаются, обычно указывают на ответ.

Христос. Она действительно была сверхъестественным гуру.

Офелия рассмеялась:

— Похоже, вы в хороших руках, — она похлопала Чарли по плечу. — Я буду в офисе. У вас есть время до полуночи, но если по какой-либо причине я вам понадоблюсь, — она остановилась, бросаясь к коробке на полу, — позвоните мне по этому, — она дала каждому из нас по портативной рации. — Я буду на первом канале. Вы все можете пользоваться вторым каналом.

Я взял свою рацию и включил ее, переключившись на второй канал, и остальная группа сделала то же самое.

Офелия помахала рукой и оставила нас одних, а мы все неловко стояли в гостиной, уставившись друг на друга. Мы не только должны были начать «исследование» дома, что уже было достаточно неловко. Кроме того, это был первый раз, когда мы все были вместе — вообще когда-либо. Хэм был совершенно новичком в группе, и Блейк не знала никого, кроме Чарли.

К счастью, Хэм вмешался:

— Привет, — улыбка появилась на его лице, и впервые за долгое время он стал похож на того Хэма, которого я когда-то знал. Не того идиота, в которого он каким-то образом превратился. — Я Хэм, — он протянул руку сначала Блейк, а затем Чарли. — Приятно познакомиться с вами обеими, — он отпрянул назад и не задерживал своего внимания ни на одной из них дольше, чем это было необходимо, что меня совершенно удивило.

Чарли прочистила горло:

— Ладно, ребятки. Давайте сделаем это. Хотите разбиться на группы или провести расследование вместе?

— Вместе, — сказали мы с Хэмом одновременно с тем, как Амелия и Блейк сказали группами.

— Последнее слово за тобой, — сообщила Амелия Чарли. — Что думаешь?

Ее глаза скользнули по мне, и что-то промелькнуло перед ними. Мне хотелось бы знать этот взгляд, но вместо этого я ободрил ее, подмигнув.