Круг Раскрывается: Уличная Магия - Тэмра Пирс

Лишь по прошествии недели Браяр осознал, что пытается услышать голоса девушек и гадает, чем они занимаются. Без Трис было труднее найти хорошие книги, без Даджи было труднее хорошо попрактиковаться с посохом, а рассказывать о своих бедах Розторн было не так успокаивающе, как рассказывать их Сэндри. Сэндри выслушала бы его с серьёзным выражением лица, посочувствовала бы и сказала бы ему, какой он чудесный. Браяр был не настолько глуп, чтобы даже намекнуть Розторн о том, чтобы та вела себя подобным образом. Ему нравился его нос — девушки им восторгались. Браяр не хотел давать Розторн повод откусить его.

Продавщица отнесла набедренную повязку и платок за занавесь. Вскоре она вышла вместе с Эвви. Девочка была аккуратно одета в оранжевую куртку и чёрные штаны, коричнево-оранжевый платок закрывал её неровно остриженные волосы.

‑ Не вижу, зачем тебе хлопотать, ‑ проворчала она.

‑ Потому что кое-кто сделал это для меня четыре года назад. У него у самого одежды больше, чем ему нужно, поэтому он сказал, что я только зря потрачу время, покупая ему вещи. Он сказал, чтобы я просто сделал то же самое для кого-то другого, ‑ объяснил Браяр.

Он сунул ей пеньковый мешок с остальной обновой.

‑ Однако ж нести их придётся тебе.

Взяв под мышку её грязную одежду, он пошёл прочь из лавки, пока она не начала задавать другие неудобные вопросы. Он на самом деле не был уверен, почему он так с ней возился, хотя сказанное им о маге Нико, который одел его и привёз в Спиральный Круг, было правдой. Причина определённо была не в том, что ему нравилась эта грубая, дерзкая оторва.

Высоко над их головами прозвучал звон часов на Карангских Воротах. Уже было три часа пополудни.

‑ Уже давно пора что-нибудь съесть, ‑ сказал он под аккомпанемент урчащего желудка.

У Эвви от этой перспективы загорелись к глаза.

Он отыскал по запаху закусочную, где они купили пареную баранину и пирожки с грибами и луком. За ними последовала пареная айва с начинкой из грецких орехов и мёда. Когда они помыли руки и направились обратно к Браяру, оба чувствовали себя приятно сытыми.

‑ Давно ты на улице? ‑ спросил Браяр.

Эвви зевнула.

‑ Мне было шесть, когда мы покинули Янджинг. Тогда был Год Ворона, ‑ сказала она. ‑ А сейчас — год Черепахи, ‑ она посчитала на пальцах. ‑ Четыре года. Может быть ближе к трём. Они продали меня, когда добрались сюда, и я сбежала за две луны до начала Года Кота.

‑ Кто продал тебя? ‑ спросил Браяр, и лишь потом подумал, что ответ ему может не понравиться.

‑ Мои родители, ‑ ответила Эвви. ‑ Дорога на запад стоила немало. Я была всего лишь девочкой и притом самой младшей. Я ела пищу, в которой нуждались мои братья и родители. Я занимала место в повозке и не могла зарабатывать деньги, ‑ она отбарабанила причины чётко, будто заучила их наизусть. ‑ Девочки почти ничего не стоят, даже здесь. Они получили за меня только два серебряных дава. Я видела, как мальчика моего возраста продали вдвое дороже.

Браяр опустил взгляд. Не смотря на её невозмутимый ответ, ему казалось, что он должен извиниться — не за вопрос, возможно, но за то, что так сложилась её жизнь. Дети попадали на улицу по разным причинам, уж он-то прекрасно это знал, но по крайней мере его собственная мать его не бросила, она его кормила и любила, пока её не убили в тёмном переулке ради её дешёвых украшений.

Эвви вдруг рассмеялась:

‑ Однажды я их их отыщу и покажу, что именно они упустили сквозь пальцы! ‑ сказала она Браяру. ‑ Даже девочка чего-то стоит, если она — па́хан!

Он тоже широко улыбнулся, пока до него не дошла вторая часть её реплики.

‑ Девочки-маги стоят не меньше мальчиков-магов, ‑ сообщил он ей. ‑ Поверь мне — я четыре долгих года провёл в их окружении, и они ни на минуту не позволяли мне об этом забыть.

‑ Как ты стал па́хан? ‑ с любопытством спросила она. ‑ Ты всегда знал?

Браяр покачал головой.

‑ Я попал на улицу, когда убили маму. Мне было четыре, ‑ объяснил он. ‑ Если бы у неё была магия, мы бы жили лучше. Ей не пришлось бы возвращаться поздно той ночью, когда её убили — это точно. В общем, домовладелец вышвырнул меня. Какое-то время я был сам по себе, потом меня подобрал Вор-Повелитель и сделал меня членом Молний. Это была наша банда.

Эвви кивнула.

‑ Сначала я научился ремеслу карманника, у меня были ловкие руки. Потом меня научили лазать и обкрадывать дома. Когда нас поймали в третий раз, мне было десять, наверное. Ты знаешь закон.

Эвви скорчила рожу:

‑ Третий арест — каторга пожизненно.

На этот раз кивнул Браяр:

‑ У меня было два креста на руках, поэтому меня направили на верфи. Чтобы соскребал ракушки, пока не загнусь. Но там был этот Мешок…

‑ Мешок? ‑ не поняла она.

На чаммурском это слово не имело никакого особого значения.

‑ Денежный Мешок. Такамер. По крайней мере я думал, что он такамер, из-за хорошей одежды. Нико, так его звали. Он меня забрал. Магистрату было приказано дать ему, кого он пожелает. И Никто привёз меня в Спиральный Круг в Эмелане.

‑ Это где? ‑ поинтересовалась Эвви.

От разговоров пересыхало горло, поэтому Браяр взял пару яблок. Когда Эвви откусила от своего, стало видно, что у неё не хватало нескольких зубов. Он надеялся, что Джебилу поможет ей сохранить оставшиеся.

‑ Это на северо-западе отсюда, на берегу Моря Камней. Там я переселился жить с Розторн и её подругой Ларк.

Далее он рассказал ей о трёх девочках, которые также заселились туда. Вместе они с девочками выяснили, что их силы были настолько хорошо скрыты, настолько сливались с окружающим миром, что даже Трис, чья магия была наиболее эффектной, не была замечена другими магами.

Когда они подходили к дому, Эвви хихикала, слушая его рассказ о последней попытке Трис спасти животное — она пыталась научить молодого воронёнка летать, хотя сама никогда не летала. Розторн была на крыше, осторожно подталкивая бобы, кукурузу и клевер к прохождению очередного цикла роста. Из всех садовников в землях вокруг Моря Камней она имела наибольший успех с новыми растениями, обнаруженными в неизведанных землях на дальней стороне Бесконечного Океана. Браяр и Эвви поднялись к ней наверх.

‑ Как были сегодняшние фермы? ‑ спросил Браяр, садясь на корточки рядом с Розторн.

Эвви оседлала скамейку.

‑ Как и остальные, ‑ Розторн провела рукой по лежавшим в мешке кукурузным зёрнам, которые она уже выпросила у растений. ‑ Эта земля такая усталая. Они возделывали её двенадцать веков. Фермеры по возможности стараются уменьшить растущую из-за чрезмерной ирригации кислотность почвы, но некоторые уже не одно поколение слишком бедны и не могут себе позволить всё необходимое для обновления почвы.