Одержимость. Заставлю тебя - Леся Эм

Что, не дашь? — на всякий случай уточнил, про себя усмехаясь, ведь впервые её о чём-то спрашивал. И в любой другой ситуации Артём действительно сделал бы, как надо ему, без оглядки. Но теперь хотелось больше, чем просто брать её, когда вздумается.

⁃ В интернете написано, что… — Соня говорила сбивчиво и торопливо, складывалось впечатление, будто репетировала пока его не было, — …что это… что так нельзя… что это вредно для здоровья.

Артём едва сдержал улыбку. Подготовилась, значит.

⁃ Ладно, — наконец, согласился, в ответ на что девчонка сразу же с надеждой спросила:

⁃ Я могу пойти домой?

Ярость вспыхнула мгновенно от одной только мысли, что хочет уйти, но ответил почти спокойно:

⁃ Раздевайся и ложись спать, — а потом добавил максимально мягко, насколько был способен. — Просто спать. Я не трону. Раздевайся.

Мысль, что ей необходимы какие-то женские штуки, появилась внезапно в голове и, как заботливый придурок, он спросил:

— Тебе надо что-то? В аптеку там сходить, может?

⁃ Нет, у меня всё есть, — не оценила Соня его жест, после чего послушно стала раздеваться.

Стоило ей оказаться перед ним в одном белье, сразу пожалел о своих словах. Но при этом, словно последний мазохист, помог стянуть лифчик, оголяя грудь, из-за чего самому же пришлось дрочить под душем, представляя, как мог бы иметь её, прижимая спиной к плитке кафеля, раз за разом погружая в неё член и чувствуя, как мышцы плотно обхватывают его. Кончив, окатил себя дополнительно ледяным душем и даже, казалось, пришёл в норму. Но ровно до того момента, пока не забрался к ней под одеяло, прижимаясь к тёплой коже. Почувствовал, как задрожала от холода, что притащил с собой, и член тут же снова налился кровью. Только вместо того, чтобы свалить спать в другую комнату, Артём, все больше издеваясь над самим собой, опустил руку ей на живот и пополз медленно вниз.

⁃ Ты ведь мне не врёшь? — подозрительно спросил, накрыв место между ног ладонью поверх ткани трусов, под которой отчётливо чувствовалась женская плоть.

⁃ Нет... — голос девчонки прозвучал напугано, отчего в хмельном от возбуждения мозгу появилась надежда, что она всё придумала, и значит ему перепадёт, но Соня добавила так смущённо тихо, — у меня… тампон… — что пришлось поверить.

Но руку не убрал и, хотя мозг понимал, что разрядки не будет, а просто оттого, как гладил её даже через ткань трусов, возбуждение лишь росло, не мог заставить себя прекратить. Соня поначалу держалась напряжённо, но когда поплыла, почувствовал сразу. Вначале чуть откинула назад голову, прижимаясь спиной к нему плотнее. Затем задышала чаще через приоткрытые губы. Артём сглотнул вязкую слюну, и подхватив ткань трусов, протолкнул руку всё-таки под них. Сопротивления уже и вовсе не почувствовал, а стоило коснуться набухшего клитора, девочка рядом совсем затрепетала. То ли на неё так действовало ощущение, что не тронет, то ли, чего ему хотелось добиться, она, наконец, к нему привыкла. Но главное, её тело определённо и конкретно отзывалось на его действия снова.

Прикусил нижнюю губу до боли, чтобы хоть как-то переключить своё сознание с желаемого на реальное, пытаясь сконцентрироваться на ней. Второй рукой прошёлся по животу вверх, к груди, сжимая каждую из них поочерёдно, не без удовольствия чувствуя упирающиеся в ладонь соски. До боли в члене захотелось скользнуть по ним языком, обхватить губами, втянуть в рот. Чтобы успокоиться, вдохнул медленно воздух, но запах от её волос в это же мгновение проник в мозг, переклинивая окончательно и устремляя последние остатки крови вниз, что едва не застонал от переполнявшего тело желания. Уткнулся ей в шею, раскрывая рот и чуть ли не кусая нежную кожу поверх отчаянно бьющейся венки. Но останавливая себя и лишь ставя влажный поцелуй, не упустив возможности лизнуть её языком. Получил на это одобряющий тихий вздох девушки чуть громче остальных, каждый из которых разрезал тонким лезвием болезненного удовольствия. Его рука при этом не переставая продолжала ласкать Соню, плавно увеличивая амплитуду и мягко надавливая, до тех пор, пока девчонка не дёрнулась. Потом ещё раз. Задышала громче и выгнулась, накрывая его руку своей ладонью, поддерживая всё это приглушённым стоном.

Артём понимал, что нужно было срочно идти в душ или он спустит ей прямо сейчас на спину, но сама мысль, что ему придётся выбраться из кровати неудовлетворённым, казалась нереальной. Куда соблазнительней выглядело уделать всю постель в её крови, но получить желаемое. И только осознание того, как подобное воспримет Соня, и вероятности отлететь назад в том, чего он достиг в отношениях с ней, заставило притупить фантазию. Вместо этого Артём попросил:

⁃ Отсоси, иначе я не сдержусь.

Упрашивать не пришлось, наверное, догадалась, что на пределе. Он и кончил почти сразу, стоило Соне приняться за дело. В голове до сих пор стучало, как она застонала и дёрнулась под его рукой, быстро задышав. Готов был поставить это на репит. Но ещё лучше стало, когда не дал ей отстраниться:

⁃ Проглоти… — приказал на выдохе, — давай… — и она, может и нехотя, но всё приняла в себя. — Вот так, да… — помимо физического почувствовал странное моральное удовольствие.

Соня хотела после выбраться и сбежать в ванную, но и этого не дал сделать. Стал кутать её в объятия, а самодовольная мысль, что всю ночь она будет чувствовать вкус его спермы на языке, и помнить кому принадлежит, билась в голове как у больного. Откуда-то из глубины сознания возникло маниакальное желание пропитать её насквозь своим запахом, чтобы ни один урод рядом не смел стоять, чтобы каждый чувствовал, чья она. Просунул руку ей под шею, второй, той на которую снова надел чёрную пружинку, накрыл сверху, и поцеловав нежно в позвоночник между лопаток, распорядился:

⁃ Спи! — а сам уставился на своё запястье с украшением, мысленно задаваясь вопросом, как помечают девчонок?

Глава 14

Соня нервно вынырнула из сна. Всю ночь она спала неспокойно, в бесконечном бреду. Боялась пошевелиться лишний раз и разбудить парня, поступки которого не подвергались логики.

За окном уже рассвело, и она решила предпринять попытку сбежать домой. Артём, казалось, крепко спал, только его рука всё ещё обнимала её поверх одеяла. Взгляд Сони застыл на запястье с резинкой. Больно ударило воспоминание, как бросил её на пол и как следом прозвучали угрозы. Когда только успел поднять? Не хотелось, чтобы носил её. Будто этой частичкой не он объявлял себя её парнем, а напротив привязывал Соню к себе. Глупо и импульсивно