Позывной 'Князь' - Лев Котляров

дала мне матушка. Вот так все просто. Холодный денежный расчет.

— А приглашение на какое число? — спросил Лерчик.

— Уже на завтра, — я покрутил в руках бумагу. — А в чем на такие мероприятия принято приходить?

— При полном параде! — он широко улыбнулся. — Помнишь, тот костюм, в котором ты был у Теряевых? Такой с широким лацканом?

Я на всякий случай кивнул.

— Вот, — продолжил он, — не надевай его больше.

И заржал. Мне осталось лишь собрать всю волю в кулак, чтобы не закатить глаза. Мне определенно нужен совет знающего человека, и точно это будет не Субботин.

— Ладно, разберусь с этим завтра. А теперь спать. Слишком много событий для одного дня.

— Ты, кстати, подал документы-то?

— На службу? Конечно. Все в лучшем виде сделал.

— Я тут подумал, что если тебя пригласил сам барон Гласс, то скорее всего он на приеме передаст тебе уведомление лично. Странно, конечно, но мне очень интересно, куда тебя распределят.

На этом мы и разошлись. Лерчик отправился в свои гостевые покои, а я буравил взглядом шкаф в надежде, что нужный костюм сам появиться.

Но нет.

* * *

— Рад, что вы смогли к нам приехать, — зычный голос барона Гласса оторвал меня от созерцания роскошно одетой публики. — Добро пожаловать в мою скромную обитель.

Скромную! Я мельком глянул на богатый интерьер бальной залы, где были расставлены столы с закусками, мягкие диванчики и многочисленные вазы с цветами. Мимо нас носились официанты с напитками.

Не глядя взяв бокал с красным вином, Гласс повел меня к компании мужчин, что-то бурно обсуждающих. Кажется, речь шла о ситуации на границе империи.

— Дамы и господа, хотел вам представить Владимира Эгермана, — представил меня барон и на меня уставились шесть любопытных глаз. — Подающий большие надежды юноша, как раз на днях подал документы на военную службу. Как раз сегодня хотел передать ему официальное приглашение.

Он назвал имя каждого: Боголюбов Сергей Дмитриевич, высокий худой мужчина с холодными, рыбьими глазами, Дюпон Карл Архипович, улыбчивый и очень смуглый, и Комов Лев Федорович, невзрачный с совершенно незапоминающимся лицом. По выправке всех троих сразу понятно, что передо мной кадровые офицеры.

Они пожали мне руки и пожелали блестящей карьеры. Гласс на это одобрительно зашевелил усами.

После этого короткого знакомства, барон отвел меня в сторону. Я надеялся, что он, наконец, покажет контракт на работу, но он больше рассказывал про свой дом и гостей.

Через полчаса мне были известны данные почти всех собравшихся тут. А Гласс все говорил и говорил. У меня появился в руках новый бокал.

Периодически к нам подходили дамы с кавалерами, мне их тоже представляли, но имена быстро стирались из памяти — слишком много информации за такой короткий период.

Хотя некоторые, судя по эмоциями, были знакомы Владимиру. Я старательно всем улыбался, и продолжал отпивать вино.

В голове уже появилась легкость.

Постепенно стало казаться, что барон мне попросту заговаривает зубы. Эта мысль выдернула меня из праздного веселья в почти боевую готовность.

Но тут к нам подошла очаровательная супруга Гласса, Мария Витальевна. Она весело защебетала, засыпая меня вопросами о родителях и жизни. Это отвлекло меня от размышлений и я немного расслабился.

Разве что взгляд Гласса царапал внимание.

К нам подошел очередной официант. Я хотел было потянуться к стакану с лимонадом, но барон снял с подноса два бокала с темно-красным, почти черным вином и развернулся к гостям.

— Господа и дамы, прошу минутку внимания, — громко сказал он. — Сегодня у нас особенный вечер. Этот молодой человек вступает в ряды нашей доблестной армии. А именно, под мое непосредственное руководство. Как вы знаете, в моем подразделении много отделов, и сейчас я вручу официальный документ, где будет значится, куда именно распределили Владимира.

К нам подошел Карл Архипович и театральным жестом извлек из кармана плотный конверт. Гласс поставил бокалы на стол, придвинув ко мне один, и кивнул улыбающемуся Дюпону.

— Торжественный момент, — он передал мне документы. — Поднимем бокалы, друзья!

Адреналин бурлил во мне, любопытство раздирало на части, а в ушах шумели многочисленные поздравления.

— Тост! За новое дарование в наших рядах!

Краем глаза замечаю, как Гласс внимательно следит, как я поднял свой бокал. Взгляд просто не сводит!

Ослепительно улыбнувшись, я делаю хороший глоток.

Дамы резко выдохнули и побледнели, прижав ладони к губам, а несколько офицеров нервно сглотнули.

— Неужели, ради этой работы, мне нужно умереть? — сказал я, откровенно наслаждаясь их растерянными лицами.

Глава 10

Эмоции Гласса выдала лишь дрогнувшая бровь.

— Как вы узнали? — тихо спросил он.

— Пусть это останется тайной, — уклончиво ответил я. — Итак, я прошел вашу проверку, что дальше?

Он коротко взглянул на конверт в моих руках и развернулся к собравшимся.

— Как вы уже знаете, — громко сказал барон, так и не притронувшись к бокалу, — Владимир Иванович поступает под мое непосредственное руководство. Давайте же узнаем, в какое именно подразделение. Отрывайте, выше высочество.

Я нарочито медленно вскрыл конверт, пробежался глазами по тексту и торжественно произнес:

— Третье подразделение особой службы его Императорского величества!

Зал грохнул аплодисментами, раздались выкрики с поздравлениями и пожеланиями. Мне чуть руку не оторвали, так много пришлось пожать ладоней. Я кивал, улыбался, но внутри все равно остался неприятный осадок.

Он все знали, что в вино что-то подсыпали. И жадно наблюдали за тем, как я подношу вино к губам и делаю глоток.

Только благодаря моей магии, мне удалось избежать неприятных последствий. Жестокая проверка, ничего не скажешь. Что же будет дальше?

Кровь все еще кипела во мне, и никак не получалось успокоиться.

— И вы всех так принимаете в свои ряды? Своего рода посвящение на службу? — я качнул головой на бокал.

— Пусть это останется тайной, — вернул он мои же слова. — Итак, вы готовы подписать?

— Сначала внимательно прочитаю, — я заметил, что на меня так и продолжают глазеть, как на зверя в зоопарке. — Где у вас можно это сделать в спокойной обстановке?

— Пройдемте в мой кабинет, там вам будет удобно.

Мы покинули шумный зал, где все продолжили веселье, будто ничего и не было.

— И все же, Владимир, как? — спросил барон, едва мы оказались наедине. — Это дар предвидения вам помог?

Гласс