Ветер одиночества - Роман Романович

что я подчинялся ему? Насчёт Дмитрия я не знал, а лидер… Он создавал ощущение человека более сильного, опытного, мудрого и ответственного, знающего, что и когда делать. Ещё он сильно помог каждому члену отряда, вылечив их родственников. Всё это и сотни других нюансов сформировали преданность команды.

Как бы мне так переложить его опыт на себя? Я ведь как был зелёным пацаном, так и остался. Я не знаю, что делать абсолютно в любой ситуации. Я даже не знаю, что нужно, чтобы содержать отряд. Твою же мать, как много я не знаю… Приступ паники как пришёл, так и ушёл. Оставив понимание, что мне многому предстоит учиться.

Как бы там не было, силой держать людей я не собираюсь. Достаточно вспомнить, как сам реагировал на любую попытку принуждения. Крайне плохо. С нулевым и даже отрицательным эффектом для той стороны, которая принуждала. Так что если Павел хочет свалить, скатертью дорога.

Эти мысли пронеслись, пока я слушал, как люди представляются. А дальше командир коротко рассказал, что их отряд может. Ничего секретного в этом не было.

– Так значит стихия только у тебя есть? – подвёл я итог.

– Да. Повезло получить способности, когда ещё ядра стихий выпадали.

– Значит ты из старой гвардии, первой волны.

– Ага.

– А какое звание, если не секрет?

– Иерарх.

– Неплохо. До мастера далеко?

– Как до луны. – хмыкнул он.

Я мастера получил благодаря помощи бога ветра. Как бы он меня не бесил, не собираюсь принижать его заслуги. Эта сволочь буквально меня впихнула в ситуацию, когда мне пришлось взять мастера. Убив другого мастера. Остальное было делом времени.

– Почему никто стихию не взял? Сколько у нас мастеров вообще есть? – спросил я.

– Насколько знаю, двое. Ты и Дмитрий Белый.

– Его так теперь называют? – хмыкнул я. – Куда катится мир.

– Он тебе чем-то не нравится? – поинтересовался Борис.

– Много чем, даже если не считать того, что он несколько раз пытался меня убить. И не только меня. Самое ироничное, что мы с ним в начале пути дрались плечом к плечу, но потом… А, ладно, не важно это сейчас.

На этом как-то темы для разговоров кончились. У меня. Так-то люди продолжали между собой общаться, убивая время болтовней.

К концу второго дня я рискнул выпустить Зевса на поверхность. Количество духов значительно снизилось, но всё равно, куда ни глянь, найдешь минимум парочку. В последующие часы наблюдений я заметил уровни от десятого до семидесятого. Духи просто носились по лесу, дрались между собой и в конечном итоге сваливали дальше, вслед за ночью.

На третий день плотность духов снизилась настолько, что стало трудно их найти. Уже можно было бы выйти, но я не хотел рисковать. Ситуация резко изменилась, когда вернулось солнце.

И выглядело это чудесно. Через Зевса я разглядел этот момент во всех подробностях. Сначала показался алый краешек. Он выглянул робко, осветил макушки деревьев и небосвод, а потом… Со стороны солнца пришла гигантская волна чистой энергии.

Не сразу разобрался, что это именно энергия, и что она «чистая», а не разрушительная. Лес, который выглядел после ночи мертвым, стоило пройти через него волне, ожил на глазах. Трава росла, как сумасшедшая. Деревья оживали и распускали листья. В небе появились птицы и первые звери выбрались наружу.

– Ночь закончилась, – сказал я отряду, – Кто хочет наружу, размяться и убить кого-нибудь съедобного?

Еды у нас было катастрофически мало и к этому моменту каждый испытывал сильное чувство голода. Если бы солнце не явилось, пришлось бы выбираться так и искать себе пропитание.

Я раскрыл проход на поверхность, создал ступени и первым направился наружу. О, да! Наконец-то можно потянуться, размяться и вдохнуть свежий воздух, не пропущенный через толщу земли!

– Я на разведку, – сказал Борису, когда тот выбрался, – Не разбегайтесь.

Взмыв в воздух и накинув на себя невидимость, я полетел исследовать, что происходит вокруг и где мы вообще оказались. Первое впечатление от этого мира сильно изменилось за последние три дня. Сразу к грани направляться не стал, чтобы если за мной уже следят, они не вышли на оставленный отряд. Когда добрался до прохода, то нашёл там пустующую крепость. Её частично разрушили и никто не собирался восстанавливать. Я вообще искателей там не нашёл. Призвал элементаля и направил его в проход. Прожил он две секунды. Значит, нас караулят с той стороны. Ожидаемо на самом деле.

Округа ничем интересным не выделялась. Поля, леса, немного скал вдалеке. Где-то там выжил один из минотавров. Надеюсь, он сдох ночью.

Я вернулся к своим и рассказал про увиденное.

– Золотая армия ушла? – спросил Борис первым делом.

– С этой стороны да. С той стороны моего элементаля уничтожили сразу же, стоило ему заглянуть.

– Но шанс выбраться имеется?

– Выбраться куда? – удивился я его логике, – Под купол, где вас сразу же поймают, захватят в плен или убьют?

– Ну, может к этому времени купол сняли. Надо проверить.

– Ты сейчас серьезно? – наклонил я голову, разглядывая мужика.

Павел стоял недалеко и когда я на него глянул, отвернулся. Ага, ясно-понятно. Спелились голубки.

– Да. Мы должны вернуться.

– Понятно… – протянул я, – Ну, удачи.

– Ты с нами не пойдешь?

– Нет. Зачем мне тратить время на глупости? Один бы я смог улететь и вырваться в любой момент, а если попрётесь толпой, то шансы ваши откровенно низки.

– А как же помочь своим?

– В чем? В откровенной глупости? Если ты хочешь сказать, что я недостаточно помогаю, то значит у тебя память хуже, чем у рыбки. Последние три дня вы выжили только благодаря мне.

– Я не отрицаю твоих заслуг и не обвиняю, – сдал назад Борис, – Но и ты пойми, что мы должны вернуться. Возможно прямо сейчас наши бьются и умирают.

– Или сидят у купола и грустят, что их не пускают к главному веселью. А может наоборот, радуются, что не попали под тот замес, который там точно начнётся, а может уже идёт полным ходом. В общем, Борис, я не любитель болтать ни о чем. Хотите идти – идите. Павел тебе наверняка уже нажаловался, какие условия моей помощи. Следовать за мной и подчиняться. Силой я никого не держу. Все, кто хочет пойти с вами – пожалуйста. Может я вам даже помогу.