Дожди-пистолеты. Любовь (СИ) - Орлова Ирэна

— Привет, — коротко поздоровалась Аврора, не имея никакого желания разговаривать с Лизой. Чего нельзя было сказать о Светловой.

— Ты теперь с Крайновым? — осведомилась она. — Кто бы мог подумать! Это успех, подруга, — уголки губ стали выражать не то презрение, не то раздражение с досадой. — Что сразу не с Волковым?

— Он женат, — съязвила Аврора.

— И что? — усмехнулась Лиза. — Лара и им бы поделилась. Или тебе женатики не по зубам?

— Он меня не интересует.

— Ну-ну… — алые губы дёрнулись в скептичной полуулыбке, и Светлова направилась к двери. — Счастливо оставаться, а я уезжаю, у меня с утра съёмки. Я ведь получила роль.

— Только потому, что Полины нет, — заметила Аврора ей вслед.

— Да брось, — снисходительно махнула рукой Лиза, оборачиваясь. — Актриса из неё была никакая. Одно достоинство — ноги от ушей, и умение их раздвигать перед кем нужно.

— Как ты можешь?! — возмутилась Аврора.

— Её участие в фильме проплатили. Она тебе не говорила?

— Что?.. — застыла на месте Рора.

— Что слышала. Она была содержанкой, если не сказать по-другому…

— Я тебе не верю, — мотнула головой Аврора. — Ты — завистливая стерва!

— А ты — наивная дурочка, которая дальше своего носа не видит, — усмехнувшись, заявила Лиза и скрылась за дверью.

Упершись каблуками в мраморный пол, Аврора прислонилась к покрытой кафельной плиткой стене, и холодок тут же пробежал по её обнажённой коже.

Вот же стерва! Лживая, завистливая стерва. Она не собиралась верить ни одному её слову. Всё, что наговорила Светлова — мерзкая ложь.

Аврора подошла к зеркалу, аккуратно вытерла пятно на платье мокрой салфеткой, проверила макияж и причёску, но, оказавшись в коридоре, не спешила возвращаться в зал. Она остановилась у приоткрытого окна, глядя на переливающиеся витрины Гостинки, шумную и оживлённую Садовую, по которой, обгоняя друг друга, неслись автомобили.

— Рора.

Повернувшись, она увидела перед собой Макса.

— Всё хорошо?

Аврора утвердительно кивнула и даже попробовала улыбнуться, но улыбка получилась какой-то невесёлой и слегка вымученной.

— Тебе здесь не нравится? — спросил он.

— Мне кажется, ты тоже не любишь подобные вечеринки, — сказала она, переводя разговор на Макса. Она не хотела сейчас говорить о себе и неприятном разговоре с Лизой, о котором лучше побыстрее забыть.

Максим пожал плечами:

— Если бы я их любил, то бывал бы на них чаще.

— Но все хотят тебя на них видеть. Пообщаться, завязать знакомство.

— Разве это важно, если людей при этом интересует лишь моё имя и возможность потом козырнуть знакомством с писателем? Думаешь, если бы я был одним из официантов, кто-нибудь захотел бы со мной поговорить? — Макс нахмурился, но Аврора ответила ему улыбкой.

— Боюсь, что с этим ничего не сделать. Другая сторона популярности. Но ты прекрасно умеешь создавать дистанцию между собой и людьми.

Его нахмуренный лоб разгладился, на красивое лицо легла тень улыбки:

— Не всегда. Порой дистанцию наоборот хочется сократить.

Он встал прямо перед Авророй, совсем близко, но не касаясь. Синева в его глазах сгустилась, на губах заиграла полуулыбка. Аврора не шелохнулась. Она подумала, что не сможет пошевелиться, даже если захочет.

Макс обнял её за талию и притянул к себе, поцеловал неспешно, но чувственно. Руки девушки взметнулись вверх, ладони легли на обшитые шёлком лацканы его пиджака. Прикрыв глаза, она жарко выдыхала в коротких перерывах между поцелуями, которые становились всё требовательнее. Крайнов с привычной жадностью опустил руку на её бёдра и ощутимо сжал их. Дыхание Авроры сбилось. Хотелось немедленно поехать домой и получить всё то, что обещали губы и руки Максима. Эти мысли затопили её целиком и, казалось, раскалили воздух между ними до состояния плазмы.

Когда он вдруг прервал поцелуй, отступив на шаг, Аврора разочарованно застонала, открыв глаза. Максим взглянул через её плечо на двери, ведущие в туалетные комнаты. Поманил её к себе, взял за руку и увёл в мужской туалет.

— Мы не можем здесь… — у неё вырвался истеричный смешок, когда он защёлкнул замок на входной двери.

Максим коротко улыбнулся такой её реакции, притянул Аврору к себе, его руки поползли вниз к подолу платья, затем вверх, оголяя стройные ноги. Когда платье оказалось на талии, он легко подхватил девушку, будто она ничего не весила, и усадил на мраморную столешницу между двумя раковинами, а сам оказался меж широко разведённых ног девушки.

Макс вновь завладел её губами, стянул платье с её плеч, оголяя грудь. Аврора запрокинула голову назад, чувствуя жаркие губы у себя на шее и жадные руки на груди. Пальцами он нащупал соски — решительно вздыбившиеся, будто от холода. Прикосновение к ним стало проводником горячего тока, пробежавшего сквозь тело. Рука Макса нырнула между её ног, прикоснулась к тонкому кружеву белья. Отодвинув в сторону узкую полоску, он прошёлся пальцами по влажным складочкам и глухо застонал, прикусив кожу на её шее. Аврора отозвалась томным вздохом, потеревшись о его пальцы, как-то отвлечённо подумала, что на шее останется след.

Макс оторвался от неё, расстегнул пиджак, извлёк из внутреннего кармана упаковку презерватива. Подрагивающими пальцами Аврора попыталась справиться с пуговицей на его брюках, но казалось, только мешала. Макс отвел её руки и расстегнул ширинку. Зашелестел надорванный край упаковки, Макс растянул по члену белёсое кольцо презерватива, обхватил руками бёдра Роры, приподнял и притянул к себе. Аврора обвила ногами его талию, стремясь оказаться как можно ближе к его жарко пульсирующей плоти.

Секс получился коротким, но ярким. Аврора встревожено косилась на дверь каждый раз, как кто-то дёргал ручку и даже стучался. Волны жара прокатывались по ней, вызывая напряжение каждой части тела и туго натягивая каждую мышцу, сворачивались кольцом в животе подобно пружине под давлением, которая через пару секунд распрямилась. Макс зажал ей рот ладонью, заглушая рвущийся из груди крик, чувствуя, как её мышцы начинают сжиматься вокруг его члена. Он спешными и обрывистыми движениями погнался за ней следом и, спустя несколько толчков, замер, и Аврора даже через защиту почувствовала, как сперма ударила в эластичные стенки.

— Обалдеть, — прошептала она, переводя дыхание.

— Точно, — сипло выговорил он, упираясь пылающим, взмокшим лбом в её.

Потом он поставил её на пол, Аврора шагнула в кабинку, где наскоро привела себя в порядок. Когда она вышла, Макс салфеткой стирал с тёмной ткани брюк влажный белесый след. Рора вымыла руки и, встретив в отражении зеркала его взгляд, спросила:

— Выходим?

— Да. Остальное дома.

— А будет ещё и остальное? — кокетливо приподняла бровь Аврора.

— Я с позавчера хочу снять с тебя это платье. Очень медленно и…

— Остановись, иначе мы отсюда так и не выйдем, — рассмеялась она.

Макс открыл дверь, какой-то грузный мужик, похожий на пингвина в смокинге, многозначительно хмыкнул, глядя на них, и устремился внутрь.

— Бедняга, — тихонько хихикнула Аврора. — Надеюсь, он успел.

Глава 18

Они вернулись в зал, где веселье было в самом разгаре. Шампанское лилось рекой, музыка гремела. За столиками сидели те, кто ещё не решался или уже устал танцевать. У бара толпились желающие повысить градус после лёгкого алкоголя, который подавали за ужином. Аврора и Макс тоже направились туда. Рора взяла ещё шампанского, Макс — виски. Он сделал большой глоток, и под его поднятую руку втиснулась Жанна. Обильно подведенные чёрным глаза, массивные золотые серьги, свисающие из-под поднятых наверх волос, блестящее синее платье, голые плечи — сестра Макса выглядела как всегда ярко и броско.

— Привет, братик, — проговорила она ему, практически касаясь губами щеки.

— Привет, — его хорошее настроение, как ветром сдуло. — Сколько ты уже выпила?

Ответить Жанна не успела, в кармане Макса завибрировал телефон, и, коротко извинившись, он заглянул в него.