Дура со стажем (СИ) - Скор Элен

Её бабушка была родом из далёкой России, и Паола питала некую слабость к этим, немного загадочным русским, видимо передавшееся ей по наследству.

Уже поднимаясь из-за стола, она произнесла:

— Джеронимо утром вернулся с Анакапри, рассказывал, что по городу носиться сумашедший русский, кого-то разыскивает.

При этом Паола с интересом наблюдала за реакцией на свои слова этой симпатичной рыжеволосой девушки. В её глазах притаились озорные хитринки, слово она знала много больше, чем сказала.

Сердце в груди Виктории болезненно сжалось от дурного предчувствия. Это не может быть он. Она вычеркнула Глеба Бельского из своей жизни ещё полгода назад, и за это время он ни разу не дал о себе знать.

Да и не может он знать, где она! Вика скрыла свое местонахождение даже от Панина, продолжая держать с ним связь только по электронной почте. Номер телефона знала только подруга Елена, но она кремень! К тому же всегда недолюбливала Глеба, и уж точно не могла ему ничего рассказать.

А брат, узнав причину её бегства из дома, пообещал ноги повыдёргивать, если Бельский только сунется к нему на порог!

Так что это совсем её не касается! Да и мало ли русских на острове? Виктория частенько слышала здесь русскую речь, и ни разу её сердце не замирало, она лишь с интересом разглядывала чужие лица, даже не пытаясь завести разговор. Никакой ностальгии девушка не испытывала, ей нравилось в этой стране вечного солнца. Вика даже серьёзно подумывала купить здесь себе домик у моря, средств, оставленных родителями, ей бы вполне хватило. Да и сама она заработала немало.

Поэтому она, стараясь не выдавать охватившего её волнения, безразлично пожала плечами, никак более не реагируя на слова Паолы.

Малыш, словно почувствовав её волнение, завозился в животе, пинаясь крохотной пяточкой. Виктория положила руку на живот, нежно поглаживая его успокаивающим движением. Вика до сих пор не знала, кого носила под сердцем, наотез отказавшись выяснять пол будущего ребёнка. Она узнает обо всём, когда придёт время!

Этот день ничем не отличался от множества других таких же дней, проведённых на острове. Поэтому закончив свой поздний завтрак и положив ноутбук в большую тряпичную сумку, девушка как обычно пошла на пляж.

Она любила гулять босиком по песку, по самой кромке, там, где волны с шуршанием выплёскиваются на песок, лаская босые ноги. Скоро станет совсем жарко, и ей придётся вернуться в дом, под кондиционер. Доктор настоятельно рекомендовал не перегреваться.

Перекинув сумку через плечо, Виктория сняла сандалии, и, взяв их в руку, подошла ближе к воде. Не спеша побрела в сторону дома. Подол длинного широкого платья намок, прилипая к ногам. Сегодня немного ветрено, и волны сильнее обычного били по ногам.

Вернувшись на полоску сухого песка она остановилась. Безумно захотелось обернуться, словно спину прожигал чей-то взгляд. Вика медленно обернулась, сандалии выпали из руки, в её сторону широкими размашистыми шагами двигалась до боли знакомая фигура.

Он нашёл её!

Глава 18

Он нашёл её!

Подойдя ближе, Глеб остановился, жадно ощупывая глазами её фигуру. Дойдя до выпирающего из складок платья животика, его глаза потемнели, а уголок рта дрогнул.

А он изменился! Похудел, осунулся. Под глазами залегли тёмные круги. Но в остальном остался всё тем же красавчиком, от вида которого сердце трепыхалось в груди загнанной птичкой, а вдоль позвоночника пробегала тёплая волна мурашек.

Она по прежнему любит его! Вика осознала это сразу, только увидев родное, знакомое до самой последней черточки лицо.

— Прости меня. Я все испортил, не правда ли? Скажи, как я могу загладить свою вину?

Сказал он осевшим голосом, не сводя глаз с её лица.

Он сказал «прости»? девушка замерла, не веря, что слышит это от него. Она слышала от него извинение впервые в жизни. Что-то внутри нее дрогнуло. Виктория чувствовала, что вот-вот потеряет сознание.

— Прости меня, я не могу жить без тебя. Прошу, вернись!

Он неожиданно осекся, увидев ее лицо, белое как полотно и дрожащее тело. Глеб судорожно глотнул воздух и шагнул к ней, протягивая руки.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Вика, что с тобой? Тебе плохо?

Сильные руки подхватили покачнувшееся тело, Глеб с беспокойством заглядывал в её глаза.

— Вика! Что с тобой? Не молчи! Скажи, что мне делать?

Виктория почувствовала себя безнадежно слабой, и слезы ручьем хлынули из глаз. Когда-то она мечтала услышать эти слова. Девушка уткнулась головой ему в грудь, опуская лицо так, что б он не видел её слёз.

Глеб не стал дожидаться ответа. Он заключил ее в свои объятия, нежно уткнувшись губами в ее мягкие волосы, с шумом втягия носом исходивший от них аромат.

— Я люблю тебя Вика, всегда любил, только не понимал этого! Когда ты исчезла, моя жизнь потеряла смысл. Я сделаю всё, чтоб вновь завоевать твоё доверие, только, пожалуйста, не прогоняй меня! Я потратил полгода на твои поиски, и больше никогда не оставлю тебя одну!

Его слова прозвучали искренне, и Виктория поверила. Она знала, что Глеб никогда не изменит своему слову. Она была его женой, а это очень много значило для него.

Виктория не могла сказать ни слова, зато почувствовала невыразимое облегчение. Неужели он действительно любит её? Искал её несколько месяцев? А как же тогда его бизнес? Она уже ничего не понимала, но продолжала доверчиво прижиматься к широкой груди мужчины.

Глеб подхватил её на руки.

— Скажи, куда мне идти?

Адрес сам сорвался с её губ.

— Здесь недалеко. Отпусти меня, я стала немного… тяжелее.

— Своя ноша не тянет!

На губах мужчины играла такая счастливая улыбка, словно он прижимал к себе настоящее сокровище.

Глеб не выпускал её с рук до самого дома, словно боясь, что она опять ускользнёт, исчезнет из его жизни.

Легко взбежал по ступенькам, пройдя в гостиную, бережно посадил на диван, подкладывая под спину подушку.

— Где здесь кухня?

Вскоре он принёс чашку восхитительного горячего чая и буквально силой заставил выпить.

— Тебе лучше? Может нужно позвать доктора?

Он с беспокойством посматривал на неё, и в его глазах Вика видела столько нежности. Он был таким настойчивым и целеустремленным, а Вика так изголодалась по заботе о себе, что покорно подчинялась ему.

— Всё в порядке, я просто немного переволновалась.

Она протянула ему опустевшую чашку.

— Любимая, поверь мне, я никогда больше не причиню тебе боль… Во всяком случае, намеренно.

От этого простого слова, которое он произносил так уверенно, у неё на глазах снова навернулись слёзы. Ей до сих пор не верилось, что Глеб действительно любит её, любит настолько, что бросил всё, и отправился искать на край света!

За совсем короткое время Глеб успел освоиться в её домике.

Ближе к обеду он приготовил воздушный омлет и принёс ей на подносе. Когда Виктория ела, он не спускал с нее глаз, наблюдая за тем, чтобы она ничего не оставила на тарелке.

После обеда и видимо перенесённого стресса девушку начало клонить в сон. Увидев это, Глеб снова бережно взял её на руки, и отнёс в спальню. Вика даже не протестовала, когда он скользнул к ней в постель и крепко обнял. Засыпая на широкой теплой груди, она слышала ровное биение его сердца, всё ещё до конца не веря в реальность происходящего.

Виктория проспала весь вечер, и всю ночь. Проснувшись утром, первым делом осмотрела кровать, а затем и комнату. Она была пуста, никого не было. Неужели ей всё только приснилось?

Но тут послышался скрип деревянных ступеней, дверь распахнулась, и в неё спиной вперёд вошёл Глеб. Когда он повернулся, в его руках Вика увидела поднос с завтраком.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Слёзы снова навернулись на глаза. Доктор говорил, что в ней происходят гормональные изменения, может быть, поэтому она и стала такой слезливой?

Глеб вёл себя так, как только может мечтать любая женщина, став невероятно заботливым и нежным.

Ещё немного повалявшись в кровати, девушка спустилась вниз. Сегодня она впервые за долгое время не пошла завтракать в кафе.