Один неверный шаг - Харлан Кобен

ГЛАВА ОДИННАДЦАТАЯ

Припарковавшись на парковочной площадке Семьдесят первой улицы, они пешком двинулись к «Дакоте». «Дакота» до сих пор считается одним из самых роскошных зданий Нью-Йорка, хотя больше известна из-за того, что здесь убили Джона Леннона. Свежий букет алых роз всегда лежит на том месте, где пал артист. Проходя мимо, Майрон всякий раз испытывал странное чувство, что ступает по надгробной плите. Привратник «Дакоты» видел Майрона, наверное, тысячу раз, но по какой-то непонятной причине делал вид, что не знает его, и лично звонил в апартаменты Уина.

Знакомство и представления не заняли много времени, после чего Уин провел девушку в комнату для занятий. Там она, устроившись поудобнее в кресле, вынула из сумки, раскрыла и положила перед собой учебник, не уступавший толщиной и размерами танковой бронеплите. Уин же и Майрон уединились для серьезного разговора в большой гостиной, с интерьером в стиле одного из французских Людовиков. Там стоял огромный каменный камин, декорированный бронзовым бюстом и снабженный кочергой и щипцами из кованого железа. Массивная мебель, изготовленная лет триста назад, была вычищена и отполирована и впечатления старой рухляди отнюдь не производила. На стене висел огромный портрет мужчины с воинственной и вместе с тем несколько женственной внешностью. Чтобы хоть как-то осовременить комнату, в гостиной установили огромный телевизор с плоским экраном и новейшее видеозаписывающее устройство.

Приятели плюхнулись в кресла и задрали ноги на стоявший перед ними антикварный столик.

— Ну, что ты думаешь? — осведомился Майрон.

— Слишком крупна на мой вкус, — ответил Уин. — Но ноги вроде неплохие. И… хм… оттенок у них приятный.

— Я о том, как ее защитить…

— Найдем ей надежное местечко, не сомневайся, — произнес Уин, забрасывая руки за голову. — Расскажи лучше, с чем пришел.

— Ты Артура Брэдфорда знаешь?

— Кандидата на должность губернатора?

— Да.

Уин согласно кивнул:

— Встречались несколько раз. В последний раз играл в гольф с ним и его братом в Мэрионе.

— Можешь устроить с ним встречу?

— Без проблем. В ближайшее время их семейство собирается нас посетить в надежде на значительную дотацию. — Уин скрестил вытянутые ноги. — Ну а теперь поведай, каким боком Артур Брэдфорд встраивается в схему с гонимой баскетболисткой.

Майрон сообщил приятелю во всех деталях о событиях дня, не забыв упомянуть о «хонде-аккорд», телефонных «жучках», судейской футболке с кровавым пятном, звонках Хораса Слотера в избирательный штаб Брэдфорда, неожиданном визите Эф-Джея, странной смерти Элизабет Брэдфорд и роли Аниты в обнаружении ее тела.

Уин не продемонстрировал большого энтузиазма по поводу рассказа приятеля.

— Ты что: действительно видишь некую связь между прошлым Брэдфордов и настоящим Слотеров?

— Вижу, хотя и неясно. Как бы странно это тебе ни казалось.

— В таком случае сейчас узнаем, в состоянии ли я следовать твоей логике. Подкорректируешь меня, если ошибусь. Согласен?

— Согласен.

Уин спустил ноги на пол, наклонился вперед и, подперев подбородок указательными пальцами, начал:

— Двадцать лет назад Элизабет Брэдфорд умерла, скажем так, при весьма туманных обстоятельствах. Власти квалифицировали ее смерть как несчастный случай, хотя и несколько странный. Только ты, как мне кажется, не веришь в официальное заключение, поскольку Брэдфорды богаты, влиятельны и могли при желании оказать давление на следствие…

— Дело не в том, что они богаты и влиятельны, а в том, что дама упала с собственного балкона. Уж слишком нетипичный случай… Но продолжай… Извини, что перебил…

— Что ж, замечание справедливое, можно сказать, по существу. — Уин снова свел руки на затылке. — Итак, предположим, ты прав в своих подозрениях. Будем считать, что в тот момент, когда Элизабет Брэдфорд совершила, так сказать, прыжок в вечность, на балконе действительно произошло нечто… хм… неприятное. Далее я готов предположить — но ты, по-моему, в этом даже не сомневаешься, — что служанка Анита Слотер, являвшаяся практически постоянной обитательницей этого дома и имевшая возможность появляться в самых разных его частях, случайно оказалась на месте происшествия и стала свидетельницей неких инкриминирующих обстоятельств.

Майрон кивнул.

— Продолжай.

Уин раскинул руки в стороны и взмахнул ими, словно крыльями.

— И именно здесь ты, мой друг, оказываешься в тупике. Если дражайшая миссис Слотер действительно увидела нечто такое, чего ей не следовало видеть, вся проблема должна была разрешиться мгновенно. Я знаю Брэдфордов. Это люди, которые совершенно не терпят риска, даже малейшего. Так что Аниту Слотер или убили бы на месте, или заставили бы немедленно удариться в бега. Но вместо этого — и это в твоей концепции главный прокол — она чего-то выжидает целых девять месяцев, прежде чем скрыться. На основании этого я делаю вывод, что два этих дела никоим образом не связаны.

Неожиданно в комнате послышалось покашливание. Мужчины как по команде повернули головы к входу и увидели стоявшую в дверном проеме Брэнду, смотревшую на Майрона отнюдь не веселыми глазами.

— А я думала, что вы действительно обсуждаете здесь деловые проблемы, — произнесла она.

— Обсуждаем, — быстро сказал Майрон. — То есть, я хотел сказать, собираемся обсуждать. Между прочим, я сюда для того и приехал. Чтобы обсуждать деловые проблемы. Но начали разговор с другого вопроса, а потом одно стало цепляться за другое, и мы… малость увлеклись. Но не нарочно. Так уж вышло. Правда, Уин?

Уин протянул руку и похлопал Майрона по коленке.

— Успокойся, парень, — сказал он.

Брэнда скрестила руки на груди. Ее глаза были как сверла, скажем, три шестнадцатых дюйма в диаметре, с рабочими головками по четверть дюйма.

— И давно вы здесь стоите? — осведомился Майрон.

Она указала на Уина.

— С того самого момента, как он сказал, что ноги у меня вроде неплохие и обладают приятным оттенком… А вот насчет того, что я, на его вкус, слишком крупная — то этого я не расслышала, опоздала…

Уин ухмыльнулся. Судя по всему, эта девушка не имела привычки лазить за словом в карман. Как и не отличалась примерной скромностью. Пройдя через всю гостиную, она взяла свободный стул, придвинула к столу, за которым расположились мужчины, и опустилась на сиденье. При этом она не сводила глаз с Уина.

— Запишите где-нибудь, что я, как и вы, не согласна с точкой зрения Майрона относительно Аниты Слотер, — сказала ему Брэнда. — Майрон упорно отказывается верить, что мать может бросить дочь без всякой видимой причины. В то, что это может сделать отец — он верит безоговорочно, а вот аналогичный поступок со стороны матери отвергает. Впрочем, я уже объяснила ему, что в определенном смысле он — сексист.

— Первостатейный боров, — согласился с ней Уин.

— И еще одно, — продолжила девушка. — Если вы и дальше собираетесь сидеть здесь, изображая Шерлока Холмса и доктора Ватсона, хочу внести оживление в эту вашу игру и сообщить, что из тупика, о котором вы здесь упоминали, выход все-таки существует.

Мужчины переглянулись.

— Объясните же нам, что к чему — и поскорее, — попросил Уин.

— Когда Элизабет Брэдфорд упала и разбилась насмерть, моя мать действительно могла заметить какую-то вещь, показавшуюся ей, впрочем, вполне невинной. Не знаю, что именно. Скорее всего какую-нибудь мелочь, не вызвавшую у нее поначалу никаких сильных чувств, не говоря уже о панике. Возможно, она почти забыла о ней и продолжала как ни в чем не бывало работать на Брэдфордов — драить их сковородки, мыть полы и туалеты. А потом в один прекрасный день, выдвинув какой-нибудь ящик или открыв шкаф, она неожиданно увидела другую вещь, которая, соединившись в ее сознании с предметом, увиденным в ночь смерти Элизабет Брэдфорд, заставила ее предположить, что это был вовсе не несчастный случай.

Уин посмотрел на Майрона. Майрон удивленно поднял брови.

Брэнда вздохнула.

— Пока вы будете обмениваться многозначительными взглядами из серии. «Подумать только, оказывается, у этой девицы есть мозги», — скажу еще кое-что. Я просто показала вам пример выхода из тупика, но, как уже говорила, нисколько не верю в подобное развитие событий. Поскольку эта теория многое оставляет за бортом и никак не объясняет.

— Что, к примеру? — спросил Майрон.

Брэнда повернулась к агенту.

— А то, почему моя мать сбежала из дома именно таким образом. Почему оставила жестокую записку отцу, почему забрала из дома все деньги, оставив нас без единого цента… И самое главное: почему не взяла с собой, а оставила с нелюбимым мужем маленькую дочь, которую, по ее словам, любила больше жизни.