Полицейские и воры - Дональд Уэстлейк

– Ладно. – Джо пожал плечами. – Какие проблемы?

Лифт остановился, двери бесшумно раздвинулись, и друзья вышли. Конечно, Том все подробно описал приятелю, нарисовал даже схему охраняемой территории, но Джо появился здесь впервые, поэтому быстро огляделся, чтобы совместить реальную картину действий с воображаемой.

Около стойки не было никакой суеты, в отличие от того раза, когда Том посетил этот зал: вероятно, потому, что все смотрели парад. К тому же сейчас в зале находился только один стражник. Он облокотился на стойку, поглядывая на шесть мониторов, дающих изображения различных помещений конторы. На трех или четырех экранах были видны распахнутые окна и служащие, глазеющие на улицу. Судя по выражению лица охранника, он тоже не отказался бы от такого удовольствия.

Выходит, появилось еще одно основание в пользу того, что друзья проводили операцию именно во время парада: дорога к деньгам оказалась не так многолюдна, как в обычные дни. Они не рассчитывали на это, определяя дату Великого дела, но обрадовались дополнительному преимуществу.

Охранник перевел взгляд на вошедших, и его лицо сразу расслабилось, когда он увидел полицейских. Не убирая локтя со стойки, он выпрямился и произнес:

– Я вас слушаю, офицеры. Направляясь к стойке, Джо сказал:

– Мы получили сигнал, что из окон что-то бросают. Охранник недоумевающе сморгнул:

– Простите, что вы получили?

– Жалобы, что из окон бросают разные неподобающие предметы. Из окон этого углового здания.

Тому оставалось только восхищаться бесстрастием Джо, он говорил невыразительно, как полицейский на посту. Это приходит только с практикой, как и заметил Том в лифте.

Наконец охранник понял, о чем идет речь, но все еще не мог в это поверить.

– И с нашего этажа? – спросил он.

– Вот это мы и должны выяснить, – спокойно сказал Джо. Охранник взглянул на экраны, но, конечно, ни на одном из них не увидел людей, что-либо бросающих на улицу. Несколько позже из окон станут выбрасывать бумагу, конфетти, телеграфную ленту, но это вовсе не “нежелательные” предметы – таковыми их считает только Санитарное управление. То было давно установившейся традицией служащих Уолл-стрит – устраивать целый снежный вихрь из бумаги, когда мимо проходят те, в чью честь организовано торжество. На этот раз его героями являлись четыре астронавта, побывавшие на Луне.

– Я позвоню мистеру Истпулу, – сказал охранник.

– Пожалуйста, – ответил Джо.

Телефон стоял за стойкой около стены, рядом с доской, на которой покачивались идентификационные карточки служащих. Повернувшись к ним спиной, охранник стал набирать номер, и Том с Джо воспользовались моментом, чтобы немного расслабиться, они расправили плечи, пошаркали ногами, поправили кобуру, потерли влажные от пота шеи.

Охранник говорил приглушенным голосом, но друзья все слышали. Сначала ему пришлось объясняться с секретаршей, а затем – повторить все снова человеку, которого он называл мистером Истпулом. Это имя красовалось в названии конторы, значит, он один из боссов, что дополнительно подтверждалось уважительным и даже подобострастным тоном охранника, которым тот описывал ситуацию.

Наконец секьюрити положил трубку и, повернувшись к копам, сказал:

– Сейчас он придет.

– Мы пойдем ему навстречу, – объявил Джо. Охранник покачал головой.

– Сожалею, – извиняющимся голосом, но твердо сказал он. – Я не могу позволить вам войти внутрь служебного помещения без сопровождения.

Такого ответа они ожидали, и Том нарочито повысил голос:

– Это вы нам не можете позволить пройти?

Охранник заметно смутился, но не утратил чувства долга:

– Извините, офицеры, но таковы данные мне инструкции. Движение на одном из экранов в конце стойки привлекло внимание приятелей, и, повернув головы, они увидели человека, пересекавшего какой-то кабинет; лет около пятидесяти, плотного сложения, на красноватом лице густые седые брови, очень дорогой костюм отличного покроя, узкий темный галстук, белоснежная рубашка. Он шел стремительно, как человек, привыкший к подчинению и чем-то раздосадованный. Из тех типов, что наводят страх на официантов в ресторане.

– Вот он идет, – сказал охранник. Он явно чувствовал себя не в своей тарелке, когда перед ним застыли два копа, а сзади приближался босс. – Это мистер Истпул, один из партнеров конторы. Он вами займется.

Том всегда легко улавливал состояние служебной неловкости в людях. Желая помочь охраннику немного расслабиться, он завязал разговор:

– Кажется, сегодня у вас не очень много работы.

– Да, народу мало из-за парада. – Он усмехнулся и пожал плечами:

– Могли бы и закрываться в такие дни. Вдруг Джо сострил:

– Подходящий момент для ограбления. Том метнул на него свирепый взгляд, но дело уже было сделано. Ни охранник, ни Джо не заметили взгляда Тома. Охранник покачал головой:

– Жуликам нипочем не смыться, когда вокруг столько народа.

Джо кивнул, как будто уже думал об этом:

– Тоже правда.

Охранник задрал голову к мониторам. Теперь Истпул маячил на другом экране. Очевидно, поняв, что пока можно не волноваться, охранник снова привалился к стойке и сказал:

– Но вообще самое крупное ограбление в мире было совершено именно здесь, в финансовом районе Уолл-стрит.

– В самом деле? – с неподдельным интересом спросил Том. Для пущей выразительности несколько раз кивнув, охранник сказал:

– Точно. Оно вошло в серию мировых ограблений. Помните тот год, когда выиграли “Метсы”?

– Разве это забудешь? – засмеялся Джо.

– Вот именно, – сказал охранник. – Это было во время последней игры, когда шла девятая подача, и, конечно, весь Нью-Йорк приклеился к радио. В это время кто-то проник в хранилище одной из здешних фирм и смылся с тринадцатью миллионами в бумагах на предъявителя.

Друзья переглянулись, затем Джо снова посмотрел на охранника:

– Почему “кто-то”? Разве вора не поймали?

– Не-а.

В эту минуту из дверей справа в зал ворвался Истпул. Он шел стремительно, нетерпеливо и выглядел враждебно настроенным. Возможно, ему не нравилось, что служащие пялятся в окна вместо того, чтобы работать, к тому же босса, вероятно, бесила эта парочка копов, которые болтаются здесь и заявляют, что в его заведении что-то не в порядке. Он деловито приблизился к ним, явно стремясь поскорее отделаться от неприятного визита, и нетерпеливо спросил:

– Ну, в чем дело, офицеры?

Истпул непроизвольно дергал рукой, как бы отталкивая раздражение.

Джо обладал подлинным талантом обращения с людьми такого рода. Он принимал крайне официальный и непроницаемый вид, в результате собеседник словно натыкался на каменную стену. Джо окинул финансиста внимательным, пристальным взглядом и спросил:

– Вы будете мистер Истпул?

– Да, меня зовут Истпул. Рэймонд Истпул. Чем могу быть полезен?

– Мы получили заявление, – невозмутимо сказал Джо, вовсе не проявляя суетливости, – что из окон на улицу бросали различные предметы.

Истпул не счел нужным скрывать недоверие сказанному.

– Из этих кабинетов? – нахмурившись, спросил он. Джо кивнул.

– Так сказано в заявлении, которое мы получили, – объяснил он. Всем своим видом Джо демонстрировал, что ничто не сможет заставить его смутиться или действовать быстрее, чем он считает необходимым. – Мы должны осмотреть северо-восточный угол здания, все окна на этой стороне.

Истпул предпочел бы не иметь ничего общего ни с копами, ни с их претензией, ни с чем-либо еще, касающимся сегодняшнего дня. Он взглянул на охранника за стойкой, но, видно, это ему ничем не помогло, и, сердито дернув плечом, босс сказал:

– Очень хорошо. Я буду лично вас сопровождать. Пойдемте. Джо неторопливо кивнул.

– Спасибо, – произнес он, но без излишней почтительности. Он вел себя как равный со всеми присутствующими. Это была манера, которая могла подтолкнуть человека вроде Рэймонда Истпула сделать неверный шаг.

Что и было достигнуто. Истпул повернулся, собираясь покинуть зал, затем остановился, нахмурился и спросил у охранника:

– Где ваш напарник?

Секьюрити замялся, явно растерявшись. И когда он солгал, это получилось у него крайне неловко.

– Он.., гм, сэр.., гм.., он в туалете, Не имея возможности вылить свое раздражение на копов, Истпул отыгрался на охраннике. Зазвеневшим от сдерживаемой ярости голосом он сказал:

– Вы имеете в виду, что он торчит где-то у окна, глазея на парад?!

Испуганный охранник виновато заморгал.

– Он сейчас вернется, мистер Истпул, – заикаясь, пробормотал секьюрити.

Истпул в ярости треснул кулаком по стойке:

– Мы платим за то, чтобы за стойкой двадцать четыре часа в сутки стояли два охранника!

– Он вышел всего минуту назад, – пролепетал взмокший от страха парень.

В этот момент, частично спасая охранника, частично свой собственный план действий, вмешался Джо: