Сделай шаг (СИ) - Берг Ольга

Он.

Ухмыляется.

Он.

Самой прекрасной ухмылкой.

Он.

Она.

Дэвис не дышал.

Она.

На него смотрели глаза цвета горького шоколада.

Она.

Макс стоял на последней ступеньке лестницы, прислонившись плечом к стене. Он был в джинсах, сидящих низко на бедрах и… Без рубашки.

– О господи! – девушка судорожно сглотнула. Если у неё и были слова, они застряли в горле. Она опустила взгляд от лица вниз. Не надо было.

Грудь Джека – единственная голая грудь парня, которую она видела в жизни. Грудь долговязого, пьющего Джека она не могла сравнить с широкой грудной клеткой мужчины, застывшего в конце лестницы. И у Дэвиса был реальный пресс. С кубиками.

Пальцы закололо, подушечки пылали. Глаза поднимались к лицу и снова возвращались к груди. К низу живота… Нет он не должен вызывать у меня эти чертовы чувства… не должен.

Макс шевельнулся.

Лили заморгала, как дурочка, вернула взгляд на лицо, а там застывшая кривая усмешка.

Лучше и быть не может! Он поймал меня на том, что я смотрю на него с вожделением. Лили почувствовала, как вспыхнули щеки, они стали трех оттенков красного. Она отвернулась и уставилась себе под ноги.

Попала, так попала. А ведь хотела, всего-то на всего, помочь больной подруге. Пускать слюни не лучшее, что можно сделать для достижения этой цели.

Почему он молчит. Скажи же что-нибудь. Давай. Издевайся. Посмейся. Да что угодно только не молчи! Чертов нахал! Придурок!

У Макса исчезли все мысли из головы и слова из лексикона. Он был словно новорожденный младенец, увидевший впервые этот прекрасный мир.

Он готов был смотреть на неё бесконечно долгое время. Она так смешно волновалась. Почему?

Сжимала и разжимала маленькие пальчики. Щеки пылали. Глаза горели. А если её поцеловать? Щеки запылают ещё больше, а глаза… шоколад расплавится… Черт! Её грудь вздымается от тяжелого дыхания. Почему она так дышит? Она боится? Ну, конечно же, он стоит как осел и таращится на девушку, которой минуту назад угрожал полицией, а теперь не может вымолвить ни слова. Что она подумает о нем? Он больной. И будет права.

У него сорвало крышу, когда он увидел её. Скажи же что-нибудь. Глупец! Придурок! Болван!

– А, вот ты где. Проснулась и не нашла тебя в постели, – проворковал женский голос.

Блять. Забыл о девице из бара в моей постели. Какого хрена выперлась сюда? Лежала бы на смятых простынях. А чуть позже нашел бы способ от тебя избавиться. Закрыл бы сладкую шоколадку в кладовке, а тебя, чертова дура, вытолкал бы в три шеи.

Макс не сводил глаз с Лили, изучающей рисунок на полу.

Босые ноги шлепали по ступенькам лестницы.

Не смотри. Не смотри девочка. Отвернись. Все что угодно, только не смотри. Но девчонка подняла глаза.

Твою мать!

Лили не хотела смотреть. Ей нет никакого дела. Нет дела. Она изо всех сил старалась не поднимать глаз. Да черт с этой девицей. Ей не интересно с кем нахал проводит ночь.

Не смотреть. Не интересно. Нет. Нет.

Интересно.

Черные ресницы взлетели вверх.

Блять. Пиздец. Какого хрена не разглядываешь мой пол! Я выложил за него хренову кучу баксов. Хозяин дома прикрыл глаза.

Оказавшись внизу лестницы, девушка, на которой из одежды были только трусики и бюстгальтер, прижалась к Максу и провела пальчиком с розовым ногтем по крепкой груди.

Ох!

Лили не винила ее за то, что ей хотелось потрогать грудь Дэвиса, Она сама мечтала о прикосновениях несколько секунд назад. Пальчики вновь закололо.

– Тебе пора, – рыкнул Макс, сквозь сжатые зубы и отвел девичью руку от своей груди.

Он отступил от гостьи на шаг и кивнул головой в сторону парадной двери.

– Что? – нотки возмущения слышались в голосе ночной подружки. Она такого не ожидала.

Хозяин дома не отрывал взгляда от шоколадных глаз.

– Крошка, ты получила то, зачем сюда пришла. Ты хотела, чтобы я тебя трахнул. Я тебя трахнул. На этом все.

Лили поразило злобное равнодушие в голосе нахала. Неужели он говорит серьезно.

– Ты что, издеваешься?! – взвизгнула девушка и досадливо топнула ножкой.

Мужчина, не разрывая зрительного контакта с карими глазами, отрицательно покачал головой и отпил воды из бутылки, которую держал в руке. – Ты не можешь так поступить со мной. Ночь была великолепной, сам знаешь, – гостья потянулась к Максу, но он оттолкнул её руку.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Не смей прикасаться.

– Вчера, я предупредил, что это будет секс на одну ночь, и ничего больше, тем более у тебя скоро свадьба.

Лили таращила глаза на девушку. Свадьба?

Лицо незнакомки скривилось от злости. Её рот беззвучно открывался, как у рыбы, выброшенной на берег. Задыхалась. Ни одного слова не вырвалось из неё. Она снова топнула ножкой и убежала на второй этаж.

Макс и Лили молчали. Сверлили друг друга взглядами. Она удивленным и наивным, а он... А он никаким. Просто смотрел.

Через минуту гостья, одетая в платье и бубня себе под нос проклятия в адрес хозяина дома, спускалась по лестнице, в руках она держала туфли на высоченных каблуках, под мышкой маленькую сумочку, в другой руке телефон.

– Вызови мне такси? – злобно бросила девушка, натягивая туфли на ноги.

– Ты в состоянии сделать это сама, – хозяин дома скрестил руки на груди, словно защищаясь от нападок гостьи. Та покопалась в телефоне и когда ей ответили, метнула злобный взгляд на Макса. Он назвал ей адрес. – Подождать так...

– Нет, – зарычал Дэвис. – Сделаешь это на улице, там отличная погода.

Убирайся из моего дома немедленно. Проваливай, наконец-то.

Девушка фыркнула и направилась к двери. По дороге она остановилась около Лили. Видимо она только сейчас её заметила.

– Козел, – сквозь прищуренные глаза она посмотрела на Лили и вздернув длинный нос поцокала каблучками к выходу.

Входная дверь громко хлопнула. Лили вздрогнула. Макс не шелохнулся.

Лили не могла поверить, что все это было на самом деле. Неужели он может так себя вести? Опыт отношений у неё было только с Джеком, и пусть он знал что подружка не испытывает к нему ответных чувств, приятель не позволял себе так обходиться с ней, был все равно нежным и заботливым, и даже уходя пожелал ей счастья.

Лили оглянулась на захлопнувшуюся входную дверь. А какие причины заставили девушку переспать с парнем, который предупредил ее, что это будет только секс, и ничего больше? Конечно, у него было тело, которому позавидовали бы модели, рекламирующие мужское нижнее белье. И все-таки. Дэвис повел себя с ночной гостьей грубо и жестоко.

Лили вернула взгляд на молодого мужчину. Он такой со всеми? Карие глаза наполнило беспокойство. Как отреагирует хозяин дома, когда узнает что она не Мари.

Он узнает. Она была в этом уверена. Этот монстр съест её с потрохами.

Холодная капелька пота скатилась по шее вниз и дальше по позвоночнику. Бежать. Недоглядываясь. К черту помощь подруге. Мари простит её.

Лили отвела взгляд от неоновых глаз, безотрывно взирающих на неё, развернулась и сделала шаг в направлении холла.

Дэвис заметил, как в горьком шоколаде появились оттенки страха, как дернулись хрупкие плечи. Девочка моя, не бойся. Пожалуйста.

Она повернулась к нему спиной.

О нет. Дэвис сжал бутылку, тонкая пластмасса с треском деформировалась в его руке. Она сейчас уйдет. Задержи её. Не стой истуканом.

Ничего лучше не придумал.

– Стоять, – Макс как мог, старался смягчить тембр голоса. Ну же говори, что угодно, останови её. Ещё минута и ты потеряешь ту, что поселилась под твоими веками, в твоей голове. Давай, идиот, включи мозги. Не смей её пугать. Она и так уже вся дрожит. Протянуть бы руку, заключить в свои объятия, спрятать от самого себя. Хозяин дома чувствовал, как шестеренки со скрипом крутятся в его голове, отыскивая правильные слова.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Что ты искала под моим диваном? – о, ну, конечно, самый правильный вопрос, усмехался про себя Дэвис, но хотя бы в голосе не слышно угрозы, а сплошное равнодушие. Это кто тебе сказал? Сам решил? Придурок. Улыбнись. Осел.