Дело белокурой удачи - Эрл Гарднер

– В таком случае потребуются показания вашего мужа, сына и ваши собственные, а вам также может быть вынесен обвинительный приговор, потому что вы не вызвали помощь к раненому, – заметил Мейсон.

– Дачу показаний можно устроить. Скажите мне только, каков в самом худшем случае будет приговор?

– Если ваш сын думал, что Боринг пьян и у него имелись на это основания, то в данном случае никакого нарушения закона нет. Если вы знали, что совершено преступление, и не сообщили об этом, ситуация значительно осложняется.

– Предположим, я тоже думала, что он пьян?

– В таком случае пострадает правдоподобность представляемой вами версии. Два подобных совпадения – это уже чересчур.

– Предположим, мой муж признается, что понял, что Боринг ранен, и решил, что его ударила я. Он подумал, что я не в состоянии нанести сильный удар и Боринг скоро должен прийти в себя. Это очень серьезно? Мой муж может получить условный приговор, или предостережение суда, или что-то в этом роде?

– Не забывайте, что человек умер, – сказал Мейсон. – Все зависит от характера ранений, от того, могла ли немедленная врачебная помощь спасти ему жизнь. Вы также не должны забывать, что я представляю Дайан и не имею права давать советы ни вам, ни вашему мужу.

– В таком случае я временно отменяю свое предложение, – заявила миссис Винлок. – Я также хочу обратить ваше внимание еще на один факт, мистер Мейсон, факт, который вы, как мне кажется, даже не осознаете: комната, в которой нашли мистера Боринга, вся пропахла виски.

Мейсон в удивлении приподнял брови.

– Насколько я понимаю, вы этого не знали?

– Всегда опасно приходить к преждевременным выводам, – сказал адвокат. – Однако мне интересно, что вы обратили на это внимание, миссис Винлок.

– Как я заметила, мистер Мейсон, вы только получаете информацию. Из вас никаких сведений не вытянешь, не так ли?

– Я считаю подобный подход более предпочтительным, – ответил адвокат.

Женщина внезапно поднялась со стула.

– Я объяснила вам ситуацию в общем и целом, – сказала она. – Обдумайте мое предложение. Как я предполагаю, Дайан не будет в ближайшее время выступать ни с какими заявлениями, о которых может пожалеть в дальнейшем, потому что они осложнят урегулирование ряда вопросов?

– Вы предлагаете мне заняться подстрекательством к лжесвидетельству?

– Конечно, нет, мистер Мейсон, – улыбнулась миссис Винлок. – И сама я тоже не намерена совершать лжесвидетельство. Я просто рассуждаю вместе с вами о том, что произошло бы при определенных обстоятельствах, и нет ли возможности создать ситуацию, которая докажет существование этих обстоятельств.

– Очень интересные предположения, – заметил Мейсон. – А не могли бы вы теперь рассказать мне, что произошло на самом деле, когда вы вошли в домик, занимаемый Харрисоном Т. Борингом?

– Я никогда не говорила, что была там.

– Я знаю, что были, – возразил Мейсон.

Она игриво улыбнулась и ответила:

– В таком случае вы не знаете, что я там обнаружила, когда вошла.

– Вы абсолютно правы.

– При обычных обстоятельствах, когда вы должны получить ответ на этот вопрос, мистер Мейсон?

– Когда вы окажетесь в месте дачи свидетельских показаний в суде, вас допросит представитель окружной прокуратуры, а мне предоставится возможность провести перекрестный допрос.

– И вы считаете, что вам удастся докопаться до истинных фактов через перекрестный допрос?

– Я попытаюсь.

– Интересная мысль, – заметила миссис Винлок. – А теперь, мистер Мейсон, вкратце объяснив вам цель своего визита, я не позволю вам поймать меня в капкан, продолжая беседу. – Она подошла к Мейсону с видом грациозной королевы, оказывающей милость подданному, протянула руку и улыбнулась: – Приятно было познакомиться, мистер Мейсон.

– Думаю, что нам придется встретиться вновь, – заметил адвокат.

– Не сомневаюсь. Мой телефон значится в телефонном справочнике. Вы можете звонить в любое время. Для вас я всегда дома.

Мейсон смотрел ей вслед, пока она шла по коридору, а потом медленно закрыл дверь с задумчивым видом.

Глава 14

В три часа ночи Мейсона разбудил телефонный звонок.

Еще полностью не проснувшись, адвокат протянул руку к аппарату и услышал голос Сида Ная:

– Отоприте дверь. Я иду к вам и не хочу, чтобы меня кто-нибудь видел.

На другом конце повесили трубку, пока Мейсон не успел произнести ни слова.

Адвокат встал и щелкнул замком.

Через несколько минут Сид Най проскользнул в комнату.

– Вам не понравятся мои новости, – предупредил он.

– Выкладывай!

– Они поймали Муза Дилларда, видимо, уже несколько часов назад.

– Что ты имеешь в виду под словом «поймали»?

– Он пытался скрыться.

– Как им это удалось?

– Полиция решила проверить постояльцев из соседних домиков и выяснить, не слышали ли они или не видели чего-нибудь странного. Все было в порядке, пока они не добрались до пятого номера. Внутри никого не оказалось, дверь они нашли незапертой, ключ лежал на столике, кровать была не смята, занавески слегка раздвинуты, перед окном стоял стул, на котором сидел Диллард, пепельница, полная окурков, осталась на полу рядом.

– Продолжай, – попросил Мейсон, когда Най остановился.

– Получилось, что Диллард оставил чуть ли не письменное заявление о том, чем он занимался. Количество окурков в пепельнице вообще показывает, как долго он оставался на задании.

Мейсон кивнул.

– Полиция проверила номер автомашины, на которой приехал Диллард, зарегистрированной на Пола Дрейка. Они связались с дорожным патрулем, сообщили номер машины и дали описание Дилларда. Они разослали сообщения всем постам. Полиция остановила Дилларда на автозаправочной станции на выезде из города.

– Что произошло потом?

– Они проверили водительское удостоверение, выяснили, что он работает частным детективом, поинтересовались, почему он пытается уехать из города, а потом намекнули, что его ждут большие неприятности, если он откажется сотрудничать с полицией. Большего и не требовалось. Дилларда уже один раз пропустили через мясорубку. Ему этого хватило.

– И он все выложил? – уточнил Мейсон.

– Да, – кивнул Сид Най. – Даже отвез их на то место, где мы «потеряли» блокнот. Он все еще валялся там у обочины. Таким образом, Дайан оказывается последней, кто видел Боринга живым, или предположительно живым, и она выбежала из домика в возбужденном состоянии. Самое плохое то, что Диллард настаивает, что она находилась там почти пятнадцать минут. Полиции это совсем не понравилось.

– И мне тоже, – сказал Мейсон. – Она клянется, что меньше.

– Если она что-то искала, время для нее прошло незаметно, – заметил Най.

– Но не настолько же, – нахмурился Мейсон. – А Муз Диллард случайно не мог ошибиться?

– Черт побери, нет. Не в таком деле. Иногда Муз туго соображает. Иногда он выходит из себя и допускает ошибки, но как оперативник он – высший класс. Он прекрасно знает, что делает, ведет записи и очень внимателен. На раздобытые им сведения можно спокойно положиться.

Мейсон глубоко задумался.

– Ну и история, – вздохнул Сид Най.

– Да, ситуация непонятная, – согласился Мейсон, – однако мы должны смотреть фактам в лицо, даже если они нам совсем не по душе. С фактами не спорят. Почему они еще не арестовали Дайан, Сид?

– Понятия не имею. Не исключено, что они ждут…

Зазвонил телефон.

Мейсон поднял трубку.

– У нас в комнате находится женщина-полицейский, – сообщила Делла Стрит. – У нее есть ордер на арест Дайан.

– Пусть Дайан уходит с ней, – велел Мейсон. – И предупреди ее, чтобы не делала никаких заявлений, кроме как в моем присутствии. Повтори ей несколько раз: никаких.

– Не беспокойся.

– Протяни время, Делла. Я буду у вас, как только что-нибудь на себя надену.

– Постараюсь, – пообещала секретарша.

Одеваясь, Мейсон продолжал разговаривать с Сидом Наем:

– Сид, мне требуется, чтобы ты уехал из города, пока это еще возможно. Ты не являешься свидетелем, поэтому твое исчезновение не будет сокрытием улик. Однако в настоящий момент мне совсем не нужно, чтобы полиция интересовалась моими делами после моего появления в Риверсайде.

– Вы не хотите, чтобы кто-либо пронюхал о вашей встрече с Винлоком?

Мейсон застегнул рубашку.

– Совершенно верно. К тому же я предпочел бы, чтобы полиция также не узнала о том, что Винлок заезжал к Борингу… Как ты считаешь, Сид, Диллард догадывается, что это были сам Винлок, его жена и сын жены?

– Нет. У него не записано их номеров машин. Фамилий он не знает. Он в состоянии предоставить описание двух машин из трех и самих посетителей. Он видел только один номер – автомобиля Дайан. Он, естественно, идентифицирует семью Винлока, если их ему покажут, однако в этом городе Винлоки – последние, на кого падет подозрение.