Жестокий маскарад - Марджери Хилтон

Вирджиния промолчала. Ланс пристально поглядел на нее и положил ей руку на плечо:

— Что случилось, детка?

— Ничего. Сейчас приготовлю чай.

— Подождите. Неужели вас расстроили мои насмешки над домом для духа? Простите… Я знаю, местные жители придают своим обычаям огромное значение, но я и подумать не мог, что вы… — Он оборвал себя на полуслове, не отрывая от нее глаз. — Или дело в другом? Должно быть, вам скучно и одиноко? Что ж, это можно легко поправить. — Он взглянул на часы. — Чай отменяется. Даю вам пять минут, чтобы переодеться. Мы идем смотреть сиамский фильм — нет лучшего средства, чтобы развеселиться.

Фильм действительно развлек Вирджинию, на время забывшую обо всех своих мрачных мыслях. Когда она входила под руку с Лансом в бар отеля «Ориенталь», то была почти весела.

— После ужина мы потанцуем. Боже мой, Вирджиния, прошла целая вечность с тех пор, как я последний раз танцевал!

— Мисс Далмонт!

Вирджиния обернулась и увидела, что к ним торопливо приближается ее знакомый из аэропорта, дядюшка Чарли. Он широко улыбался, не обращая внимания на раздраженное лицо Ланса.

— Как дела, мисс Далмонт? Простите, теперь уже миссис, не правда ли? Да, я слышал, что вы вышли замуж за того врача из клиники, который пострадал при аварии.

— Вы знакомы с Брентом? — на мгновение Вирджиния забыла о Лансе.

— Немного. Он произвел на меня хорошее впечатление. — Дядюшка Чарли помолчал и тревожно спросил: — Как он себя чувствует?

— Он… его ожоги зажили, но он… — Вирджиния смутилась, не зная, должна ли говорить правду.

— Знаю, — толстяк слегка коснулся ее плеча и сочувственно произнес: — Не волнуйтесь, детка, в наши дни врачи могут совершать чудеса. Не хотите ли выпить?

— К сожалению, у нас нет времени, — холодно вмешался Ланс, — Я пригласил миссис Хартлин поужинать.

— Что ж, не буду вас задерживать, — добродушно отозвался толстяк, а Вирджиния почувствовала неловкость: он был так вежлив, так трогательно сочувствовал ей, что отказ Ланса мог показаться оскорблением. — Совсем забыл! — заторопился толстяк, заметив ее смущение. — Мне пора ехать. Передайте доктору мои наилучшие пожелания. До свидания!

— Вы действительно хотите танцевать? — спросил Ланс, когда дядюшка Чарли ушел. — Черт бы побрал этого толстяка! Из-за него вам опять стало грустно. Пожалуй, лучше всего вернуться домой.

Всю дорогу Вирджиния молчала. Встреча с толстяком вызвала у нее множество таких мыслей, которыми она не могла бы поделиться даже с Лансом. Вдруг она вспомнила, что, уезжая с Лансом из дому, не оставила записки. Теперь уже довольно поздно, Брент, должно быть, уже дома, сидит один и ждет ее, тревожится…

— Ланс, я хотела спросить… — она помедлила. — Что такое «меа луанг» и «меа ной»?

— Кто это научил вас тайским словам? «Меа луанг» означает «жена». А «меа ной»… От кого вы услышали это?

— От Тьят.

— «Меа ной» местные жители называют незаконную жену, любовницу. Но какого черта Тьят говорила с вами об этом?

Вирджиния промолчала. Подойдя к бунгало, они увидели свет и услышали голоса.

— Ну наконец-то ваша пропавшая жена вернулась, Брент, — рассмеялся доктор Лауэн, когда Вирджиния вошла в зал.

Брент полулежал на диване со стаканом в руке. Рядом сидела Ширани.

— Где ты была, Вирджиния? — небрежно поинтересовался он. — Ланс с тобой?

— К сожалению, мы задержались… — торопливо начала оправдываться она.

— Ничего страшного, дорогая, — приветливо улыбнулась Лаура. — Только вот нам пришлось вламываться в дом без приглашения.

Вирджиния с тревогой заметила в Бренте странную перемену. Ширани загадочно улыбнулась и холодно осведомилась:

— Должно быть, вы хорошо провели время, миссис Хартлин? Вам не было скучно?

— Я решил сводить Вирджинию на сиамский фильм, — спокойно ответил Ланс. — Теперь на очереди тайская борьба — довольно впечатляющее зрелище…

На следующее утро Вирджиния поинтересовалась:

— Ты ничего не рассказал мне о ребенке, которого осматривал вчера.

— А, это! — Брент как будто очнулся от размышлений. — С ребенком все в порядке, только под гипсом воспалилась кожа. Странно, что Ширани сама этого не заметила. Но ты тоже не рассказала мне, как провела вчерашний день. Что это за дом для духа, о котором говорила Лаура?

— Этот дом сделала Тьят. Ты не против, если он останется здесь? — Вирджиния смущенно посмотрела на Брента, вспомнив о том, как он относится к местным суевериям.

— Конечно, нет, если это развлекает тебя.

— Вчера ты выглядел недовольным. Это из-за того, что я надолго уехала из дома?

— Послушай, Вирджиния, неужели ты считаешь меня способным запретить тебе встречаться с Лансом? — небрежно произнес Брент, закуривая и выпуская струйку дыма.

— Я не это имела в виду… — изумленно прошептала она.

— Тогда к чему вообще этот разговор? Неужели я произвожу впечатление ревнивого мужа?

— Нет, — торопливо ответила Вирджиния, уже сожалея о своем внезапном порыве. — Но все же мне лучше было бы вчера поехать с тобой.

— Сомневаюсь, что тебе понравился бы обычный выездной осмотр, — сухо заметил Брент. — Особенно моя жалкая роль в нем — слушать, как другие врачи расспрашивают пациентов.

— Но тогда зачем тебе продолжать жить возле клиники, где все напоминает о прошлом? Не лучше ли уехать и забыть обо всем, пока…

— Ланс сказал мне то же самое, — медленно проговорил Брент.

— Он прав, — Вирджиния взяла его за руку. — Давай уедем куда-нибудь, пока не пройдет этот месяц до повторного осмотра — туда, где ты сможешь забыть…

— Я нигде не смогу забыть о том, что я слепой.

— Я не об этом! Мне больно видеть, как ты страдаешь, когда твои коллеги обсуждают медицинские проблемы, смеются и спорят. Я же вижу, как тебе хочется поменяться местами с кем-нибудь из них! Если бы ты только…

— Не надо, Вирджиния, — он резко отодвинулся от нее. — Не говори так. Я уверен, что еще смогу работать. Тебе придется терпеть меня таким, какой я есть, и не пытаться заставить принять неверное решение. Понимаешь?

Она вздохнула и молча села в кресло, глядя на его четкий профиль на фоне стены. Он повернулся и произнес фразу, которая заставила ее похолодеть:

— Вряд ли ты когда-нибудь поймешь меня, Вирджиния.

Глава 11

Наступал сезон дождей, и потянулась длинная череда серых пасмурных дней с редкими проблесками солнца. Брент с утра уезжал в клинику, где теперь читал курс лекций для молодых врачей.

— Должно быть, нелегко ждать, — сочувственно говорила Лаура, — пока окулист не вынесет окончательный приговор.