Финальная программа - Майкл Муркок

Джерри смотрел на нее влюбленными глазами. Девушка же повернула голову к мисс Бруннер, которая заметила его внимание к Дженни и подняла брови. Голова Дженни разом развернулась, она взглянула на Джерри, почти застав его врасплох, и подарила ему развеселый кивок. Джерри подавил в себе стон. Это было уже чересчур. Джерри не мог похвастаться тем, что ему часто приходилось встречать подобных девушек. Лучше бы ему не приходить сюда.

Голос комментатора несколько искажался усилителем:

— А теперь, леди и джентльмены, главная схватка вечера. На специально подготовленный ринг выйдут шесть наших самых ярких звезд, и они сойдутся в матче за абсолютное первенство. Чтобы добавить схватке волнений и дополнительного напряжения, мы, как вы можете видеть, наполняем ринг толстым слоем побелки.

Доставив на ринг специальный поддон, занявший все внутреннее пространство площадки, помощники накачивали в него толстый слой побелки.

— Лишь одна из этих лучших может стать победительницей в этом матче, леди и джентльмены. Кто станет первой среди шести лучших? Разрешите зачитать имена, — диктор развернул перед микрофоном шуршащий лист бумаги.

— Док Горилла!

Возгласы поддержки.

— Лолита дель Старр!

Крики, исполненные энтузиазма.

— Тони Валентайн!

Шум усилился…

— Чита Гербер!

… еще возрос…

— Дробильная Машина в маске!

… и еще.

— Элла Спид!

…и еще чуть-чуть.

Раздались и возгласы, и крики «Фу!», слившиеся в единый неистовый рев.

Услышав странный визжащий звук над собой, Джерри взглянул вверх. На одном из тросов, идущих от потолка к рингу, было укреплено сиденье от горнолыжного подъемника, которое по мере движения вниз набирало скорость. В нем сидела женщина мощной комплекции, лет около тридцати, одетая в бикини из леопардовых шкур, открывавшее прелестные ноги. Когда сиденье достигло ринга, она легко спрыгнула с него, подняв фонтан побелки, удержала равновесие в скользкой массе и, улыбнувшись, помахала рукой публике. Сиденье вернулось, и Джерри увидел далеко вверху, у самой крыши, галерею, где на стул взбиралась небольшая фигура. Со свистом рассекая воздух, сиденье понеслось к рингу, неся крупного человека в маске, одетого в длинный черный камзол и ботинки с загнутыми носами. Оказавшись на ринге, он тоже спрыгнул со стула и коротко махнул зрителям, прежде чем пройти под канатами. Спустился и следующий участник соревнований — хрупкая девушка с длинными белыми волосами и в белом комбинезоне. Джерри с интересом представил, как она будет выковыривать побелку из волос, когда по ним пройдется ботинок. Пока она сдувала поцелуи в публику, старшая вдруг подскочила к ней и одним ударом бросила ее плашмя в побелку. Толпа застонала и засвистела. Рефери — тот, что на полу, — что-то прокричал, старшая грубо помогла молодой подняться. Огромный мужчина с черной бородой и волосатой грудью — очевидно, Док Горилла — оказался следующим прибывшим. Затем появилась высокая, стройная женщина с хорошо развитой мускулатурой. У нее было приятное, несколько тяжеловатое лицо, черные волосы спускались почти до талии. Последним появился широкоплечий, узкобедрый подросток с очень короткой стрижкой белых волос, в белых шортах и ботинках. Он улыбнулся публике.

Верхний судья был поднят на свое место над рингом. Четверо других рефери заняли места за пределами ринга, по одному с каждой стороны.

Матч начался.

Он не вызвал у Джерри возбуждения; но он с некоторым удовольствием наблюдал за покрытой побелкой мешаниной внизу, за доведенной до экстаза толпой. Когда Дженни ухватилась за его руку, он почувствовал удовольствие, пока не увидел, что мисс Бруннер схватила вторую ее руку.

Руку юной блондинки в белом комбинезоне выкручивала ее старшая противница. Наверно, это Лолита дель Старр или Чита Гербер, решил Джерри. Док Горилла, волосатый с покрытой побелкой бородой, выглядевший, как Нептун, схватился с другой девушкой, Эллой Спид, и красавчиком Тони Валентайном. Где-то за пределами видимости, в самом низу под ними, находился Дробильная Машина в маске, не производивший, правда, впечатления большой дробильной работы.

Хотя он и не мог вызвать в себе тот же энтузиазм, что охватил остальную публику, Джерри уселся поудобнее и расслабился. Очень скоро все борцы были настолько покрыты побелкой, что с его места стало невозможно распознать, кто есть кто.

Он прокричал в ухо Дженни:

— Ты как, тоже не можешь различить, где мужчина, где женщина?

Та, по-видимому, услышала и прокричала что-то в ответ, который Джерри поначалу пропустил. Тогда она прокричала еще раз:

— Не в эти дни, нет!

Матч продолжался; борцы пританцовывали один вокруг другого, отскакивали от канатов, вылетали за ринг, снова взбирались туда, демонстрировали акробатические способности и возможности тел изгибаться, принимая самые причудливые позы.

В финале Тони Валентайн и Элла Спид подпрыгнули в пируэте и, обхватив ноги рефери над рингом, стащили его на площадку. Тогда рефери понесся по рингу, вышвыривая всех борцов через канаты. Публика развеселилась. Объявили победителей, и ринг был освобожден от поддона.

— А теперь, леди и джентльмены, знаменитая группа парней, чьи песни согревали сердца всех угнетенных во всем мире, развлечет вас в перерыве. Леди и джентльмены: «Реформаторы»!

Аплодисменты сопровождали выход на ринг «Реформаторов»: двоих мужчин и приятной девушки с себялюбивым, заостренным лицом и белокурыми вьющимися волосами. У мужчин были испанские гитары. Они принялись исполнять медленную песню об оставшихся без работы шахтерах. Публика, казалось, наслаждалась ею и раскупала освежительные напитки у девушек, бегавших повсюду.

— Боже, они просто невыносимы, — заявила Дженни. — Они же уничтожают песню. Эта песенка, знаете ли — одна из песен Вуди Гутри, — очень подвижна. Они же просто до ужаса засахарили ее!

— О, не знаю, — сказал Джерри. — Разве эта группа изначально не называлась «Раскаты грома», не принадлежала к направлению «Ритм и блюзы» и не выпустила лучшую пластинку пару лет назад? Общественное сознание — интересная штука, Дженни.

— И все это не так.

— Ты права, любимая. Когда звезды поп-музыки начали превращаться в общественное сознание, был заложен конец ее эры.

Она взглянула на него озадаченно.

— А вы не придираетесь, Джерри? — мисс Бруннер наклонилась через девушку.

— Ну, знаете… — протянул он.

— Ты не будешь против, Дженни, если мы сейчас уйдем? — спросила мисс Бруннер.

— Остается еще только два матча, мисс Бруннер, — стала возражать девушка. — Мы не могли бы остаться и посмотреть их?