Дар просветления - Бхагаван Раджниш

Ты не безнадежен, Прабодх Нитьйо, но если ты будешь продолжать так себя вести, ты помешаешь мне помочь тебе. Если ты паникуешь, захлопываешь дверь, мчишься в свое убежище - прячешься за свой сильный, взрослый ум, - твое поведение можно назвать шизофреническим: с одной стороны, ты просишь; чтобы я пришел и изменил тебя, а с другой - ты закрываешь двери, когда я прихожу.

Решай сам - выбирай, что тебе больше подходит. Если твой прежний ум доставляет тебе большую радость, если ты удовлетворен, то мне лучше тебя не беспокоить. Но я не думаю, что это так. Если бы твой ум был прав, тебя бы здесь не было. Ты пришел сюда в поисках чего-то нового, неизведанного, в поисках алхимического преображения. Теперь соберись с духом. Это вопрос лишь одного мгновения.

Перестань захлопывать дверь, перестань прятаться в убежище. Я не могу тебе навредить, я могу уничтожить только то, что тобой не является. Я могу обнаружить и помочь тебе раскрыть твою истинную сущность. Но ты совершенно запутался.

Первая брачная ночь. Почистив зубы, проповедник возвращается в спальню и видит: на кровати лежит его новоиспеченная супруга, совершенно обнаженная, с недвусмысленно расставленными ногами.

- Слава Богу! - воскликнул священник. - Я ожидал увидеть такую прилежную христианку, как ты, на коленях у своей кровати.

- Ну, хорошо, - покраснела жена, - только в такой позе я всегда икаю.

Вот такие они, люди... Таковы их предрассудки. Бедняга-священник думает о молитве, а девица думает совсем о другом.

Скончался Генри Форд. Но прежде, чем его приняли на небо, Бог задал ему несколько вопросов. На вопрос о его достижениях на земле Форд с гордостью ответил:

"Мой "Т-Форд" - величайшее изобретение всех времен. Между прочим, что Ты думаешь о нем?"

Бог улыбнулся и ответил: "Хорошее изобретение. А что ты думаешь о моем величайшем изобретении - женщине?"

"Неплохо, - ответил Генри. - Но, с Твоего позволения, замечу, что впускной клапан расположен слишком близко от выпускного".

Форд есть Форд; он понимает только один язык. Твой старый ум знает только одно: как защитить тебя. Но жизнь принадлежит тем, кто отбросил все защитные сооружения, ибо каждая защита - это проявление недоверия к жизни.

Жизнь принадлежит тем, кто доверяет ей. Тогда отпадает всякая необходимость в какой-либо обороне. Это твой дом... Все эти звезды, все эти океаны, все эти горы составляют твой дом. Вся эта Вселенная и есть источник твоей жизни. Ничего не нужно бояться, не нужно погружаться во мрак недоверия.

Недоверие - это все равно, что смерть.

Доверие - это единственная известная мне жизнь.

Хорошо, Маниша? Да, Ошо.

Глава 7. БЕРЕГИСЬ УМА - ОН СЛЕП

Совсем необязательно разбираться в закономерностях мышления: это пустая трата времени. Осознания уже достаточно, даже более чем достаточно. Становясь более осознающим, ты освобождаешься от оков ума, и ум превращается в ископаемое.

Возлюбленный Ошо,

Должен ли я разобраться в природе моих старых шаблонов мышления, чтобы избавиться от них, или достаточно одного осознания? Разъясни, пожалуйста.

Дева Супарни, в этом как раз и заключается различие между западной психологией и восточным мистицизмом. Западная психология пытается изучить закономерности ума и шаблоны поведения человека, но это еще никому не помогло от них освободиться.

Ты достиг более высокого уровня понимания, научился трезво мыслить, стал "нормальным человеком"; твой ум, наконец избавился от хаоса. Теперь в нем все разложено по полочкам. Но проблемы продолжают оставаться проблемами - они просто дремлют. Ты уже можешь понять свою зависть, свою злость, алчность, амбиции, но все это понимание происходит только на уровне ума. Вот почему даже самые выдающиеся западные психологи сильно отстают от мистиков Востока.

Основатель западной психологической мысли Зигмунд Фрейд испытывал такой ужас перед смертью, что одно упоминание слова "смерть" повергало его в шок. Он просто терял сознание - таким сильным был страх смерти. Это случалось с ним трижды. Он страшно боялся призраков и никогда бы не пошел через кладбище. Такой человек, как Зигмунд Фрейд, обладавший острым, проницательным умом, знавший об уме практически все, сам так и не смог выйти за его пределы.

Осознание выводит нас за пределы ума. Осознание не копается в проблемах ума, не изучает его основы, оно просто выходит за его границы, обходит ум стороной. Именно по этой причине на Востоке психология так и не получила развития.

Не странно ли, что на протяжении почти десяти тысяч лет на Востоке многие люди упорно и целенаправленно работали в области человеческого сознания, но так и не создали ни психологии, ни психоанализа, ни психосинтеза. Очень любопытно, что за такой большой отрезок времени никто даже не приблизился к психологии. Вместо изучения ума Восток выбрал совершенно иной подход, а именно - отделение человека от ума: "Я не есть ум". Как только осознание того, что ты не есть ум, закрепится в тебе, твой ум становится бессильным.

Вся сила ума как раз и заключается в том, что человек привык идентифицировать себя с ним. Вот почему копание в истоках ума, поиск одной причины за другой, исследование снов, их анализ и интерпретация оказались бессмысленными. Более того, у каждого психолога - свои причины, интерпретации, закономерности. Психология так и не стала наукой, она по-прежнему остается фикцией.

Если верить Зигмунду Фрейду, то сны имеют сексуальную подоплеку. Его ум одержим сексом. Любую проблему он тут же объясняет ее сексуальной природой.

Обратимся к Альфреду Адлеру, основоположнику другой психологической школы - аналитической психологии... Он одержим иной идеей: стремлением к власти. Что бы вам ни приснилось, все объясняется стремлением к власти. Обратитесь к Карлу Густаву Юнгу, и он расскажет вам, что все ваши сны - это далекий отзвук ваших прошлых жизней. Его интерпретация мифологична. Существует и немало других школ.

Известна также попытка психосинтеза Ассаджоли, стремившегося объединить все существующие школы. Это оказалось абсолютно бессмысленной затеей. Психоанализ, по крайней мере, кое в чем нащупал истину, но психосинтез - это неудобоваримая смесь. Ассаджоли позаимствовал кое-что из одной школы, кое-что из другой и соединил все вместе.

Ассаджоли - большой интеллектуал: ему под силу собрать мозаичную картинку-головоломку. Если в учении Зигмунда Фрейда и присутствовало рациональное зерно, то только в определенном контексте; нет контекста - нет и смысла. Ассаджоли взял из его учения, казалось бы, все основное, но вне оригинального контекста оно потеряло весь смысл. Таким образом, всю свою жизнь Ассаджоли корпел над синтезом, но сам не создал ничего нового, ничего значимого. И представители всех этих школ трудились над своими концепциями в поте лица.

А на Востоке ум просто обошли стороной. Вместо того чтобы искать, по каким законам работает ум, какие у него причины для совершения действий, там сумели выяснить лишь одно: узнали, откуда ум черпает энергию. Откуда поступает питающая ум энергия? От самого же человека, который идентифицируется с ним: "Я есть ум". Мистики сломали эту зависимость. Вот что такое осознанность: "Я не есть тело, я не есть ум. Я даже не сердце, я - просто чистая осознанность, сакши".

По мере углубления и кристаллизации осознанности, ум начинает постепенно затихать, отходит на второй план. Ум теряется, он уже не в состоянии оказывать на тебя былое влияние. Когда же человек становится полностью осознающим, ум просто испаряется.

Западной психологической науке еще предстоит разобраться в причинах своей неудачи. Тысячи людей проходят через психоанализ и другие терапевтические методы, но ни одного из них - это в полной мере относится и к самим основателям психологических школ - нельзя назвать просветленным, ни об одном из них нельзя сказать, что ему удалось освободиться от своих проблем, страхов, волнений, беспокойств, страданий и паранойи. Основатели философских течений страдают от тех же недугов, что и любой другой человек.

К Зигмунду Фрейду неоднократно обращались студенты со следующими словами: "Вы всех нас подвергаете психоанализу; мы все рассказываем вам о своих снах, чтобы вы дали им истолкование. Нам было бы очень интересно протестировать и вас. Расскажите нам о своих снах, и мы попробуем проанализировать их, разобраться в их скрытом значении, узнать причину их появления". Но Фрейд никогда не давал на это согласия. Это еще раз доказывает слабость, ненадежность всей системы психоанализа. Он просто опасался, что студенты обнаружат в его снах то же самое, что он находит в их собственных. Тогда рухнет его слава как учителя, как основателя психоанализа.