Среди нас 3 (СИ) - Вальтер Макс

— А неча было пацана похищать. А то, понимаешь ли, мы их обогрели, накормили, а нам чего? Чуть людей моих не угробили и заклинателя спиздили! Это как, по-людски⁈

— Вы с бесами сговорились! — озвучил свою правду дипломат за стеной. — Так что зубы мне не заговаривай, сдавайтесь по-хорошему.

— Чего? Это ты кого там крысой назвал, гадёныш⁈ У тебя доказательства-то есть? А то за такие слова и ответить можно!

— Найдутся! Ты за меня не переживай, за своих лучше волнуйся.

— Да я вас!

— Валерич, ну-ка отойди. — Я подхватил коменданта. — Дай я попробую.

— Чего с ними вообще разговаривать⁈ Лёх, а ну скажи своим, чтоб над головами им из пулемёта жахнули! — замахал руками он.

— Всё, всё, сейчас жахнем, ты пока чайку сходи попей! Старший в наряде кто?

— Я, тащ майор! — взял под козырёк боец, что стоял у третьей бойницы.

— Уведите пенсионера с укрепления, — распорядился я.

— Это как так⁈ — Валерич аж замер от удивления. — Я пока ещё здесь начальник! А ну не тронь! Ну, Серёга, я тебе это припомню!

Он кричал что-то ещё, пока двое дозорных провожали его к лестнице, придерживая за плечи. М-да, выслушать мне от него точно много придётся, ну да ничего, как-нибудь потерплю. Зато он целее будет, а может, заодно и те, кто пришёл к нам с мечом.

На таких тонах разговор точно до добра не доведёт. Однако войско внизу чувствует себя достаточно уверенно, будто за ними стоит какая-то серьёзная сила. И этот момент лучше бы прояснить наверняка, прежде чем открывать огонь.

— Лёх, дроны что показали?

— Ближние — ничего такого. Дальняя разведка пока не вернулась.

— Ясно. Требования были?

— Одно: чтоб мы сдали крепость, ну и тебя, естественно.

— Как думаешь, какой козырь?

— Да хрен их поймёт, — пожал плечами витязь. — Либо арта, либо воздух. Других вариантов нет, чтоб нас штурмом взять. Да и первые два — тоже фифти-фифти.

— Мужики, — высунулся я в бойницу, — а в чём предъява-то?

— Вот он, предатель! — закричал дипломат и даже пальцем в мою сторону указал.

Люди за ним загомонили, кто-то засвистел и даже выкрикнул пару оскорблений. Не забыли и угрозами своё послание приправить. Впрочем, всё как обычно: когда двое дерутся, оба считают себя правыми.

— Выходи и сдавайся, Могила! — продолжил переговорщик. — Обещаем честный суд, дадим тебе высказаться!

— Да грохнут они тебя, как только представится возможность, — прокомментировал Лёха, стоявший за спиной.

— А если не выйду, тогда что? — на полном серьёзе поинтересовался я.

— Расхерачим здесь всё к ебени-матери!

— Слабёнок маловато! — не удержался и вернул шпильку один из дозорных.

— Нам хватит, — уверенно закивал дипломат. — Откройте ворота, пока по-хорошему просим. Людей не тронем, понимаем, что они ни при чём.

— Серый, может, в натуре жахнуть разок? — предложил Лёха. — Что-то они очень уж смелые.

— Боюсь, именно этого они и выпрашивают, — покачал головой я. — Нужно выяснить, что у них в рукаве. Короче, тянем время по максимуму. Вряд ли они на штурм пойдут, им тоже важнее договориться.

— Согласен, — кивнул Лёха.

— Эй, — я снова показался в бойнице и тут же нырнул обратно, — нам подумать нужно, посовещаться. Я такие вопросы не решаю, проголосовать требуется.

— Два часа у вас, — вернулся ответ, который, скорее всего, уже был заготовлен.

Думаю, сутки сторговать сможем смело. А это уже кое-что. За такой срок много дел наворотить успеем.

— Так, Лёха, давай гражданских в бункер, дозоры усилить, и как только дроны вернутся, доложишь. Исай, кстати, где?

— Сделаю, — коротко ответил он. — Исай твой на северные ворота ушёл. Там тоже движуха нездоровая, но народу поменьше.

— Ладно, действуй, я пока попробую нам время выиграть, — распорядился я и снова вступил в переговоры: — Мало два часа, у нас народ решает, как поступить. Пока вопросы сформулируем, пока всех на центре соберём. Там только объяснять часа два придётся.

— А мне плевать! Это ваши проблемы, не мои! Если через два часа ворота не откроются, хана вам.

— И чё, реально по гражданским бить станете?

— Они на твоей совести будут. Мы вас предупредили.

— Да я же тебе объясняю: не мне такое решать! Как люди скажут, так и поступлю, даю слово!

— Ты своё слово можешь себе в очко затолкать, ему веры нет! Два часа у вас.

— Ну дай хоть восемь? Или тебе так крови хочется? Можешь внутрь зайти, сам проконтролируешь, чтоб всё честно было, раз моего слова тебе недостаточно.

Дипломат замешкался. Явно не ожидал такого поворота в переговорах. Нет, к нам он вряд ли пойдёт, слишком рискованно. Хотя…

— Тогда и вы нам своих парочку дайте, — внезапно, будто с языка снял, ответил дипломат. — Вон, горластого вашего и… отца Владимира, пожалуй.

— Рожа не треснет, двоих за одного?

— Знахарь заштопает. Или так, или у вас два часа, а затем пеняйте на себя.

— Ждите, мне нужно с ними поговорить.

— Говори, но помни, что часики уже тикают.

— Так, никому не стрелять, головы не высовывать и никаких переговоров в моё отсутствие, — предупредил я старшего смены и направился к лестнице.

Отыскать Валерича оказалось проще простого. Дозорные привели его в привратную сторожку. Сейчас оттуда доносилась его гневная речь о том, как он всех уволит, когда уляжется суматоха.

Бедные парни. Уж кто-кто, а я как никто другой знаю, на что способен этот старикан, когда пребывает в подобном расположении духа. Пожалуй, оставлю его на потом, а вначале поговорю с отцом Владимиром. Глядишь, Валерич к тому моменту проорётся и с ним получится пообщаться без повышенных тонов.

Как я уже замечал, когда тебе кто-то срочно нужен, отыскать его становится огромной проблемой. Священника не оказалось на месте. В храме я обнаружил лишь отца Константина, батюшку из нашего первого кремля. И на свой вопрос я получил стандартный ответ:

— Вот, буквально минуту назад вышел. Да вы подождите, он должен скоро вернуться. Может, чаю пока? — вежливо предложил он.

— Не до чаёв сейчас, — отмахнулся я. — Как появится, скажите, что я его ищу. Хотя нет, пусть лучше в привратную сторожку сразу идёт.

— Хорошо, — кивнул священник.

Я выскочил на улицу и попытался прикинуть, куда могло понадобиться пойти отцу Владимиру. Судя по лицу отца Константина, он понятия не имеет, что мы находимся на военном положении. Ну, это дело поправимое, скоро явится Лёха или его люди и по пути в бункер всё ему объяснят. Впрочем, как и многим другим жителям.

Итак, будь я священником, куда бы сейчас пошёл? Чем они вообще занимаются, когда не служат в храме? И да, после этого я называю себя его другом. Хотя, кажется, я догадываюсь, где он может быть: в самой гуще событий.

Я перешёл на лёгкий бег и направился вниз, к северным воротам. Готов поклясться чем угодно: отца Владимира я обнаружу там, стоящего плечом к плечу с Исаем. И это, кстати, объясняет, откуда его знают пришлые и почему хотят его видеть в качестве заложника.

Взлетев на стену, я нисколько не удивился тому, что оказался прав. Священник, размахивая руками, уверенно топил за мою невиновность, доказывая врагу, что всё это происки хитрого Баала.

— И давно он так? — кивнул в сторону отца Владимира я.

— Минут пять как, — спокойно ответил Исай. — За тобой пришли, ты в курсе?

— Ага, уже выпала честь познакомиться. Не против, если я его у тебя заберу?

— Да сколько угодно, — разрешил предок. — Эта болтовня всё равно ни к чему не приведёт. Парни настроены решительно и, похоже, у них есть какой-то козырь. Слишком уверенно себя ведут, хотя прекрасно понимают, что кремль им не взять.

— Мы как раз над этим работаем. Нужно потянуть время, пока Лёха выясняет, что у них в рукаве.

— Под нами сеть тоннелей, — перешёл на заговорщицкий шёпот Исай. — Если что-то пойдёт не так, я тебя выведу.

— Предлагаешь сбежать? — криво ухмыльнулся я. — Что-то я теперь сомневаюсь в нашем родстве.