Ее тайный возлюбленный - Сара Беннет

Глава 10

Гейбриел упругим шагом шел по лесу, удаляясь от дома. Он пытался примирить внутри себя увлечение Антуанеттой, столь прекрасной и чувственной, и осознание того, что она любовница лорда Эпплби, его заклятого врага. От растерянности он никак не мог привести свои мысли в порядок. Несмотря на все усилия, он никак не мог найти то, что объединяло бы двух столь разных Антуанетт.

«Эй, осторожней, не попадись в ее сети, — предупреждал он себя. — Разве можно ей верить?»

Впрочем, излишняя осторожность вовсе не мешала его увлечению. Плотские утехи отнюдь не значили, что в них должны были принимать участие сердце и ум. Гейбриел как будто услышал голос Афродиты, объясняющей ему столь простую истину. Он соблазнит Антуанетту, натешится вдоволь с ней, а когда заполучит письмо, без всякого сожаления вернет ее Эпплби.

Однако его самоуверенность выглядела напускной бравадой, он сам еще не знал, сумеет ли так легко расстаться с Антуанеттой.

— Мастер Гейбриел?

Он невольно подавил вспышку раздражительности, услышав голос Мэри, которая дожидалась его возле дверей его коттеджа.

— Что ты здесь делаешь, да еще так поздно? — спросил он, заходя в дом и зажигая лампу.

— Просто так.

По ее голосу он понял, к чему она клонит. Он обернулся к ней и увидел распущенные до пояса волосы, короткое платье с глубоким вырезом, позволявшим видеть ее грудь почти целиком. Он нахмурился.

— Тебе не стоит сюда приходить, — сухо заметил он.

— А мне так хотелось, — улыбнувшись, робко ответила она и сделала шаг ему навстречу.

Гейбриел вдруг разозлился — то ли на Мэри, то ли на себя. Он не хотел видеть ее здесь сейчас, как, впрочем, и затаскивать к себе в постель. Его тело жаждало любви, но влекло его к одной лишь Антуанетте. Если подумать трезво, Мэри была ничем не хуже и при этом не заслуживала той роли, на которую сама напрашивалась. А он не хотел идти по грязной дорожке — ведь такое поведение шло вразрез со всеми навыками, привитыми ему как джентльмену с детства.

— Отправляйся немедленно домой, Мэри, — резко скомандовал он. — И впредь давай без глупостей.

Все слова, которые намеревалась сказать Мэри, замерли у нее на губах. Она всхлипнула, повернулась и опрометью бросилась бежать. Он стоял и слушал, пока топот ее каблучков не стих среди деревьев.

С мрачным видом Гейбриел уселся в кресло напротив потухшего очага. Только сейчас до него дошло, что он, будучи в покоях Антуанетты, в ее постели, даже не удосужился подумать о письме, которое следовало отыскать.

Из прошлого опыта он знал, что письмо было спрятано под ее сорочкой!

Тонкая улыбка скользнула по его губам. Нет, сейчас письма там точно не могло быть. Вне всякого сомнения, она его перепрятала. В противном случае он нащупал бы листок бумаги, когда ласкал, гладил и целовал ее тело…

Воспоминания взволновали его.

Ее окружал ореол свежести, наивности и невинности — подобных чувств он никак не ожидал встретить у женщины в ее положении. Не исключено, что это было частью наигранного очарования, но, возможно, то, что ему удалось пробудить в ней, было неожиданным для них обоих. Перед его взором опять возникли сладостные видения. Гейбриел не в силах был думать ни о чем другом. Как он ни старался, его мысли невольно возвращались в ее спальню.

«Я велю вам прекратить», — донесся до его слуха ее умоляющий голос.

Он улыбнулся.

«В следующий раз, мой воробышек, я обещаю тебе, что ты будешь умолять меня проделать все до конца, а не бросать на полпути».

Антуанетта лежала на кровати и смотрела, как лучи восходящего солнца заалели на гардинах. Она тоже пыталась разобраться в существе тех необычных отношений, которые складывались между нею и незнакомцем. Неужели она настолько потеряла голову, что позволяет развиваться столь странному роману? Однако благоразумие не возвышало свой голос — напротив, все выглядело так, как будто рассудок стушевывался и уходил в тень, как только он начинал ласкать ее. Неужели такое должно происходить всегда в отношениях между мужчиной и женщиной? Такая возбуждающая радость, от которой кружится голова, нечто, очень похожее на экстаз. Раньше она не могла поверить в такое. Она столько навидалась неудачных браков, в которых ее знакомые отнюдь не обретали счастья, что даже стала верить, что счастье не является обязательным атрибутом замужества.

Но разве сейчас она думала о замужестве? Скорее она размышляла об интимной связи, о физической близости и плотских утехах.

Да, пока он был рядом с ней, он заставлял ее тело кричать, петь под наплывом новых удивительных чувств. Кем же он все-таки мог быть?!

А что, если сэр Джеймс арестует его?

Вопрос неприятно поразил ее. Да, сам незнакомец не верил в то, что его поймают, и даже похвастался: «Я неуловим как ветер». Но Антуанетта считала это пустым бахвальством — сэр Джеймс произвел на нее впечатление очень толкового судьи.

За окнами солнце вставало все выше, начинался новый день. Конечно, если ей первой удастся открыть, кто он на самом деле, она предупредит его об опасности, предоставит ему время, чтобы скрыться.

План выглядел вполне реальным. Оставалось всего лишь найти место, где прятался незнакомец. Антуанетта не сомневалась ни на миг, что узнает его сразу, как только увидит. Но если он попытается изменить свою внешность, то она почувствует исходящие от него флюиды, которые подскажут, кто стоит перед ней. После их близости она не сомневалась, что узнает его в любом обличье.

Исполненная благих намерений, Антуанетта мечтательно закрыла глаза, но вдруг ей в голову пришла настолько неожиданная мысль, что она напряженно уставилась перед собой. Нет, она вовсе не хотела избавляться от знаков его внимания! Благодаря его ухаживаниям ей открылся новый мир, полный драгоценных и удивительно приятных явлений. Созданный ее воображением мужской образ был очень привлекательным, заманчивым и таинственным. Антуанетта поморщилась: она уже не была маленькой девочкой, охочей до сказок и приключений.

Однако ее мучило искушение узнать, что будет дальше, и это искушение было намного сильнее страха перед последствиями.

Она опять погрузилась в мечтательную дрему, на этот раз вспоминая то утро в лондонском доме лорда Эпплби, когда она получила долгожданное письмо из Суррея, позволявшее ей вступить в борьбу с лордом Эпплби, который бессовестно запятнал ее репутацию.

Антуанетта уже давно ждала письма от мисс Брайдуэлл. Каждое утро она первая спускалась в холл, когда приносили почту, и проверяла, пришло оно или нет. В то утро почтальон появился чуть пораньше, и когда слуга впустил его, она еще стояла на верху лестницы. Замирая от волнения, Антуанетта устремилась к почте и тут же схватила письмо со знакомым почерком.