Имя твоё давно забыто (СИ) - Глебов

это время молчал, он особо и не слышал этого парнишку, голоса стали невыносимо громкими и его маска демона в одно мгновение оказалась на лице.

Они говорили так громко, что в его ушах буквально звенели голоса на высокой громкости. В своём взоре он видел лишь кусок наглого мяса, что жаждет идеальным и красивым боем.

Что ж… я покажу тебе истинную силу Якс..

Якса запрыгнул на невысокую гору, наблюдая за Предвестником, по маске стекала кровь рыжеволосого, смешиваясь с каплями сильного дождя, руки его в мгновение задрожали от желания прикончить того на месте, он прикусывал свой язык, брызгая бордовой струёй, а глаза давно утеряли рассудок, пылая алыми бликами. Он в мечтах видел, как разрывает того на части, парень окунулся в ненависть, не давая отчёта своим поступкам, ему было впервые всё равно на человеческую душу. Раз этот Предвестник и сам желает того, то пусть будет так.

Тарталья смотрел на него, готовясь к нападению, пытаясь отдышаться хоть на секунду, его лёгкие заполнены словно ядом, раздирая глотку до больных ощущений, на его правой руке порвано сухожилие, он не мог столь крепко держать водный клинок. Но в душе юноша видел лишь прекрасный боевой танец на смерть, и от этой мысли, его тело покрывалось возбуждёнными мурашками, а в глазах горело нестерпимое желание напасть первым.

* * *

Она медленно шла прихрамывая, будто вот-вот упадёт.

Чёртов камень, что скрылся за мокрой травой.

Но храм был уже близко, Люмин видела единственный вход, большие и высокие каменные двери, на которых было много различных древних надписей.

К ступеням она дойти не смогла, это оказалось целым препятствием для неё, поэтому её хрупкое и насквозь мокрое от дождя тельце рухнуло на каменные плиты.

Капли скатывались по её волосам к лицу, она ощущала невыносимую усталость. Локти разрывало от боли, она сжимала свои зубы до громкого скрипа.

Она ощущала сильную боль в конечностях, её глаза уже готовы выплеснуть поток слёз от безысходности и чувства слабости.

Если бы не эта гора, она давно бы уже дошла невредимой.

В душе скапливалась ненависть, ей стало так стыдно, что она едва ли могла самостоятельно дойти. Путешественница не могла сейчас даже сжать кулаки, чтобы хотя-бы постараться дойти до чёртовой двери, отчего та срывалась на хриплый крик отчаяния.

Но сейчас Люмин находится совсем близко к ответам, ей всего лишь нужно зайти внутрь.

Карабкаясь и буквально ползая вверх по ступеням, та смогла облокотиться на каменную дверь плечом, кое-как вставая с мокрой поверхности.

Двери оказались невыносимо тяжёлыми, она несколько раз пыталась открыть их с помощью своего тела, но этих сил явно не хватало. Она не выдержала всю агрессию на свою беспомощность и стала стучать больными кулаками о дверь до больных ссадин, крича о том, как же эти двери открыть.

Левая сторона двери приоткрылась, и она еле удержала тело, чтобы не упасть в открытую щель.

Как только путешественница зашла внутрь, то сразу же упала на жёсткую плиту, больно ударившись локтями, отчего не выдержала и хрипло вскрикнула.

Она внутри.

Подняв свою голову, та понимает, что… здесь никого нет, но факт того, что дверь сама открылась не давала ей покоя, вселяя в свои глаза ужас.

— З-здесь кто-нибудь есть? Мне нужна помощь, — солёные капли из глаз постепенно скапливалась из-за мучительной боли.

В этой комнате была лишь статуя, а по сторонам лежали различные обереги и потухшие свечи.

— Нет… — тихо шепнула она дрожащим голосом.

Собрав в себе силы, та смогла медленно встать на ноги, упираясь на странную палку, что лежала у входа, двигаясь к статуе.

Её глаза наполнялись слезами, когда она удостоверилась в том, что здесь никого нет. Тело так сильно болело, что она не могла сосредоточиться на чём-либо, всё вокруг мутнело и голова начинала кружить разум.

— Ты проделала длинный путь, я тебя ждал.

Она резко обернулась и огляделась по сторонам, по спине прошли мурашки, думая, что ей начинает всё казаться. Но взгляд всё равно уставился на подозрительную статую, которая словно смотрела ей в душу.

— Думаешь ты правильно, стою я перед тобой.

— В-вы дух?

Он промолчал.

И в комнате стояла лишь тишина, разве что звон дождя уступал молчанию.

Девушка стояла в недоумении, страх начинал окутывать бедное тело, дрожь скатывалась до самых пяток.

— Пришла ты, за ответами… не так ли?

Этот голос будто звучал из всех щелей, попадая ей не в уши, а словно в сам в мозг.

— Д-да! Я пришла узнать правду, Вы сможете мне рассказать?? Прошу… — она хромая, подошла ближе к статуе, сверкая мокрыми глазами и упираясь о палку, при этом придерживая раненный бок.

Свечи тут же зажглись по всей комнате и она увидела разные надписи на статуе, буквально на всём каменном теле, также отчётливее разглядывая фигуру. Это был словно дракон, в его руках она заметила магические свойства, что тоже загорелись бирюзовым пламенем.

— Тело твоё ранено, ему следует отдохнуть.

— Н-не переживайте насчёт этого! Я готова Вас слушать! — она больно прикусила язык, терпя всю боль в теле.

— Хм…

Дух протяжно вздохнул. Его глаза загорелись ярко бирюзовым светом.

Девушка начала волноваться, ведь она совершенно не понимала и тем более не могла предугадать, что он мог сделать. С диким волнением оглядываясь по сторонам.

— Стоит чаша в углу, возьми, выпей.

Ей ничего не оставалось, как довериться ему, было не по себе от такой обстановки, но она залпом выпила всё содержимое.

Оно было страшно горьким, мерзким и ужасно солёным, она хотела тут же выплюнуть это, но ради приличия… пришлось сглотнуть. После этого, в её горле собрался словно ком горьких камней, отчего та начала долго кашлять, прикрывая рот руками.

— Что это такое?? — Люмин вытерла рот грязной рукой.

— Раствор этот облегчит боль твою, раны заживут быстрее.

Она с отдышкой смотрела на него, не понимая, почему он так странно говорит? И сколько лет уже прожил этот дух?

— Тогда я готова слушать, — всё ещё чувствуя неприятное и горькое послевкусие в горле, будто оно проникало в стенки и попадало в кровь.

— Хочешь, чтобы я поведал тебе об Охотнике на демонов?

— Д-да… но откуда Вы…

— Душа твоя об этом громко кричит.

Кто он такой? — спросила она в недоумении.

Но от того факта, что ей сейчас расскажут до самых мельчайших деталей, её тело дрожало, как хрупкий лист на кронах деревьях.

— Проклят был Якса, ещё две тысячи лет назад… но проклятье это далеко не простое, потому снять его невозможно..

Волнение начало охватывать