История Северной Африки (Тунис, Алжир, Марокко). Том 2. От арабского завоевания до 1830 года - Шарль-Андре Жюльен

Когда Абу Бекр узнал о победах своего наместника на Дальнем и Среднем Магрибе, то явился с требованием, чтобы ему было возвращено командование войсками, но, получив по совету Зейнаб богатые дары и ничего не добившись, был вынужден вернуться в пустыню. После его смерти Ибн Ташфин мог пользоваться, не оспаривая чьих-либо прав, всей полнотой верховной власти (1087–1088 год).

Он тотчас же утвердил свою власть, построив лагерь в северных предгорьях Атласа, в верхнем течении Тенсифта, и не мог тогда предполагать, что из этого лагеря вырастет крупный столичный город Марракеш (1060 год?). Арабские историки не поскупились на более или менее апокрифические подробности о создании города, которому было уготовано столь блестящее будущее. Участок земли, на котором был построен город, принадлежал одной старой женщине из племени масмуда и считался разбойничьим притоном. Ибн Ташфин купил его на свои личные деньги, поставил там альморавидские шатры и сам принял участие в постройке мечети. «Он подпоясался, — говорится в «Киртасе», — и стал месить глину, работая из смирения перед богом наравне с рабочими». Эта последняя черта, кажется, уже совершенно в духе святого. Еще и сейчас показывают историческое место его работы к северо-западу от Кутубии. Во всяком случае, с самого основания Марракеш выглядел как сахарский город с его пальмовой рощей, посаженной в климате, малоблагоприятном для пальм; однако для жителей пустыни это единственное дерево, которое заслуживает внимания.

С этой оперативной базы, где отвага его войск заменяла крепостные стены, Ибн Ташфин предпринял походы в Западный и Центральный Магриб. Он взял Фес (1069 год), положив тем самым конец зенатскому засилью на севере Марокко, проник в Риф, прошел долину Мулуи, покорил бану снассен и уджда. Став господином всего Марокко, он двинулся на восток, овладел Тлемсеном, Ораном, Тенесом, Уарсенисом, осадил Алжир (1082 год), но не пошел ни в восточную Берберию, ни паже в кабильский массив. Наладив управление завоеванными землями, которое он доверил альморавидским военачальникам, Ибн Ташфин вернулся в Марракеш, как бы считая свою миссию законченной. Вскоре важные события потребовали его вмешательства в дела Испании.

Удельные короли (мулук ат-таваиф). Несмотря на весь свой престиж, омейядский халиф Кордовы не мог прекратить междоусобицы мусульман на полуострове. Арабы Востока, берберы Магриба, андалусские ренегаты и христианские вольноотпущенники, используя малейшую слабость власти, решали свои споры с оружием в руках. Чтобы сдерживать их, нужна была твердая рука всемогущего везира испанцев Ибн Абу Амира аль-Мансура (Альманзора), диктатура которого держалась на его берберских контингентах. После смерти его сына аль-Музаффара (1008 год) уже никакая власть не могла остановить распад халифата. В течение четверти века, которая предшествовала изгнанию последнего из Омейядов (1009–1031 годы), объявилось и кануло свыше десяти претендентов.

Благодаря этой анархии наместники или нотабли провинций постепенно создали 23 независимых княжества, которые занимали огромную территорию, простиравшуюся от Арагона на севере и Валенсии на востоке до Андалузии и Мурсии на юге и древней Лузитании на западе. Их называли «удельными» королями (мулук ат-таваиф, по испански — reyes de Taifas). В Бадахосе один берберский военачальник из племени микнаса, считавший себя арабом по происхождению, основал династию Афтасидов (1027–1094 годы); на юге так же поступили берберские царьки Хамудиды из Малаги (1016–1057 голы) и Зириды из Гранады (1012–1090 годы). На юго-востоке вольноотпущенники управляли тем, что называлось славянскими королевствами Валенсия и Альмерия; в Арагоне (верхняя граница) после того, как угасла цветущая династия Туджибидов (1019–1039 годы), их вассалы из Лериды — Худиды, которые, как и Туджибиды, были арабского происхождения, обосновались как хозяева в Сарагосе (1039–1110 годы). Самым значительным из этих королевств было Севильское королевство (1023–1091 годы), в котором правили Аббадиды, потомки сирийцев. Они расширили свои владения в направлении нынешней Португалии, Малаги, Кадиса и Бадахоса, распространив свою власть на юго-западную часть бывшего халифата, и, наконец, завладели Кордовой. Севилья стала тогда основным политическим, интеллектуальным и артистическим центром полуострова.

Империя альморавидов в Магрибе

Христиане использовали раздробленность мусульманских сил и хроническое соперничество мусульманских князей, чтобы приступить к освобождению земель (реконкиста). Уже король Фердинанд I, присоединивший к Кастилии Леон и Галисию, своим отказом аннексировать Наварру (1054 год) продемонстрировал желание сконцентрировать свои силы против неверных. В результате удачных наступательных действий он низвел на положение данников королей Севильи, Бадахоса, Толедо, Сарагосы и расширил свои границы во всех направлениях. В 1063 году папа Александр II принял специальное решение об отпущении грехов всякому, кто пойдет сражаться против мусульман Испании, и французские рыцари во множестве стали присоединяться к своим собратьям по ту сторону гор. Одновременно новое королевство Арагон начало борьбу с королями Сарагосы и Уэски. Совместные действия обоих защитников христианства могли бы стать решающими, но распри из-за престола после смерти Фердинанда (1065 год) парализовали реконкисту.

Лишь тогда, когда король Альфонс VI снова объединил все земли центральной и западной Испании к северу от Тахо, он смог возобновить отцовскую политику (1072 год). В ходе этой сложной и запутанной борьбы, когда христиане и мавры, города и уделы выступали друг против друга, совершенно исключительную политическую роль играл кондотьер Родриго Диас де Вивар, которого испанцы прозвали «борец» (campeador), а его мусульманские солдаты — «мой господин» (сайиди, сиди; по-испански mio Cid). Своим мечом он иногда служил королю Кастилии, гораздо чаще — худидской династии Сарагосы, а главным образом — собственному честолюбию. Возможно, не будь этого полного ненависти соперничества между Альфонсом и Сидом, реконкиста могла бы произойти чрезвычайно быстро, поскольку силы удельных королей были невелики.

Властитель Кастилии наложил двойную дань на короля Севильи аль-Мутамида, который выступал против него в распрях из-за престолонаследия и низвел на положение вассала короля Толедо. В 1083 году он совершил большой и победоносный поход через все мусульманские земли вплоть до Тарифы. Затем, воспользовавшись восстанием жителей Толедо, он захватил их город, который превратил в грозную военную базу (1085 год). Ему удалось также расширить свои завоевания от Тахо до Турии, держать под угрозой Мурсию и заставить всех удельных королей востока и юга платить дань. На севере король Сарагосы с трудом противостоял атакам короля Арагона и графов барселонских.

Удельным королям приходилось выбирать между подчинением Альфонсу VI и эмиграцией. Аль-Мутамид, говорят, твердо заявил, что предпочитает быть погонщиком верблюдов в Африке, чем свинопасом в Кастилии. Третий выход из создавшегося положения заключался в том, чтобы противопоставить христианам мусульманские подкрепления из-за моря. Великое народно-мистическое движение, которое волновало тогда мусульманский мир, давало себя знать и в Испании. Сердечные отношения между христианами и маврами уступили место вражде, которая имела не столько