Время страшилок - Рональд Келли

ПОД ВЕТВЯМИ

В это Рождество дети хотели живую ёлку, а не искусственную с чердака. Для этой просьбы была веская причина. Их отец, который девять месяцев отсутствовал, служа своей стране, приедет домой на каникулы.

В тот субботний день Ким Баллард отправилась на её поиски, и её дочь Джордан и сын Дэнни настояли на том, чтобы поехать с ней. Ей хотелось верить, что это потому, что они хотели устроить небольшую рождественскую прогулку со своей мамой, но на самом деле она знала, что они хотели убедиться, что она выберет правильную ёлку. Для папы она должна быть абсолютно идеальной. Все знали, что он это заслужил после столь долгого отсутствия.

Они взяли у Ника большой Dodge Ram, потому что хотели как минимум семиместную машину. Первым местом, которое они посетили, был участок с деревьями на Каштановой авеню в Пайксвилле. Ким обнаружила, что выбора там мало. Большинство из них были ниже шести футов, и многие уже потеряли бóльшую часть своей зелени. Кроме того, владелец участка, капризный старый пердун по имени Элмер Гант, хотел от девяноста до ста двадцати долларов за дерево, которое должно было умереть ещё до Рождества. Ким не собиралась тратить деньги на то, что было бы стыдно взять домой.

— Иногда люди продают деревья прямо на шоссе, — предположила Джордан. Четырнадцатилетняя девочка была точной копией своей мамы: высокая, белокурая и худющая, как ива. — Может быть, мы сможем купить хорошую там дешевле, чем в городе?

Ким согласилась. Они покинули пределы города и направились на юг по сотому шоссе, к реке Камберленд. Они заметили человека с прицепом для лошадей, который продавал несколько деревьев и омелу, которую он подстрелил с вершины дерева из дробовика… это более безопасный способ собрать высокорослую растительность, чем карабкаться вверх и рисковать сломанной шеей. Но деревья были слишком сухими, а омела изрешечена картечью, поэтому они продолжили путь.

Когда они достигли моста через реку Камберленд, где высокие утёсы возвышались над бурлящей внизу водой, они заметили старый пикап, припаркованный с другой стороны, и около дюжины деревьев рядом с ним.

— Я думаю, нам повезло, — сказала им Ким.

На полпути через мост Джордан посмотрела на мать.

— Э-э-э, мама… мы уже почти приблизились, не так ли?

Ким знала, что она имела в виду.

— Не волнуйся. Мы не перейдём черту, ну или как-то так. Я просто собираюсь посмотреть, что этот человек может продать, и мы отправимся домой.

Дэнни оторвался от телефона и игры в Mortal Kombat.

— Что? Ты говоришь об округе Страх?

— Конечно же, о нём, тупица! — рявкнула на него Джордан.

Её десятилетний брат рассмеялся.

— Ты действительно веришь во всю эту чепуху? О том, что это самое зловещее место в штате Теннесси?

Его сестра пожала плечами.

— Эй, лучше перестраховаться, чем потом сожалеть.

Они добрались до другой стороны моста и свернули на обочину шоссе, припарковавшись за грузовиком — старым Ford, вероятно, середины семидесятых годов. Кузов автомобиля был заражён ржавчиной, а его шины были забрызганы глиняной грязью, красной, как кровь.

Все трое вылезли из Dodge и подошли посмотреть, что у него есть.

— Привет, — сказала Ким с улыбкой.

Мужчина — невысокий, темноволосый, небритый, одетый в линялый комбинезон, фланелевую рубашку и шапку-ушанку — кивнул им, прислонившись к стене кузова грузовика.

— Привет.

Ким шла вдоль ряда деревьев, рассматривая каждое из них. Все они были сочными, зелёными и только что срезанными, их ветки были сложены и стянуты толстой бечёвкой.

— Хорошие, — сказала она.

Она остановилась перед особенно привлекательным, высотой, должно быть, семь с половиной футов.

— Сколько?

Мужчина усмехнулся, демонстрируя гнилые, пропахшие табаком зубы. Было что-то в его лице, что ей не нравилось, может быть, то, как его улыбка сползала вниз с одной стороны и поднималась вверх с другой. Или как зрачки его глаз казались почти такими же большими, как и радужная оболочка. Она едва могла сказать, какого они цвета, настолько они были тёмными.

— Как для вас звучит пятьдесят? — спросил он.

Он достал из кармана комбинезона пачку жевательного табака и засаленным перочинным ножом отрезал верхушку. Ким не могла сказать наверняка, но могла поклясться, что видела, как сок из табака двигался и медленно стекал по плоской поверхности лезвия, прежде чем он убрал его.

— Я не думаю, что вы взяли бы дебетовую карту, не так ли?

Мужчина рассмеялся.

— Нет, мэм… У меня нет возможности продавать таким образом.

Ким открыла сумочку и достала бумажник.

— Боюсь, у меня есть только… давайте посмотрим… двадцать восемь долларов наличными.

Мужчина не стал торговаться или спорить.

— Продано! — он протянул грязную руку и выхватил купюры из её рук. — Я загружу её в ваш грузовик, — он поднял дерево и направился к кузову их машины.

Ким посмотрела мимо старого Ford и увидела вдалеке знак… знак, мимо которого ни у кого не хватало смелости проехать. Нет, если они верили старым сказкам, которые рассказывали в Пайксвилле с тех пор, как она себя помнила.

Чувство страха охватило её, и она чуть не сказала: «Нет, подождите!», но она этого не сделала. Это была самая красивая ёлка, которую они встречали за весь день, и они хотели забрать её домой и украсить, прежде чем позвонить по скайпу старшему сержанту Нику Балларду в 21:00 по центральному времени, 05:00 по кувейтскому времени.

Когда мужчина закрепил дерево в кузове, он направился обратно к своему грузовику и небольшому придорожному участку деревьев.

— Спасибо! — Ким окликнула его. — И счастливого Рождества!

Он повернулся и блеснул своей нервирующей кривой улыбкой.

— Да, мэм. Весёлого Рож… — на его лице отразилось страдальческое выражение, как будто он поймал себя на том, что не может произнести эти слова. — Э-э-э, хорошего настроения.

Они забрались в кабину Dodge, развернулись посреди шоссе и поехали домой. Уезжая, все трое не могли не бросить взгляд в зеркало заднего вида на торговца деревьями на обочине дороги.

— Он точно был странным! — сказал Дэнни сзади, закатывая глаза.

— Нехорошо так говорить о незнакомцах, — упрекнула его мать. — Помни, ты не должен судить о книге по её обложке.

Холод пробежал по её затылку; то ли от декабрьского холода, то ли ещё от чего, она не могла сказать. Она оглянулась и увидела, что Джордан так же напугана, как и она.

— Но я скажу одно. Если бы тот человек сзади был книгой… она, вероятно, была бы написана Стивеном Кингом.

Когда они вернулись домой, они пронесли большое дерево через двери патио, потому что оно было слишком объёмным, чтобы пройти