Сердце Змея (СИ) - Лаут Шана

Что ж, наг готов принять любые правила игры. Но опять Боги поставили его жизнь на волосок, бросив Миру наперебой клинку врага. Вспышка боли в целом левом плече будучи лишь частичной отдачей той, что почувствовала девушка, вновь пробудила что-то звериное в нём, заставляя броситься за его малышкой прямо в пропасть. Мужчина схватил её хвостом поперёк талии, а сам принялся хвататься руками и когтями за камни скалы, но сила инерции была сильнее, утаскивая их обоих в темноту.

Неизвестно, что с ними бы было, если бы не широкие выступы, на который наг приземлялся грудью, спиной, руками, а за последний удалось даже схватиться из последних сил отбытыми руками. Кажется, содрал кожу на запястьях и обломал несколько когтей на пальцах – один точно под корень. И этого хватило, чтобы погасить падение.

Срываясь на глухой рык, Дэаш заставил себя подтягиваться и ползти на этот камень. Когда почувствовал его крепость и устойчивость, затащил и хвост, но так, чтобы быть осторожным с драгоценной ношей. С трудом поднявшись и обхватив ноющие рёбра – кажется, пару-тройку сломал, - осмотрелся. Да, он знает это место. К этому выступу раньше вела тонкая каменная тропа, ведь тут был вход в пещеру – древний Храм Бога Ашкур, Бога последней надежды и возрождения.

Символично, - усмехнулся про себя наг, продвигаясь в сторону входа. Удивительно, но четыре колонны, вырубленные в скале, как вход, да и весь храм, до сих пор целы и всё так же держат нависающий над входом камень. Время стёрло лишь чёткость барельефов, статуй и рисунков на стенах, да застелило всё вокруг зеленью. В остальном, это древнее место осталось неизменным в своей крепости, о которой Дэаш читал в старинных свитках.

Место, забытое всеми, но не Богами. Ну, Генерал на это надеялся, ведь Ашкур был сейчас его последней надеждой на спасение Миры – запах её крови всё сильнее давил на натянутые нервы, заставляя двигаться быстрее, а мыслить чётче. Если он хорошо помнил содержание текстов тех свитков, то внутри в одном из залов должен находиться священный источник, способный исцелить любые раны, и даже вернуть только что утерянную жизнь.

Тьма коридоров застилала глаза, кровь девушки сбивала обоняние, но наг продолжал ползти буквально наощупь. Пока за очередным поворотом не показалось лёгкое свечение одного из проходов. Мужчина осторожно заглянул в него. Да, это зала с Источником Ашкура. Зала была естественной пещерой, в полу которой аккуратно был вырублен круглый бассейн. В него из трещин в одной из стен тонкими ручейками стекала мягко светящаяся небесным цветом вода, наполняющая собой углубление, а потом уходила куда-то такими же щелями в противоположной стене.

Остановившись на «берегу», Генерал мягко опустил Миру на пол. И замер. Что ему теперь делать? Опустить её в источник прямо в доспехах? Нет, туда нужно заходить без какой-либо одежды. Но как снять эту защиту? Содрав с себя через боль оружие и одежду, мужчина приступил сначала к извлечению клинка из её плеча. Осторожно ухватился за рукоять, а затем с силой потянул на себя. Раздавшийся «хлюп» больно ударил по нервам и заставил со всей злостью откинуть оружие куда-то, но главное подальше. А дальше… дальше Дэашу предстояло самое сложное.

Осмотр доспехов ничего не дал. Абсолютно. Ни одного шва или стыка не было. Он был цельным. Но тогда, как же она его снимает? Должно же быть хоть что-то! Когда мужчина уже хотел просто разорвать его, используя отброшенный клинок, как его внимание привлёк маленький огонёк сбоку на шее точно под шлемом.

Коснулся его. И доспех с шипением стал разъезжаться в стороны передними пластинами, слегка искря в месте дыры. Шлем снимался ещё проще. Теперь его можно было просто стянуть. Что он и сделал, осторожно придерживая шею, а потом и голову девушки. Сделал и замер.

Она. Это действительно была она. Её тонкие черты лица, что врезались в память с первых секунд и приходили в ореоле мягкого света каждую ночь во снах. Пришлось даже покрепче стиснуть зубы и слегка тряхнуть головой, чтобы отбросить ненужные сейчас мысли.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Дэаш мягко вытащил её и поднял на руки. Такая лёгкая! У источника пришлось замереть, сначала Генерал опустил хвост, выискивая дно, а только потом спустился сам, когда понял, что с такой глубиной вода едва достигнет его груди. Теперь же пришло время погрузить и Миру, чувствуя, как все раны на теле под водой начинают покалывать и дико чесаться, заживая.

Её тело он опустил почти полностью, оставляя на поверхности только голову, придерживаемую им за затылок. В месте раны вода частично окрасилась в красный. Красный! Вот какова её кровь! Да и само тело… Внимательно осматривая его через свечение и искажение воды, мужчина пытался выловить из глубин памяти, где же он встречал подобное. И мелькнувший на краю сознания ответ поразил его.

Нар! Его малышка, его девочка, его жена – оказалась наром! Может он в этом бы и засомневался – всё-таки она была похожа на эйлов, - но только нары имели в своих жилах буро-красную кровь. Пусть и считались мифом, сказками из далёкого прошлого. Но сейчас частичка этого самого мифа была перед его глазами, в его руках и в его сердце.

Регенерация всех ран и повреждений заняла около половины часа. Дэаш, вновь удобно уложив в свои руки Миру, медленно выбрался из воды. Вот же! Если раньше он не замечал подобного будучи сухим и в одежде, то сейчас… Сейчас прохлада пещер не слишком приятно холодила кожу и чешую. И пусть мужчине было не привыкать, то вот тело девушки покрылось мурашками.

Схватив из груды вещей свою рубашку, Генерал стал быстро обтирать её тело, одновременно растирая, чтобы увеличить прилив крови и согреть. Остальными вытерся сам, чтобы потом свернуть спиралью свой хвост и уложить её на него. Его тепло не даст ей замёрзнуть, а его от холода камней убережёт чешуя.

И всё же. Какая она маленькая. Какая хрупкая и… У него нет слов, чтобы подобрать их к тому, что видел перед собой. Слишком сладко от этого щемит сердце, слишком обжигающе закипает кровь. Стройные, но не слишком длинные ноги с маленькими стопами, округлые бёдра, стройная талия, высокая упругая грудь, тоненькие, но сильные руки, хрупкие плечи и тонкая шея. И – он протянул к своей брачной метке на её запястье руку – нежная кожа, которую можно ранить, нажав чуть сильнее положенного.

Боги! Чем он заслужил такой дар? Что сделал, чтобы получить такую сииль? Ему теперь до трепета боязно коснуться её, пусть тело и сгорает от желания куда более смелого и дерзкого. Всё его естество требует подтверждения метки, пробуждая снова что-то древнее из глубины души. Но нет, Дэаш не поступит с ней так. Слишком важна, слишком ценна, слишком желанна. Он понимает, что девушка другой расы, другой веры и совсем других устоев. И он подождёт. Мужчина знает, что сможет добиться её, покажет, что достоин быть её парой, что с ним ей нечего бояться, нечего скрывать. Он станет для неё той опорой, той стеной, что укроет и защитит её от всего.

«Ты только доверься мне, Мира», - подумал наг, наблюдая её медленное пробуждение.

глава 8

Мира

Из тьмы, окутавшей сознание, я выныривала несколько раз, но, не успевая ничего понять, снова проваливалась обратно. Самым ярким и осознанным пробуждением была жгучая боль от зашевелившегося клинка. Кажется, только она и удерживала меня. Вот только ни пошевелиться не получалось, ни глаза открыть.

Я чувствовала, как холодный воздух коснулся разгорячённой кожи, приятно её охлаждая. Чувствовала, как кто-то поднял меня на руки – они были такими сильными, крепкими и надёжными, они дарили уверенность и чувство безопасности, - а затем осторожно опустил в воду, придерживая голову над ней.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Боль и жар медленно отступали, даруя приятные освобождение и негу. Так что, не сразу я приметила, как меня буквально ласкают весьма ощутимым взглядом. От кончиков пальцев на ногах до макушки головы. А ещё я была уже не в воде, а лежала на чём-то тёплом, гладком и слегка бугристо-волнистом.