Сердце знает - Кэтлин Игл

сигнализирующие о большом выигрыше в автоматах. А звук опускаемых туда монет был мягким и успокаивающим, таким же приятным для уха завсегдатаев казино, как и звук подъемника для денег.

— Мне кажется, Риз, все-таки, немного здесь задержится, — сказал Картер, ловко возвращая Хелен к интересующей его теме. — Как ты думаешь?

— Я думаю, он-таки заменит отца в Совете до конца срока, если это то, что от него ожидают, — ответила Хелен. Во время перерыва она обычно оставалась здесь же, болтала с кем-нибудь, пила что-нибудь безалкогольное, наблюдала за игрой, так что в разговоре о Ризе не было ничего необычного.

— Я говорю совсем не о том, чего от него ожидают в Совете. Неужели вас двоих ничего не связывает?

Хелен промолчала.

— Да, какое-то время он летал очень высоко, когда играл в профессиональный баскетбол, — продолжал Картер. — Казалось, он жил в другом мире. Конечно, мы ходили на его игры, а в промежутках между сезонами он иногда заглядывал к нам на денек-другой. Иногда мы выезжали в город, бродили, ходили на концерты. Он настоящий любитель джаза. Ты знала об этом?

— Нет, не знала. — Когда она с ним познакомилась, он еще не любил джаз. Тогда, в двадцать два года, он любил только себя и бравировал этим.

— Смешно, как успех делает людей одинокими. А затем у него начались эти его проблемы.

— Да, с травмами, — поддакнула она.

Наблюдая за игрой по телевизору, Хелен видела, как он получил одну. Во время схватки за мяч, он упал, и кто-то наступил ему на руку. Он все же доиграл матч, после того как врач команды вставил ему палец на место и перебинтовал. Комментатор никак не мог успокоиться, расточая похвалы стойкости Блу Ская.

— Ага. Вот, значит, что он тебе рассказал, — Картер пожал плечами и облокотился о низкий барьер, отделявший бар от площадки над первым рядом игральных автоматов. — Ничего не скажу, он получил свою порцию травм. Не многие мужчины любят говорить об этом. А сын Роя Блу Ская этого точно не любил. Он терпеть не мог причитаний.

— Думаю, это тоже добавило к его одиночеству. Когда нельзя ни с кем поговорить о своих… — Травмах. Вот, значит, что он тебе рассказал. — Проблемах.

— За те деньги, которые он заработал, он мог купить любого, кто внимательно выслушал бы его.

Выслушал что? Хотела спросить Хелен, но только кивнула. О травмах ей было известно, это было то, что она понимала. О каких же проблемах он не мог говорить?

— Да, будет здорово, если он войдет в Совет, даже на короткое время, — сказал Картер. Хелен все еще думала об одиночестве Риза, о том, как ему нужно с кем-то поговорить, но Картера волновали более насущные проблемы. — Нашему хозяину нужна хорошая поддержка.

— Ты думаешь, «Тэн Старз» может рассчитывать на поддержку Риза?

— Риз — местный. Он теперь бизнесмен. Он понимает, что может принести прибыль в реальном мире. Поэтому я думаю, если он попадет в Совет, он поможет нам. — Воодушевленный такими перспективами, он оттолкнулся от барьера. — А если ты, Хелен, будешь держаться нас, то и у тебя будет блестящее будущее. Я знаю — ты учительница, но, возможно, я предложу тебе такое, что будет стоить того, чтобы изменить жизнь.

— Тогда это действительно должно стоить того, — сказала она. — Преподавание — моя первая любовь.

Он коснулся ее плеча: — Ты поможешь мне наставить Риза на путь истинный, и я покажу тебе, что считаю стоящим.

— Не уверена, что буду такой уж хорошей помощницей.

— А это мы увидим, не так ли? Не он ли причина того, почему ты здесь? — В темных глазах Картера заплясали веселые огоньки. — Может, он и есть та рыба, которая сорвалась с крючка?

— А может это я — та рыба, которая сорвалась?

— Ну, конечно, — он вежливо кивнул в знак согласия. — Кто с уверенностью может сказать, что он сделает именно то, что собирался делать, а?

Все, кто его знал, подумала она. Она никогда не сомневалась, что он обязательно будет играть в баскетбол — когда угодно и как угодно. Она знала, что эта мечта полностью им завладела. Сейчас она поняла, что они оба сорвались с крючка. Правда, только на какое-то время.

Хелен увидела, что крупье, за которым она наблюдала, опять отдал незаслуженный выигрыш тому же игроку. Скорей всего, завтра этого крупье уволят. А если нет, она узнает почему.

— Вы вылавливаете много шулеров после просмотра видеозаписей? — спросила она.

— Шулеров? — Картер рассмеялся, как будто проблема шулерства была чем-то из области фантастики. Шулеры должны уметь прятать карты в рукаве, а это редкое умение. — Мы ловим кое-каких мошенников, но все они далеки от совершенства. Прошлой зимой, например, мы поймали крупье, который жульничал.

— Я помню, ты рассказывал мне о нем, — невинно улыбнулась она. — Когда я занималась на курсах крупье, нам показывали очень интересные видеозаписи. Некоторые шулерские трюки невозможно заметить.

— Тебе не нужно слишком беспокоиться об этом. «Небесное око» видит все. — Он кивком указал на ближайшую видеокамеру.

— Но «небесное око» ни о чем не сообщает, пока кто-то не посмотрит записи. И этот «кто-то» должен просматривать эти скучные записи очень внимательно.

Он начал загибать пальцы на правой руке, перечисляя этих «кого-то»:

— Это — представители племени, это — «Тэн Старз», это — служба безопасности, это — я и мои помощники. Всегда есть кто-то, кто просматривает записи. — Он замолчал: — А почему ты спрашиваешь? Ты заметила что-то подозрительное?

— Нет, но я наблюдаю. Мне очень хочется увидеть настоящего карточного шулера в действии, — улыбнулась Хелен. — Думаю, было бы забавно поймать кого-нибудь на горячем.

— Ты хочешь поймать большую рыбу, Хелен? — он подмигнул. Начни с той, которая уже один раз сорвалась.

5

Риз не знал точно, как предполагалось проводить поминки, поэтому, он решил устроить все по-индейски.

Поминки по-индейски могли быть либо торжественно долгими, либо мгновенными, все зависело от того, как провести обряд. Трудно сказать, какой обряд выбрал бы сам Рой Блу Скай, поэтому Риз решил положиться на себя. Если бы что-то пошло не так, как хотел Рой, он бы почувствовал. Глаза в ночи подсказали бы, и рука в ночи привела бы его к этому обряду. Эти мысли не давали ему покоя.

Он устроился на ночлег в летней пристройке, что сколотил его отец лет тридцать тому назад. С виду это было круглое, из неотесанного дерева, открытое по бокам сооружение, которое с приходом весны обновляли и покрывали тополиными ветками. За ним закрепилось прозвище «халабуда